Александр Конторович – Страж. 3 книги (страница 29)
— Да, не за что… Уж очень крепко ты спала.
— Это не сон. Как тебе объяснить…
Да, уж как-нибудь попробуй, мне, откровенно говоря, это было бы весьма интересно. Но вслух ничего не говорю, только плечами пожимаю. Мол, как хочешь — так и понимай.
— Видишь ли… Когда снимаешь чужое заклятие, это требует очень большого расхода сил… — она прикусывает губу. — А особенно — когда снимаешь т а к о езаклятие…
Как выяснилось из последующих объяснений, мы столкнулись с чем-то весьма редким и непростым.
Обнаруженная мною восьмилучевая звезда являлась составной частью сложного заклятия. Оно связывало воедино четыре чувства — слух, зрение, осязание и обоняние. И четыре части света. В оконтуренном таким образом квадрате никто — и ни с какой стороны, не мог ничего услышать, увидеть, унюхать и почувствовать. Даже, если бы и прошёлся прямо по лежащим телам. Более того, все неприятные и неизбежные последствия нахождения там изрядного количества мертвых тел — внутри этого квадрата каким-то образом и запирались. Так что любой, рискнувший данное заклятие снять — неизбежно получал на свою голову весь накопившийся негатив. Для какого-нибудь деревенского колдуна это могло бы стать и вовсе печальным подарком — копыта отбрасывались почти гарантированно.
Да уж… как вспомню воду, превращавшуюся в мутную жижу…
— Сил это потребовало… очень много, я на такое даже и не рассчитывала. Одно дело — ненадолго сделать скрытое видимым. Это трудно, но относительно безопасно. И совсем другое — убрать заклятие совсем. К сожалению, это стало понятно далеко не сразу — тут поработал очень сильный маг! Который, между прочим, и это тоже учёл. И принял меры против слишком любопытных. Но прерывать процесс снятия заклятия нельзя! Могилу можно начинать рыть прямо сразу — и на этом же месте.
— А вино — оно, что, помогает?
— Это не совсем простое вино… и да, оно помогает. Но — только после того, как всё завершено. Кстати, на том месте, где пролилась эта вода — которой мне омывали руки, теперь лет пять ничего не будет расти.
Она проводит по лицу рукой, словно стряхивая что-то неприятное.
— Кстати, это не тот караван, который ты ищешь. Этот — пропал раньше. Но я ищу и его тоже. Искала…
— Нашла же…
Похлёбка тем временем согрелась, и я наливаю ей полную глиняную миску. Ставлю рядом горшочек с — уже местной — аджикой.
— Попробуй… только осторожно, много не клади!
Ну и себя, любимого, тоже, естественно, не обделяю.
Да и Краю, заинтересованно высунувшему морду из кустов, тоже мосол перепадает — завтрак!
Хороший перекус — он всегда приподнимает настроение.
Не стал исключением и данный случай.
— Я вот всё думаю… — отставляет пустую миску в сторону наша магичка. — Это заклятие… Тут использовано множество… э-э-э…
— Компонентов?
— Что?
— Ну, самых разных частей, из которых сложено что-то одно.
— Интересное слово… Пожалуй, ты прав. Обычный деревенский колдун или обозный маг такое заклятие не сотворит. Нет, принцип — он понятен многим. И составить заклятие временной невидимости вполне возможно. Но это будет действовать очень недолго и только на небольшую группу людей. Прикрыть таким образом караван… ну, я даже и не знаю… ни у кого это пока раньше не получалось. А здесь применили части тел некоторых животных, свечи из человеческого жира…
— Фигасе… это кто же тут такой продвинутый деятель?
— Не знаю. Во всей округе — такого точно нет.
— А зачем части тел и этот… жир?
— Чтобы никакие животные не тронули мертвых тел. Ну и чтобы никакой человек ничего не увидел…
Охренеть, какие тут тонкости! И все — весьма малоаппетитные. Что-то мне профессия мага с каждым днём всё больше перестаёт нравиться…
— Ладно, какие планы на будущее?
— Ну… — задумчиво смотрит она на меня. — Надо сообщить в ближайший монастырь — пусть похоронят мертвых. Не дело, когда они вот так, под открытым небом, лежат.
Отрицательно покачиваю головой.
— Я бы этого не делал.
— Почему? — Дану настолько изумили мои слова, что она даже рот раскрыла от удивления. Не говоря уже о широко «распахнувшихся» глазах — между прочим, красивых…
— А кто у нас специалист по поиску злодеев?
— Я… Не морочь мне голову! Какое отношение это может иметь к погребению убитых?!
— А подумать?
Она с шумом вскакивает с места — тотчас же встрепенулся и Ларс, а из кустов высунулась морда пса.
— Ты!
— Я — никого другого тут нет. Присядь и выслушай — мы ведь так договаривались?
Она нехотя опускается на место.
— Как думаешь, монахи станут делать тайну из похорон? — интересуюсь я.
— Нет. Зачем? Надо ещё и родственников оповестить — они, наверное, уже переживают за своих близких…
— Угу… А тот самый маг, чьё заклятие ты так успешно разломала, узнает, что этот метод сокрытия следов более не работает. И следующие жертвы они попросту сбросят в воду — привязав к ногам что-нибудь тяжелое. Как тогда искать станем? А?
Молчание.
На этот вопрос у неё ответа нет.
— Хорошо… Что ты предлагаешь?
— Мы довозим тебя до ближайшего крупного поселения. Оттуда едешь в монастырь и рассказываешь всё настоятелю. Свой долг — ты исполнишь. А вот его задача — сделать так, чтобы никаких похорон в ближайшее время не было бы. Как ты будешь его в этом убеждать — дело твоё.
— А что делаешь ты?
— Еду к Замковому утесу. По моим прикидкам, там должны быть какие-то подвалы.
Дана отрицательно покачивает головой.
— Там ничего интересного нет — подвалы давно засыпало оползнем. Я сама там была — да и не только я. Это место неоднократно проверялось.
— По этой дороге, — киваю в сторону лесного кладбища, — тоже много кто ездил… Если не ошибаюсь, то и один мой знакомый маг тоже мимо проезжал.
Девушка прикусывает губу.
Извини, но мне сейчас как-то не до политесов!
— Ну… хорошо… Но ты будешь там меня ждать! И один никуда не полезешь!
Да куда ж я денусь-то…
Сказано — сделано.
И уже через пару часов мы тронулись в путь.
Высадив Дану в деревне, где она хотела нанять, либо купить, лошадь, неторопливо следуем дальше. Путь не самый близкий — дня два-три у нас точно на это уйдёт. Придется делать крюк, проезжая через пригороды Кределя — других дорог здесь нет.
Но действительность, как это часто бывает, и тут внесла свои коррективы…
Непогода застала нас на подъезде к городу, оставалось не более пары часов дороги, но, как назло, пошел проливной дождь — и проезжую часть немедленно размыло. Эх, где тот Рим… это только там, в приблизительно в такое же время, делали мощёные камнем дороги! А тут — песок, да глина… Копыта лошадей противно чавкали по грязи, я замерз, и показалось, что заболеваю. Да и Ларс подозрительно зашмыгал носом. Чтобы не свалиться с простудой, пришлось завернуть в придорожный постоялый двор, переждать грозу, а может, и заночевать — вот-вот упадет темнота. На раскисшей дороге мы могли застрять надолго. Ларс, к тому же, беспокоился о собаке — Край, оказавшись на свободе, всю дорогу носился от радости, как угорелый. Лечение Даны давало себя знать, собакин ощутимо крепчал прямо на глазах. Эх, не тем наш маг занимается — могла бы деньгу лопатой грести! Остановил Края только дождь, пес сдулся и стал жаться к нам поближе, путаясь под копытами лошадей.
Во дворе заметил несколько коней, ага, мы не одни. Ну что же, может, разговорюсь с путниками, узнаю что-нибудь полезное. Ларс задержался, занимаясь с лошадьми, а я прямым ходом внутрь — зубы уже отчётливо выстукивали походный марш. Сейчас бы теплого вина с пряностями, да поспать пару часов. Нетерпеливо тяну дверь и захожу в дом. В очаге потрескивает огонь, вкусно пахнет мясом и самое главное — тепло!
На какой-то короткий момент я, видимо, слишком расслабился. Не заметил напряженного вида хозяина заведения, не обратил внимания на заломленные в отчаянии руки его жены и застывшую в углу служанку с испуганными глазами. Почти пустой зал, только за одним из столов сидели три мужика с бородатыми воровскими мордами. Я даже сказал бы, что их было два с половиной. Не то чтобы один был совсем мелкий, просто два других были настоящими мордоворотами. На их фоне третий выглядел как-то несолидно.
— Вина и что-нибудь поесть на двоих… то есть, на троих, — заказываю я, усаживаясь за стол поближе к огромному камину. То есть, выпьем мы, конечно, вдвоем, а вот едой надо с Краем поделиться.