Александр Корулин – Тень с человеческим лицом (страница 20)
– Его слова помогут каждому поверить в победу, – ответила Черрленн.
Смихн почувствовал, как сердце перестало биться. Перед глазами стремительно чернело, он вдруг понял, что сейчас выйдет за дверь и врежет ногой огромному псу, что лежит у дома. Потом умрет – никаких ожиданий, мучительных секунд, что будут тянуться вечность до встречи с лесными монстрами. Слова Черрленн – словно приговор для всех…
– Как ты можешь жить… здесь?! – резко развернулся Смихн. – Почему не уедешь?!
Черрленн вскинула брови.
– Куда? В чужой деревне или городе мне негде будет даже переночевать…
– Но что тебя ждет здесь?! – яростно перебил Смихн. – Неужели ты никогда не мечтала о другой, жизни без чудовищ по соседству?!!
– На все воля Святых Богинь, – холодно ответила Черрленн, отводя взгляд. Но Смихн успел уловить в нем печаль и что-то еще.
Время словно застыло. Джеффа сидела спиной к стене, обхватив колени руками – перед глазами мелькали жуткие картины, на которых жители деревни сражались с лесными великанами и умирали один за другим. Руки не тряслись, лоб не потел – но сердце, то ускорялось до головокружения, то замедлялось до темноты в глазах, острой болью сводя грудь.
К окну, носящему лишь название тех, какие привыкла видеть, никто не подходил. От предложенной Черрленн еды Джеффа отказалась, голова была тяжелой, будто набита камнями, мысли двигались, как сонные мухи, с трудом пробираясь сквозь завалы страха. Несколько раз Джеффа едва не потеряла сознание, неожиданно представив себя раздавленной гигантской ногой лесного великана. Еще больше ужаса внушал сам вид келгшира, коих она нарисовала перед внутренним взором уже не один десяток…
Черрленн села за стол, начала есть. Приготовленное девушкой плохое подобие супа, тем не менее, пахло волнующе. Дочь Вопгнара черпала огромной ложкой, медленно пережевывала ее содержимое и вновь наполняла ложку с таким спокойствием, что наблюдающую за ней Теллису это приводило в бешенство. Так и подмывало подбежать, взмахом руки швырнуть со стола тарелку и заорать прямо в лице Черрленн, чтобы шла и билась с келгширами, раз не боится. Не дала уйти днем, да еще и Тайгива как-то переманила на свою сторону.
Слезы мгновенно навернулись на глаза, грудь свело тупой болью. Увидит ли Заавха еще раз? Ответ пришел тут же, взорвав девушку изнутри. У нее больше нет брата!! И самой не дожить до утра!!!
Сквозь нескончаемые потоки слез видела тянущиеся к ней руки, в сумасшедшей ненависти отталкивала их, отбивалась от попыток обнять ее, поднять с пола. Кричала жутко, не в силах выразить, насколько ей страшно за свою так быстро заканчивающуюся ее жизнь…
* * * * *
Вопгнар положил справа от себя длинное копье, рядом – топор, а между ними лег большой нож. Западная часть ограды была любимым местом нападения келгширов, потому полностью восстановить ее не хватало времени. Заостренные толстые колья, вбитые в землю и густо политые смолой, которая будет мгновенно подожжена при появлении чудовищ, смогут сдержать первую атаку великанов. Остальное зависит от людей.
За соседним углом нежилого в этом конце деревни дома притаился Рбед, накануне получивший у Руксэжа разрешение участвовать в обороне от лесных чудовищ. Рбед был молод и силен, шириной плеч не уступал Вопгнару, но, ни разу не встречал келгшира. Именно поэтому сегодняшняя ночь может стать для него последней – по той же причине Вопгнар согласился провести ее с ним.
Ветра не было. Плохой знак: затишье всегда бывает перед бурей. Вопгнар в который раз проверил остроту наконечника копья, положил под левую руку топор, а нож, подумав, засунул за пояс. Если келгшир будет один, хватит копья, на которое он и будет поднят, чтобы затем рухнуть на горящие колья. Топор расколет череп великана, каким бы крепким он ни был – количество ударов будет зависеть от скорости и ловкости, с которой Вопгнару придется уклоняться от гигантских лап чудовища.
Если явится все стадо, не поможет и нож.
Громко засопел Рбед. Вопгнар бросил на него злобный взгляд, но тот засопел громче, начал хрипеть. Голова его дернулась, а изо рта вырвался простуженный кашель. Он больше походил на клекот или карканье, чем на обычный кашель, но чем бы, ни был этот недуг, он захватил Рбеда целиком. Молодого убийцу келгширов затрясло, он не мог откашляться, словно что-то мешало, торчало в горле и не давало выйти так не во время проснувшейся болезни. После нескольких особенно страшных хрипов Вопгнар смутно увидел, как изо рта Рбеда что-то вылетело, а сам он рухнул лицом в землю.
Рядом с оградой вздрогнуло дерево. Вскочивший на ноги и уже собиравшийся подбежать к Рбеду Вопгнар замер на месте. Всмотревшись в черную полосу леса, в которой замерли очертания деревьев, он разглядел то, чего больше всего опасался увидеть, и сорвался с места.
У Рбеда Вопгнар оказался через мгновение. За спиной шумно упало на землю дерево, посыпались листья и сломанные ветви – Вопгнар, взваливая потерявшего сознание Рбеда на плечи, кожей почувствовал обжигающее дыхание. Руксэж изгонит его за то, что оставил свой пост в момент нападения, но бросить здесь раненого Вопгнар не мог. В жестоком бою Рбеда просто растопчут.
Когда вздрогнула от чудовищной поступи земля, Вопгнар понял: не донесет. Плечом, вышибив дверь находившейся вблизи постройки, бросил туда Рбеда, мгновенно захлопнул дверь и молниеносно развернулся. Рука напряглась, готовая пронзить твердое, как камень, тело келгшира, но последнего просто не оказалось у постройки. Давно сдерживаемое дыхание вырвалось со свистом и хрипом, а сразу после него Вопгнар услышал треск ломаемых оград и вопли ужаса с другого конца деревни.
Проклиная все на свете, с копьем наперевес Вопгнар бросился на шум, отчаянно молясь, чтобы не было слишком поздно.
* * * * *
– Такие, как мы, раньше приходили? – в сотый раз спрашивал Смихн, и в сотый раз удивлялся ответу.
Черрленн упорно твердила одно и то же:
– Безгранична милость Богинь, позволившая вам невредимыми преодолеть землю келгширов!
– Не всем удалось, – донесся тихий голос Джеффы.
– Всех спасти не сможет никто, – взглянула на нее Черрленн, – сочувствую…
Смихн схватился за голову, совершенно не понимая девушки. Не понимал ее манеры говорить, слов, смысла в них и Черрленн саму. Он уже не знал, как выразить мысли, чтобы дочь Вопгнара поняла, что он от нее хочет.
Смихн сжал зубы от бессилия. Отвернулся от девушки, вонзил взгляд в дверь. Мысль о том, чтобы плюнуть на всех и одному уйти прямо сейчас – крепчала. Добраться до реки, чтобы оказаться дома…
– Я с тобой! – горячий шепот выдернул его из дум, заставил опустить глаза на вцепившуюся в плечо Ферьну. Девушка смотрела пристально, взглядом преданного щенка.
Смихн, ощутив между лопаток острый, как нож, взгляд Черрленн, буркнул:
– Не стоит…
В следующий миг рядом оказалась Черрленн.
– Остановись!
– Ты меня здесь не удержишь.
– Повторяю – остановись!
– А я тебе повторяю…
Жуткий рев оборвал его речь. Руки Ферьны с силой ударили в грудь Смихна, в лицо – Черрленн быстро схватила девушку, обняла и увлекла с собой, а леденеющий кожей Смихн, продолжая ощущать дикие удары, понял, что это его тело бьется в страшной панике.
– Мы все сдохнем!!! – завизжала Тэнтар, в ужасе прячась под столом.
– Молчи!! – коротко шикнула на нее Черрленн, удерживая вырывающуюся из рук Ферьну. – Иначе призовем великана…
– Все кончено!!! – не переставала кричать Тэнтар. Вцепившись в ножки стола так, что побелели костяшки пальцев, девушка бешено водила по сторонам красными от лопнувших сосудов глазами.
– Перекрой ей горло! – приказала Черрленн Смихну.
Смихн переводил взгляд с нее на Тэнтар, видел слезы на щеках Теллисы, побелевшие лица Джеффы и Ферьны. И чувствовал, как животный ужас наполняет его голову, ледяным обручем с невероятной силой сжимает виски, еще миг и…
– Я не останусь здесь!! – заорал так сильно, что на какой-то миг забыл о страхе. Второй раз ответом ему был жуткий рев, но сейчас он раздался настолько близко, словно чудовище было за стеной.
Толкнул в грудь Черрленн, мимолетно ощутив приятную тугую мягкость, в несколько гигантских прыжков достиг двери. Распахнув ее, Смихн перелетел через крыльцо и, лишь когда ноги врезались в землю, поднял глаза вверх…
Словно с размаху врезавшись в невидимую стену, Смихн отлетел назад, грохнулся на песок и, чувствуя, как застыло от ужаса сердце, пополз обратно к дому. В нескольких шагах от него чудовищное существо отгрызало голову Руксэжу – лекарю, что вылечил ногу Тэнтар и которого Смихн узнал по амулетам на шее. Миг – и амулеты веером разлетелись по сторонам…
Келгшир смахивал на вставшего на задние лапы медведя исполинских размеров, но, в отличие от последнего, не был покрыт шерстью – сморщенная кожа и странные наросты на боках, из которых длинными каплями тянулась к земле блестящая в свете факелов жидкость, выглядели отвратительно. Вытянутая угловатая голова чудовища с огромной пастью, в которой едва помещались два ряда загнутых клыков размером с человеческую руку, резко развернулась в сторону Смихна.
Он не мог не смотреть на жуткого великана, не чувствовал собственного тела. Огромные горящие глаза гипнотизировали…
Локоть ударился в первую ступеньку крыльца, угодив нервом в угол. Рука содрогнулась – лишь тогда Смихн понял, что ему все еще немыслимо везет. Вскочил, начал подниматься выше на крыльцо, споткнулся о вторую ступеньку, не в состоянии отвести взгляда от истекающей кровью Руксэжа пасти келгшира…