Александр Кронос – Пламя Эгиды. Книга 2 (страница 31)

Наконец, всё прекратилось. Чужая память успокоилась. Её компоненты либо распались на части, либо залегли на дно моего разума, больше не пытаясь перехватить контроль. А мозг снова заработал, принявшись анализировать ситуацию.

Предположений о том, что именно произошло, у меня появилось сразу несколько. Но анализировать их я собирался позже. Когда выберусь отсюда, оказавшись в спокойном месте. Слишком много шума произвела схватка. Рано или поздно здесь окажется ещё один отряд противника. Либо вовсе — регулярная имперская армия. Солдат которой мне убивать вовсе не улыбалось.

Потому, с некоторым трудом поднявшись на ноги, я потянулся к разуму Ровера. Тот моментально оказался рядом — молнией выскочил из-за деревьев и подскочил к ногам, радостно виляя хвостом. Энергетическая структура зверя стала ещё плотнее. Сейчас он не так уж сильно отличался от обычного пса из плоти и крови. Конечно, если забыть о том, что мой ретривер был соткан из чистой энергии.

Долго скакать вокруг себя я ему не позволил. Вместо этого отправив на поиски ближайшей лошади. Моя собственная была мертва. Но, после убитых всадников, которые мне всё же не привиделись, осталось сразу несколько скакунов. Остальные убежали дальше. А эти задержались поблизости. Так что Ровер помчался к одному из них.

Ещё один момент, который оказался явью — божественная «искра». Совсем крохотная и тусклая. Тем не менее, она имелась. Кружилась рядом со столпом Изначальной силы, который изрядно прибавил в размере.

Между ними протянулась толстая нить связи, по которой свободно циркулировала энергия. А вот я испытал полноценный шок. Эксперименты по внедрению в человеческое тело божественных «искр» имели место давно. Перспектива обрести воинов, которые изначально смогут сражаться с божествами на равных, были привлекательна.

Одно дело — тратить века, чтобы выковать Стража, способного выйти в одиночку против сильного бога и победить. Совсем иное — сократить срок его подготовки до нескольких лет, за счёт всего одной успешно проведённой процедуры.

В теории это выглядело отлично. На практике — большинство добровольцев погибали в процессе операции. Те же немногие, кто получал «искру», использовать ее могли с трудом. Симптоматика всегда была одной и той же — распад плоти, ущерб собственной энергетической структуре и в конце концов — отторжение.

Пройдя два десятка шагов, я остановился. Оглядел место недавней схватки, присматриваясь к отпечаткам силы. И поражённо хмыкнул.

Здесь был использован такой объём божественной силы, что я должен был развалиться на части. В лучшем случае — начать расползаться по швам, каким-то чудом поддерживая себя специализированными плетениями. Но нет. Вот он я — стою, смотрю по сторонам и удивляюсь.

В стороне громко заржала лошадь, которую уже гнал в мою сторону Ровер. Когда та выскочила прямо на меня и шарахнулась в сторону, я сначала не понял в чём дело. И только спустя мгновение, всё же поймав скакуна, догадался посмотреть на себя глазами своего боевого зверя.

От одежды практически ничего не осталось. А те лохмотья, что сейчас беспорядочно прикрывали тело, щедро пропитаны кровью. В ней же была перепачкана вся кожа и лицо. Кое-где я вовсе был обуглен. Как будто отдельные мои части соприкасались с жарко раскалёнными углями.

По-хорошему, стоило помыться и сменить одежду. Только вот делать это сейчас было абсолютно некогда. Да и негде. Разве что попытаться отыскать лесной ручей.

В итоге я добрался до трупа своей предыдущей лошади, забрав лук и уцелевшее снаряжение. А спустя считанные секунды уже скакал прочь от этого места.

Вышеслав Цурабов вовсе не был зол. Назвать его нынешнее состояние бешенством тоже было сложно. Скорее, это было абсолютно неверие в реальность происходящего. На которую накладывалось желание казнить всех исполнителей. А потом проснуться. Потому что подобное могло случиться разве что в страшном сне.

Вытянувшийся перед ним юноша на мужчину старался не смотреть. Умом он понимал, что вряд ли отец убьёт собственного наследника. Но, при этом, хорошо помнил, каким тот может быть в гневе.

Сам глава фамилии поднял на парня глаза.

— Давай пройдёмся ещё раз. Сначала он ударил по нашему заводу, верно? И спалил его ко всем болотным тварям. Дотла. Не тронув защитные рубежи.

Борис Цурабов осторожно кивнул.

— Именно так. Сигналка срабатывала и сообщала об атаках, но те были совсем слабыми. Поэтому никто толком не обеспокоился.

На момент замолчав, сын нервно сглотнул слюну. После чего продолжил.

— А потом начали детонировать артефакты.

Лицо старшего Цурабова перекосила гримаса ярости.

— «Детонировать артефакты».

Передразнив собственного отпрыска, он шумно выдохнул. Пару мгновений помолчал, давя в себе желание немедленно швырнуть в него тяжелой статуэткой слона, подаренной в прошлом году индийскими партнёрами. Снова взглянул на сына.

— И ты решил, что раз он уничтожил завод, свободно действуя через нашу защиту, стоит немедленно бросить в бой Зверя?

Молодой дворянин опустил глаза вниз. Чуть отодвинулся от рабочего стола своего родителя.

— Я подумал, что…

Договорить он не успел — его перебил мощный голос Вышеслава.

— О чём ты подумал? Что надо использовать «оружие последнего шанса»? Из-за разрушенного предприятия? Ты ИДИОТ⁈

Он поднялся на ноги, впившись взглядом в лицо молодого дворянина. А тот сделал пару шагов назад. Споткнувшись, чуть не упал. Потом всё же нашёл в себе силы ответить.

— Он уничтожил наше производство. Потом атаковал склады. Дважды обойдя защиту. Я решил, что не стоит ждать, пока он спалит абсолютно всё и доберётся до усадьбы. Или мне нужно было подождать, пока он прикончит маму и Лидию? И уже потом отдавать приказ? Связи с тобой не было, решение пришлось принимать самому!

Упоминания любимой дочери сработало. С одной стороны, именно она заварила всю эту кашу. А с другой — угроза её жизни была более чем достаточным основанием.

Вышеслав выдохнул, тяжело смотря на сына.

— Хорошо. Ты испугался за жизнь сестры и матери. Понимаю. Выпустил Зверя. Ладно. Но почему ты не обеспечил сопровождение? Ты сам прекрасно знаешь, почему его зовут Зверем! С ним всегда должны быть надсмотрщики. Иначе эта тварь становится неуправляемой и разносит всё вокруг.

Вот на этот вопрос у его сына ответ имелся. И юноша принялся озвучивать его сразу же, как закончил говорить отец.

— С ними выехала стандартная группа. Но монстр вырвался.

Неверяще смотря на сына, старший Цурабов медленно опустился в кресло.

— В каком смысле вырвался? Как?

Борис пожал плечами.

— Ну… Деталей я не знаю, но…

Вышеслав подался вперёд. Хлопнул ладонью по столу.

— А что ты знаешь? Лет тебе сколько, помнишь хотя бы? Где старший офицер сопровождения? Надеюсь ты догадался приказать ему явиться?

Его отпрыск на миг отвёл глаза в сторону. Потом с мрачным вздохом вернул их на отца.

— Мёртв. Они все мертвы. Успели доложить, что Зверь сорвался и помчал вперёд. Блокираторы не помогли, команды не сработали. Он просто перестал слушаться.

Замолчав, секунду подождал. Поняв, что отец никак не реагирует, продолжил.

— Нападать на них не стал и контакт с ним остался. Второй раз они вышли на связь, когда были уже рядом. Сообщили, что Зверь предположительно погиб в бою, перед этим полностью дестабизировавшись. Но они чувствуют впереди кого-то живого.

Вышеслав мрачно усмехнулся. Откинулся в кресло, смотря на сына.

— И, конечно, ты решил, что не стоит давать им приказ вернуться назад, да? Вместо этого отправил на убой группу уникальных специалистов. Новых мы лет десять готовить будем.

Снова скривив губы в усмешке, нервно фыркнул.

— Хотя они уже ни к чему. Единственный объект, для которого требовались эти люди, ты тоже отправил в пекло.

Выдохнув, посмотрел на юношу.

— Ты же людей на место схватки послал? Что они нашли?

Сын указал взглядом на тонкую стопку листов бумаги, которая лежала перед отцом на столе.

— Там полный доклад. Если коротко — от Зверя почти ничего не осталось. Плоть, кости — всё распалось. Воронки от детонации «искры» нет. Ничего похожего наши дружинники не описали.

На долю секунды замявшись, продолжил.

— Группа сопровождения убита в ближнем бою. Частично — голыми руками. У нескольких солдат оторваны головы. Некоторые подверглись мощному воздействию, напоминающему удар молнией.

Увидев удивление, засветившееся в глазах отца, слегка улыбнулся.

— Я тоже подумал, что это мог сделать Зверь. Но на тот момент он уже был мёртв. Это абсолютно точно.

Старший Цурабов непонимающе хмыкнул. Прикрыл глаза, переваривая информацию. В произошедшем отчасти была и его вина. Не стоило оставлять командование на юного придурка, у которого в голове гуляет ветер. Лучше было поручить всё брату.

Но и подобного выверта от противника он не ждал. И пусть прямых указаний на то, что это сделал тот же самый неизвестный, который ему встретился в холле Дворянского Собрания, не было, но Вышеслав почему-то был уверен, что это он. А ведь казался относительно безобидным. Дерзким — да. Но не настолько сильным, чтобы сотворить нечто подобное.

Хотя, если подумать — он тогда так и не смог оценить его уровень силы. Не рассмотрел ни одной звезды. Списав это на вживлённые в тело артефакты, которые за последние десять лет снова вошли в моду. Но могла быть и другая причина — собственноручно поставленная маскировка.