Александр Конторович – Страж. 3 книги (страница 30)
Что-то я не вижу, чтобы мой заказ кто-то торопился выполнять. Хозяин стоит, как пришпиленный к полу, остальные персонажи тоже застыли, как восковые. А у меня прямо перед глазами стоит тарелка густой похлебки, аж слюнки текут.
— Я что, тихо разговариваю? — удивленно оборачиваюсь к хозяину. — В чем дело, уважаемый?
Хозяин рыпнулся было за своей стойкой, вроде как на кухню собрался, но грубый окрик «Стоять!» опять вогнал мужика в ступор. Чувство опасности холодком пробежало по спине. Я, наконец, заметил напряженную атмосферу, двух испуганных женщин, оценил свои шансы. Черт, невыгодная у меня позиция. Я сижу вполоборота к мордоворотам, мне мешает стол, потолок низковат, да и вообще тесно, не хватит места развернуться для удара мечом. Может, до этого не дойдет?
— Нехорошо перебивать святых отцов, — вдруг подает голос «мелкий».
В смысле — «святых отцов»? Это у нас теперь святость по ширине морды, что ли, определяется?
— Хозяин занят, — нагло сообщает бандит.
— Сдается мне, что вы такие же святые отцы, как я — девица на выданье, — спокойно отвечаю я. — Это в каком же монастыре с такими разбойничьими харями монахи служат? — ехидно добавляю я.
Мужики оторопели от удивления: «Он, что — нас видит?» было написано у них на рожах.
Может, кому-то другому они мозги и запудрят, но уж точно не мне. Тоже мне, бедные святые отцы — жулье стопроцентное, небось, грабить собирались, да я помешал.
Сам кошусь глазом на дверь — как бы ещё какие-нибудь ухари из этой банды не появились, некстати это было бы совсем. А бандиты явно намереваются драться.
— И ты смеешь, наглец, сомневаться в словах отца Лавра? — злобно зашипел один из мордоворотов. — Да ты за это ответишь, проходимец!
Я только успеваю начать разворачиваться на скамье, а в руках у одного из злодеев уже огромный тесак и он замахивается им для удара…
Бли-и-и-н!
Левой рукой запускаю в его сторону тяжелый табурет. Их тут делают с огромным запасом прочности — не иначе, чтобы под прыгающими слонами не разваливались. Так что веса в нём — ого-го! Не сравнить с каким-нибудь «икеевским» изделием. И зная эту особенность, мужик от контакта с ним благоразумно уклоняется — его вполне можно понять! Кому охота получить по башке тяжелой деревяшкой?
Но этого времени мне вполне хватает, чтобы вскочить на ноги и выхватить меч.
А вот тут всё меняется…
В отличие от большинства здешних мечей, клинок которых имеет в длину чуть более шестидесяти сантиметров, у меня собственноручно откованная копия классического датского меча-полуторника. И длина сего изделия более метра! Если точнее — метр и десять сантиметров — что существенно улучшает мои шансы в рубке на дистанции.
Длинный неширокий клинок имеет протяжённое рикассо[2], более узкое, чем заточенная его часть. Именно тут я и перехватываю его левой рукой, когда наношу колющий удар.
И увидев столь вопиющее несоответствие в вооружении, оппонент на мгновение притормаживает, выбирая наиболее подходящий способ нападения.
Но в мои планы совсем не входит длительное бодание с ним — противников-то трое! Пока я тут с одним буду валандаться, двое других и с боков могут зайти.
Да, потолок тут низкий, и длинным мечом не очень-то размахнёшься.
Так я и не собираюсь!
Перехват, замах — и сверкающее лезвие описывает полукруг параллельно полу.
Ещё один малораспространённый здесь приём — обычными мечами так не очень-то помашешь… толку с такого удара немного. Да и сила удара одной рукой недостаточна, чтобы гарантированно пробить доспех противника.
Но так то — обычными!
Не успел злодей отпрыгнуть назад, подвела его привычка учитывать стандартную длину клинка. А тут почти полметра разницы!
В последний момент он пытается парировать удар тесаком.
На здоровье! Два с половиной кило веса меча, да и руки у меня крепкие, привыкшие махать куда как более тяжелым молотом…
Минус раз!
Злодей даже за распоротое брюхо схватиться не успел — помер, ещё не коснувшись пола.
Резко отпрыгиваю назад, прикрываясь мечом от возможного удара. А с клинка срываются тяжелые темно-красные капли… Падают на доски пола и расплываются некрасивыми кляксами.
Оставшаяся парочка противников уже на ногах. И стоящий впереди мелкий злодей вскидывает руки в характерном жесте.
Опять какое-то колдовство?
Валяй!
И отдачей его самого сносит назад.
Да так, что сбивает с ног стоящего позади третьего разбойника.
И тот со всей дури влетает спиной прямо в очаг. Толкает висящий на цепях котел… и закономерно получает душ из кипящего варева!
В средние века на противника со стен лили кипяток и кипящую смолу. И штурмующим приходилось кисло.
Здесь явно не смола — но и не просто кипяток! Жирный мясной бульон со специями — запах чувствуется даже отсюда.
Нет, ложкой его есть — это, наверное, вкусно…
А вот получить на голову сразу половину вместительного котла…
— Одноглазый! Помоги! — завывает ошпаренный похлёбкой мужик, хватаясь руками за лицо. Но его приятелю на это наплевать, едва поднявшись на ноги, он отпрыгивает в сторону, чтобы освободить место для броска.
Кинжал, отправленный в мою грудь, нес неминуемую смерть — с точки зрения моего противника, разумеется. Ибо мечом прикрыться от броска — ну, это только в кино, пожалуй… я так точно не могу. Но вот наличия кольчуги под одеждой сей товарищ явно предвидеть не мог — тут так тоже обычно не поступают, носят напоказ, лишний раз подчёркивая крутость хозяина. Да и холодно носить металл прямо на теле! Правда, это справедливо, если не поддеть под низ поддоспешник — а вот он-то у меня и имелся. Да, сидя в повозке, я не раз порывался стащить с себя опостылевшее железо, ибо благодаря ему, холод донимал меня гораздо сильнее, нежели моего спутника. Удерживала только мысль, что делать всё это придётся тоже на ветру…
А вот сейчас меня это и спасло!
Ударив по металлу, клинок ушел в сторону и брякнулся об пол.
Впрочем, Одноглазый совершенно не настроен на продолжение драки — он со всех ног несётся к дверям. И со всей силы налетает на Ларса, который в этот момент решил зайти в зал! Стоило ему только открыть дверь — и он столкнулся лицом к лицу с убегающим злодеем.
Оба полетели на землю. Ларс оторопело вертит головой, сидя на полу, а разбойник оказался куда более прытким. Вскочил — и в его руке сверкнул нож, которым он явно собирался проложить дорогу к свободе.
Он замахивается…
Я рывком бросаюсь к двери, но мне не успеть, мешают поваленные столы и стулья.
— Ларс! Берегись! — я даже не помню, успел я закричать или только собрался?
И в этот момент откуда-то сбоку на нападающего прыгает пес.
Не издав ни звука, большая собака вцепилась в горло Одноглазому. Край сшиб обидчика на пол, тот заколотил руками и ногами по полу в конвульсиях, захрипел и задергался. Ларс бросается к собаке и пытается за задние лапы ее оттащить от своей жертвы — какое там!
Железные мышцы сомкнули челюсти собаки мертвой хваткой, и чудовищная сила раздавила горло злодея, как скорлупу. Вздулись мышцы на шее и плечах — Край трепал давнего обидчика, как тряпку. Привитые за века боев инстинкты посылали псу приказ рвать обидчика на куски, что он и делал, изо всех сил мотая в стороны головой с плотно прижатыми, даже вывернутыми от напряжения ушами.
Не прошло и пары минут, как Одноглазый испустил дух.
Долго мы потом его оттаскивали собаку от жертвы — пес упорно не хотел разжимать челюсти. В общем, смотреть на то, что осталось от злодеюки… в общем, это очень неприглядное зрелище. Я уж молчу о том, сколько там натекло крови…
Трясущимися руками Ларс ощупывает пса — нет ли ран от ножа? Понять это весьма непросто — собака просто с ног до головы была покрыта кровью жертвы. Но на этот раз Край получил лишь небольшую царапину.
В углу валялась служанка, потерявшая от страха сознание, над ней хлопотала жена трактирщика, и сама-то еле живая от пережитого. Хозяин, шатаясь на нетвердых ногах, выволакивал из очага оставшегося в живых ошпаренного боевика. Было у меня сильное желание поговорить с болезным, авось что-нибудь интересное узнаю. В конце концов, именно это я и собирался сделать, входя в трактир. Не стоит отказываться от своих планов, хищно подумал я. А пока киваю на него Ларсу.
— Связать и в угол! Пусть пока там полежит…
Веселенький у нас выдался вечер, нечего сказать. Зато простуда прошла мигом. После драки жутко захотелось есть. Хозяин чуть ли не в ноги повалился нам от благодарности, и заставил стол всякой снедью и вином. Есть с чего — не будь меня, обобрали бы его бандиты до последней нитки. Как выяснилось, мы имели дело с тем самым Креном Одноглазым! И сей деятель, как самый крупный местный криминальный авторитет, регулярно занимался поборами и даже собственноручно объезжал стратегические точки. Дело это было для него безопасное, так как заклинание позволяло окружающим видеть в них безобидных монахов. И только жертвы поборов, да и то — после соответствующего вступления, могли понять, кто же к ним заявился на огонёк. А вот на визит такого «оригинального» гостя, как я — никто и не рассчитывал.
Это и погубило злодея…
Наскоро хлебнув уцелевшего варева (а и впрямь — вкусно!), вылезаю из-за стола. Пожрать и позже можно, чувство голова я несколько приглушил. А вот опросить оставшегося в живых бандюгана, пока тот не откинул коньки, надо!