Александр Котов – Материк. Туманы и тени (страница 21)

– Ни в коем случае, – звучал голос Волка где-то на периферии разума. – Эх, где-то сейчас Торальв! Он бы мигом сообразил нужное зелье…

Даронгар услышал разговор.

– Вообще-то, один из гвардейцев, Горнзурт, неплохо смыслит в медицине, поговорю с ним, – мастер войны ускорил своего угольного коня.

Волк поглядел на подругу. Она, казалось, была где-то далеко, не здесь. Взгляд её был отрешённым, она едва держалась в седле, будто засыпала. Валдринг помог ей перебраться на своего коня. Элгард молча взял в руки поводья белой лошади.

Волк придерживал в седле ослабшее женское тело, пытаясь согреть его своим теплом. Он не мог понять, что случилось с подругой. Валдринги очень редко болели, и чтобы какая-то хворь свалила кого-нибудь из них с ног за каких-то несколько часов, было немыслимо. Но что с Лисой? Быть может, эта болезнь не телесная? Он вдруг вспомнил, как она однажды так же тихо уснула, устроившись у него на плече, пока он плёл ловчий амулет. Тогда между ними не было ни слов, ни сомнений – только тепло и покой. Тогда он подумал, что нет ничего важнее этого момента. А теперь… забыл. Все эти новые знания об искусстве боя и тренировки с Даронгаром отняли время, которое они проводили бы вместе. Волк от досады покачал головой. А эти её слова насчёт возвращения домой и его согласия на службу? Они были не пусты. Да, он жертвует собой ради помощи Империи валдрингам, но он также жертвует и их счастьем. Теперь он понял: действительно, есть нечто очень важное. Именно это хотела сказать Лиса около Храма Солнца в Уоклише. Нежно поцеловав подругу в щёку, он прошептал: "Прости…"Но она, казалось, его не слышала.

Глава 13. Чужая клятва.

Утекающее море колыхалось, движимое холодными ветрами. Вереница кораблей плыла на север, оставляя справа от себя высокие скалистые берега. Было уже почти совсем темно. Неисчислимое количество рыбацких лодок было разбросано по поверхности воды вдоль берега. Навстречу проплывали громадные торговые корабли, везущие товары из северных земель к эльфам. Попадались также крупные корабли, уходящие в открытое море. На берегу располагались леса Альдении, государства эльфов-мореплавателей. Не так давно эти эльфы сделали заявление, которое потрясло часть жителей Материка. Они рассказывали о каких-то открытых островах далеко на западе. Им, конечно, практически никто не поверил, ведь Материк и окружающие его острова – это обитель всех народов посреди бескрайнего океана, за которым есть лишь вода и бездна. Не верил морским эльфам и Крид, священник, стоявший у борта одного из проплывающих на север кораблей синих ящеров.

Его всё мучила морская болезнь. Скрывшись от лишних глаз за жилой постройкой, он чувствовал себя словно брошенная бутылка, которую то и дело перекатывает по палубе, – бессильным, бесполезным, не находящим покоя. Прикрытое болезненной дымкой сознание улавливало шум волн, обрушивающихся на корабль. Разделённые равными промежутками времени, эти звуки хоть немного успокаивали и помогали забыть о недуге. В такт этим волнам Крид вдыхал воздух, наполненный солёным ароматом моря, и почти беззвучно проговаривал молитву.

– О Тариус, Свет Путеводный, даруй мне силы пройти сквозь тьму испытаний. Укрепи мою плоть и дух,

дабы не дрогнула рука, когда вершится воля твоя. Пусть не угаснет во мне пламя веры, чтобы служить тебе —

на благо народов, во имя порядка, во славу Тариуса.

Криду стало лучше, и он закрыл глаза, ощущая, как окружающие звуки гармонично сплетаются в единую музыку, – как будто само море дышало рядом с ним. Мелодично завывал студёный ветер, предвещавший зиму, было в нём что-то схожее со звоном холодной стали. Скрипел сам корабль, выдавая целую гамму разных звуков трущейся древесины. Паруса резко хлопали время от времени от колебаний ветра. Крид в какой-то момент сразу заметил новый звук, добавившийся к пению корабельных снастей, он был верёвочный, как и они, только этот скрип был явно другой природы, чем-то знакомый и настораживающий…

Как молния шарахнула леденящая мысль воспоминаниями последних дней, сердце дрогнуло от страха, группа мышц напряглась, чтобы тело чуть качнуло в сторону, как раз навстречу накренившейся от накатившей волны палубе. Шею священника пощекотал ветерок, оставленный оперением уходящей в море стрелы. Священник резко обернулся, укрылся за ящиками, в которых, судя по периодическому звону, хранились бутылки с вином из Туманной Империи. Крид стал вглядываться в полумрак участка палубы, отгороженного от остальной части постройками. В свете луны показались очертания Эларидаля, у эльфа в руке был лук, в другой руке что-то блестело. Священник громко крикнул:

– Эй, ты! Тебе не кажется, что с безоружным сражаться – мало чести?

– Честь? Для человека, служителя Объединённой Церкви? Ящеры будут только рады, что я скормлю тебя рыбам, как жалкую крысу, после того, что случилось с их сородичами в Светлом Королевстве.

Эльф резко взмахнул рукой, послышался приближающийся свист, и блестящее остриё метательного кинжала, пустив искры, со звоном отскочило от груди Крида. Священник почувствовал боль от удара и уставился на амулет Тариуса, спасший ему жизнь.

Эльф сплюнул.

– Проклятье! Вновь не повезло! Но это в последний раз.

Отбросив лук, он вынул меч и стремительно бросился вперёд. Взгляд Крида упал на прицепленный к стене багор. Схватив его, священник приготовился обороняться. Первые два выпада противника он кое-как отразил, получив болезненный порез над коленкой, после чего попытался нанести удар эльфу в лицо. Тот, однако, быстро перехватил древко свободной рукой и отвёл удар. После этого Эларидаль вновь атаковал, и священник выпустил своё оружие, повалившись на спину.

– Тебе конец, – усмехнулся Эларидаль, отбросив багор и занося меч для последнего удара.

Крид вознёсся мыслями к Тариусу в надежде обрести покой в его небесном царстве. Перед его внутренним взором проносилась вся его жизнь, а в сердце отозвалось сожаление о том, что их история с Айриль вот так рано оборвётся. Взгляд он не отводил с серых глаз убийцы, но те не выдавали абсолютно никаких эмоций. Волосы эльфа внезапно стали отсвечивать жёлтым, как и всё вокруг. Эларидаль тоже это заметил и отскочил в сторону в последний момент, когда сгусток огня вихрем пронёсся мимо его головы. На плече его полыхнуло пламя. Позади стояла Айриль, в её поднятой руке рос огненный шарик, обрастая всё новыми язычками.

– Ты не сможешь меня остановить! – эльф сбивал пламя на плече свободной рукой, кривясь от боли. – Твой человечек умрёт.

Он повернулся к Криду, чтобы закончить начатое, но было уже поздно. Священник оказался проворнее, снова подобрав багор, который вошёл эльфу в грудь беззвучно и плавно. В этот миг внутри у Крида смешались страх, решимость и неведомое прежде чувство необузданной ярости – будто весь ужас последних дней вырвался наружу через этот один-единственный удар. Гулким грохотом раздалось падение меча, слабеющий эльф откинулся на поручень.

– Сегодня море ждёт только тебя, – проговорил Крид и толкнул своё оружие. Перевалившись через заграждение, тот полетел в тёмные морские воды. – Да распорядится Тариус твоей душой по справедливости.

– О боги! Ты цел? – Айриль уже была рядом.

– Если бы не ты, лежать мне на дне морском вместо Эларидаля. – Крид вглядывался во тьму за бортом.

Наклонившись, эльфийка дотронулась до его колена.

– Кровь…

– И синяк на груди. Но это всё мелочи.

– Он промахнулся? – эльфийка заметила лежащий неподалёку метательный кинжал.

– Нет. Мне повезло, слава Тариусу, да правит он вечно в небесном царстве, – служитель бога Тариуса качал головой, пытаясь осознать произошедшее.

– А мои заслуги не в счёт?

Крид дрогнул.

– А ты откуда взялся, Талиаль? – священник разглядел фигуру в тени построек.

– Тс-с, – прошипел эльф, – говори тише. Эларидаль отлично выбрал время для нападения, когда ящеры отмечают праздник их ящеробога по имени Хакк-Тнак. Но я бы не испытывал удачу лишний раз, на палубе дежурит несколько ящеров, включая рулевого. Я спохватился, что Эларидаля нет, и сразу пошёл вас искать. Вам бы эту кровь отмыть и меч выбросить…

Крид понизил голос.

– Да, Хакк-Тнак – это глава их пантеона, я и забыл, что у них осенью есть праздник в его честь. А ящеры нам не поверят?

– Дракон их знает, лучше замести следы.

Крид швырнул меч за борт, а затем и лук эльфа с кинжалом.

– Вот так, вслед за стрелой. Айриль, посмотри там какой-нибудь лоскуток.

– Уже нашла. Сначала перевяжем твою рану. Ящеры не должны её видеть.

Спустя пару минут палуба была чиста. Три силуэта нырнули в каюту.

– Посидим у вас допоздна, – сказал Талиаль, – мне лучше не отсвечивать в нашей с Эларидалем каюте.

– Как повезло, что ящеры нас не заметили, – заметил Крид, мыслями прокручивая эту быструю схватку раз за разом. Он раньше никого не убивал, но почему-то сейчас не чувствовал душевных мучений от первой крови. При этом всё произошло как будто не с ним.

Эльфийка сдвинула брови.

– Мне это не нравится. Слишком уж удачно всё вышло.

– Действительно странно, – согласился Талиаль, – но охранять здесь особо нечего. Всё ценное на других кораблях, включая королеву. А штурвал стоит за надстройкой, оттуда ничего не было видно и слышно. Эларидаль сам выбрал момент и место для нападения без свидетелей.