Александр Кормилин – Память (страница 4)
А автора «Прощания славянки»,
Уносят, ноги спиртом растирать,
Когда на площадь выползают танки
И фыркая сиреневым дымком,
Рычат, гремят оркестр заглушая…
Им тоже скоро предстоит с врагом,
В бою сойтись столицу защищая…
***
Как мало тех, кто в страшном ноябре,
Внимал Вождю на мраморной трибуне,
А много позже строился в каре
Уже под проливным дождем в июне,
Тогда, когда совсем другой парад,
Печатал шаг, брусчатки не жалея,
От вражеских знамен струился чад,
Взбираясь по ступенькам мавзолея…
Кто вдруг увидел в дымке дождевой
К земле припавший, хмурый небосвод
В то утро над суровою Москвой -
Ноябрь, седьмое, сорок первый год…
Призыву июня 1941 г
Нам не вспомнить их лица
Не назвать поимённо
Не успевших проститься
За колонной колонна
Уходивших до срока
В это страшное лето
…Опустела дорога
В полумраке рассвета…
Было жарко и сухо
С долей бабьей не споря
Жутко выла старуха
От предчувствия горя…
Год 1942.
…Мины ложились всё ближе,
А нам было просто плевать,
Укрыла болотная жижа,
Разбитую немцами гать
Четверо нас в болоте,
Пятым скулит «язык»,
Мой автомат на взводе,
Вася готовит штык.
Тратить патрон на немца –
Нам же урезать шанс
Хватит штыка под сердце
И "до свиданья", Ганс…
Заперты мы, как в клетке -
Нас догоняет враг…
А что ты хотел… Разведке
До рая всего лишь шаг.
Бой этот не забуду,
Чуя, что вышел срок
Крикнул: "Кончай паскуду!
Да побыстрей, Васёк!"
Спортили автоматы,
Что б не отдать врагу
И у своей гранаты,
Выдернули чеку.
"Всё, – говорю, – ребята,
Видно и нам пора…"
Вдруг вперемежку с матом,
Грянуло как: "Ура!!!"
Словно с небес спасенье…
Финкою немцам в бок,