Александр Кронос – Душнила. Книга 1 (страница 34)

— Будет тебе информация, медноглазый. Собрано всё у нас.

Невысокий мужчина подобрался. Даже бокал, который до того небрежно держал в руке, на стойку поставил. Потом махнул своему подручному, которые тренировал танцоров и те моментально свалили со сцены.

Зато откуда-то из-за конца барной стойки, которая упиралась в стену, где видимо пробили проход за кулисы, появился ещё один мужчина. Обычный человек пронизанный чёрно-алыми конструкциями. С толстой папкой в руках.

— Ты уж извини, но мы по старинке. На бумаге. Не люблю я все эти новомодные штучки.

Домовик пытался держать тон, но весь его вид выдавал напряжение. Боялся. Подготовился и был уверен, что в случае чего, мне не выжить, но всё равно боялся. Не знаю сколько ему лет, но возможно он наблюдал в деле кого-то из людей, что обладали такой же силой. Опасался, что я внезапно отыщу выход, размазав его по стенке.

Было бы неплохо, вообще. Уж я бы точно не отказался. Но каких-то действительно хороших идей у меня не имелось. А вступать в бой просто потому что тебе так захотелось, без оценки противника — значит проявлять нездоровый оптимизм. Где-то на самой грани со слабоумием.

Потому я просто забрал папку. Выслушал слова местного заправилы о том, что внутри лежит визитка с его контактами. По которым надо связаться, когда дело будет сделано. Пропустил мимо ушей пару яростных сентенций Беатрис и оборвал попытку Верпы вклиниться.

Наконец всё закончилось — развернувшись, мы двинулись к выходу и спустя десяток секунд оказались на улице. Где ко мне тут же придвинулся отец Григория.

— Не думай, что ты неуязвим, лесной маг. Если это всё твои игры, мы не останемся в стороне! Баби нгепет всегда мстят за своих!

Ответа он дожидаться не стал. Крутнувшись на месте, окинул Григория яростным взглядом и помчал к своей машине. Следом поплёлся и брат соседа. А сам он, покосившись на меня и что-то бурча под нос, зашагал к «Ауди».

Верпа, руки которой потряхивало от ярости, заговорила, как только мы оказались в машине.

— Тебе нужно войско, господин. Каждый из нас раскроется, как даст присягу и мы сотрясём этот мир. Хотя бы троих ещё и мы разотрём тут всё.

Сосед нахмурился. Повернул ко мне голову.

— Даже не думай убивать его. Выполни договор. Потом уже твори, что хочешь.

Посмотрев ему в глаза, я кивнул. Глянул на толстую папку в своих руках. Подумал. Снова повернулся к соседу.

— Отвезёшь нас в пермскую краевую?

Глава XXII

Количество задач по-прежнему зашкаливало. Теперь к ним добавилась и совсем свежая — разобраться в ситуации вокруг хийси и домового. При этом выручив ребёнка Григория. Вот интересно, с какой такой стати, бывший домашний дух решил, что я выложусь ради отпрыска баби нгепен?

— Если тебе понадобится помощь, только скажи. Я не слишком хорош в убийствах, но сделаю всё, чтобы вытащить сына.

Ещё одна странность — он тоже считал, что у меня не осталось иного выбора, кроме как взяться за дело.

— Прабабушка рассказывала что-то такое про баби нгепет. У них занятные традиции кровной мести, мурр. Со странными правилами.

Как по мне, у всей этой части мира были весьма занятные правила игры. Но кажется, я понимал, что имела в виду кошка. Жаль сразу проверить нельзя — в интернете о таком ничего не найти.

Не услышав ответа на своё предложение, сосед снова повернулся ко мне.

— Ты же не собираешься удирать?

Тоже вполне очевидная мысль. Поступок был бы максимально некрасивым, но я прекрасно понимал, почему ему такое пришло в голову. Совсем недавно я сам считал, что его семья при необходимости прикончит меня.

— Таких планов у меня нет. У нас зелёный, к слову.

Втянув воздух, мужчина перевёл взгляд на дорогу и мы тронулись с места. А в голове зазвучал голос Беатрис.

— Может и зря. Слетали бы в Париж, мурр. Прабабка столько про него рассказывала. Такие там есть игровые дома, такие… А кабаре… Ухх!

Возможно её прабабушка во время войны с Наполеоном жила? Тогда российские войска как раз квартировались в Париже. Ну а дворяне проиграли безумный объём денег в карты. Настолько, что императору пришлось компенсировать карточные долги тех самых гусар, когда войска покидали столицу Франции.

— Я разберусь с хийси. Не беспокойся. Домовой вернёт твоего сына. А потом познает, что такое настоящий гнев.

Вот это удивление у него сейчас в глазах сверкнуло. Не будь у меня внутри кипящей холодной ярости, я бы даже улыбнулся. Но сейчас хотелось лишь нести боль в широкие массы.

Меня не то, что не готовили к такому. Никто даже не намекал, что в один прекрасный день рядом может появиться белая кошка и неожиданно начнутся подобные приключения.

Теперь же всем что-то от меня требовалось. И как правило, их пожелания абсолютно не совпадали с моими. Потому как мне хотелось отыскать человека, что выдавал себя за брата отца и выяснить, что именно случилось с дедом.

Последнюю пару суток я только и занимался тем, что выпрыгивал из одной непонятной ситуации, чтобы впрыгнуть в другую. Конечно, сложно представить, что ситуация развивалась бы иначе, учитывая полное отсутствие у меня необходимой подготовки. Тем не менее, так было нельзя. Невозможно выиграть битву, если постоянно следуешь за ситуацией, а не изменяешь её.

В краевую больницу я решил наведаться не только поэтому. Само собой я рассчитывал выяснить нечто новое. Не зря же кто-то с таким упорством пытался привлечь моё внимание. Но в основном, я хотел вернуть долг. Поставить галочку напротив одной из своих задач. Той, что казалась быстрее всего реализуемой.

— А в больницу тебе зачем? Кто-то знакомый лежит?

Григорий всё не успокаивался. Желание наладить контакт я прекрасно понимал, но вдаваться в детали собственных действий не собирался. Его семья моему появлению на горизонте оказалась совсем не рада. Тогда как сам он, как ни крути — лишь небольшая её часть. И я пока с трудом понимал, какого рода у них отношения внутри. Что станет делать сосед, если его старшие родственники сочтут мои действия неприемлемыми?

— Можно и так сказать.

Уклончивый ответ заставил его насупиться. Отвернувшись, уставился вперёд. Ничего — с этим можно было разобраться позже. А вот здание краевой больницы уже виднелось впереди. Совсем рядом.

— Неправильный ты гусар, мурр. Сейчас бы шваль, домовёнку присягнувшую, шашкой рубить, а не по больницам разъезжать надо.

Сзади недовольно засопела кикимора. Зацепили её слова кошки. Но комментировать их в этот раз не стала. И правильно — незачем показывать соседу, что у Беатрис есть возможность ментальной связи.

— Тебя подождать?

Несмотря на предыдущую размолвку, предложение Григорий всё равно озвучил. Повернув голову и выжидающе уставившись на меня. Я же после короткой паузы, отрицательно покачал головой.

— Сами доберёмся. Спасибо тебе за помощь.

Потянул на себя дверную ручку, но та не сработала. Повернувшись, снова наткнулся на угрюмый взгляда баби нгепета.

— Ты это… Если надумаешь, что делать, хотя бы информируй. Сын это мой. А если из-за тебя он погибнет…

Что он хотел сказать, я прекрасно понимал. И в какой-то мере принимал. Сам ведь попросил его помочь разобраться с телами шишиг. Правда, совсем не ожидал, что вместо прямого столкновения, придётся иметь дело с интригами мадридского двора.

— Буду держать в курсе.

Без ответа он нас выпускать явно не собирался. Хотя бы какого-то — чтобы успокоить себя и снизить уровень смятения. Потому пришлось произнести банальные слова, после которых щёлкнули замки — двери оказались разблокированы.

— Плохое место, господин, — протянула Верпа. — Пахнет смертью.

На мой взгляд, больница пахнуть иначе просто не могла. Но в целом, с кикиморой я был согласен.

Внутри обнаружилось классическое препятствие. Сидящая на посту дородная медсестра.

— Вы куда прёте? На карантине больница. Передачки — вон в то окно.

Давно я не сталкивался с медицинской системой. Успел подзабыть их привычку держать круглогодичный карантин, чтобы посетители не путались под ногами.

— Да когда ж ваш карантин закончится уже, — задребезжал старческий голос. — Сестру два месяца только по телефону слышу.

Бабуля. Вернее старушка. Сухая и тощая. А на спине гигантский мерзкий слизняк. Разросся так, что аж свешивался — отростки спускались с её плеч. Неудивительно, что она такая сгорбленная.

— Бабушка, вы бы присели. Отдохнули. Там всё равно никого нет пока.

В окне, куда требовалось сдавать передачи и правда пока видно никого не было. Но старушка замотала головой.

— Сейчас придёт. Уже давно должна. Как там сестрёнка без куриных котлеток.

— Котлетки? Может мы их сами передадим, мурр? Честно-честно всё донесём. Ну скажи ей уже, что мы сами отнесём. Это же котлетки!

Шаурмой Беатрс сегодня угостилась щедро. Как и все мы. С тех пор голод ни у кого не проснулся. Даже Верпа не заикалась о том, чтобы перекусить. А вот кошка порой казалась мне настоящей бездонной бочкой.

— Да вы всё равно присядьте. Больше ведь никого нет.

Взяв старушку под руку, которую пока не спешил напитывать силой, повёл её к боковой скамейке, не обращая внимания на бурчание медсестры. А когда бабуся уселась, направил энергию в правую кисть и опустил её на слизняка.

Странное это было ощущение. И немного мерзкое. Как будто опускаешь ладонь в холодное и противное желе, что испортилось ещё десять лет назад.