Александр Колючий – Кукловод. Том 1 (страница 9)
– AUFSTEHEN [6]!
Катя вскинула голову – резко, как от пощечины.
Лицо всё в саже. Сопли, грязь размазаны по щекам. Глаза безумные, белков почти не видно – одни черные дыры зрачков.
– Не могу… – губы шевелятся, звука почти не слышу, читаю по артикуляции и вибрации гортани. – Тошнит… Дышать нечем…
– Мне плевать, чем тебе дышать. Смотри сюда.
Я мигнул красным аварийным диодом на панели генератора. Стробоскоп. Вспышка – тьма – вспышка. Резко, больно для глаз.
– Видишь стрелку? Она падает. Полтора часа, Катя. Полтора сраных часа. Потом этот грохот заткнется. Свет погаснет. Вентиляция встанет.
Я сделал паузу, чтобы до неё дошло.
– А ты останешься здесь. В абсолютной темноте. В бетонном гробу. С двумя телами за дверью, которые очень захотят зайти и спросить, зачем ты их порезала.
Она моргнула. Картинка темноты пробилась сквозь тошноту.
– Я же залила… – просипела она.
– Мало! Этому уроду нужно ведро в час. Нам нужно больше. Нам нужно решить проблему радикально.
– Что делать?.. – голос сорвался на визг, но тут же угас в кашле.
– Мы идем вниз. К «Левиафану». К основному генератору.
Она замотала головой, вжимаясь затылком в вибрирующую стену.
– Там темно… Я не пойду…
– Там спасение. Но сначала убери мусор с дороги.
– Какой мусор? – тупо переспросила она.
– Тех двоих снаружи.
Катя замерла. Глаза расширились еще больше, хотя, казалось бы, больше некуда.
– Они… они там?
– Да. И они не рады.
– Я не выйду… У него цепь…
– У него дырка в ноге. Он подранок. А ты охотник. Бери оружие.
– У меня нет ножа! Нож там… в нем остался!
Я развернул одну из камер на верстак у стены.
Там, среди промасленной ветоши и ржавых болтов, лежал он.
– Верстак. Слева. Бери.
Она повернула голову. Проследила за моим виртуальным указателем.
Газовый ключ. Номер три.
Советский монстр, рыжий от ржавчины, с длинной рукоятью, похожей на дубину. Губки с хищными, сбитыми насечками разведены в ожидании. Массивный, грубый кусок чугуна. Им можно стягивать стальные муфты и крушить хребты и черепа.
– Это?..
– Да, это.
Катя, опираясь рукой о стену, кое-как поднялась. Ноги ватные, колени дрожат. Шагнула к верстаку.
Протянула руку. Пальцы ходуном ходят.
Взяла.
Тяжелый. Килограмма два с половиной, не меньше. Ей пришлось перехватить его двумя руками, чтобы удержать.
– Открывай дверь.
– Глитч… – она посмотрела прямо в объектив камеры. В глазах плескался животный ужас. – Я боюсь.
– Angst ist gut[7], – отрезал я. – Страх не дает сдохнуть. Страх делает тебя быстрой. Пошла!
Она сглотнула.
Подошла к тяжелой стальной створке. Сделала вдох – глубокий, глотая угарный газ вместе с решимостью.
Налегла плечом на рычаг засова.
Лязг. Металл ударился о металл.
Петли взвизгнули, сопротивляясь ржавчине.
Дверь поползла наружу.
Лязг засова. Дверь со скрежетом поползла наружу.
Катя вывалилась наружу и… застыла.
Я ожидал чего угодно: что она рванет в кусты, упадет на землю или начнет скулить.
А она встала столбом. Прямо на проходе.
Задрала голову к небу, подставляя лицо под струи дождя. Глаза прикрыла.
По телеметрии вижу – грудная клетка ходит ходуном. Вдох – выдох. Глубокий, жадный. Как будто она не на улице под дождем, а вышла на балкон в Альпах.
После того химического ада, который устроил АБ-4 внутри, этот сырой, свежий воздух для неё был как наркотик.
Секунда. Две.
Таймер тикает.
Меня это взбесило. Мы тут выживаем или на курорте?
– Чего встала?! – рявкнул я в динамик, пуская звук прямо в ушной нерв. В голове крутилось подходящее слово из немецкого жаргона, но я не стал его озвучивать. – Ждешь приглашения?
Она даже не вздрогнула. Улыбка на грязном лице. Блаженная, идиотская улыбка.
– Тут хорошо… – прошептала она, не открывая глаз. Дождь смывал сажу со щек. – Господи, какой вкусный воздух… Стояла бы и дышала…
– Надышишься в морге! – оборвал я лирику. – Глаза разуй! Враг!
Я попытался вывести ей целеуказание.
[ERROR] SYNC: 9% (СИНХРОНИЗАЦИЯ: 9%)…
OVERLAY: FAILED (НАЛОЖЕНИЕ: ОШИБКА)
Твою мать! Канал слишком узкий. Никаких красивых красных контуров и графики.
Я просто кинул ей в зрительный нерв пакет данных. Цифровой сбой. Помеху. Хоть что-то, что могло бы отвлечь ее от этой эйфории.