Ни в чём ему покоя нет,
невесел этот опыт.
Он запер – к чёрту! – кабинет
и сам ушёл в окопы.
Спускаясь с партизанских гор,
дыша полночным жаром,
в чужой стране погиб майор
Эрнесто Че Гевара.
Любовь была, и смерть была
недолгой и взаимной,
как клёкот горного орла
весной в ущелье дымном.
Так на полях иной страны
сражались без упрёка
рязанских пажитей сыны
в Испании далёкой.
Друзья мои! Не всё равно ль —
признаюсь перед вами, —
где я свою сыграю роль
в глобальной грозной драме!
Куда важней задача та,
чтоб мне сыграть предвзято
не палача и не шута,
а красного солдата.
(1967)
Варлам Шаламов
Из записных книжек Шаламова:
«Как ни хорош роман «Сто лет одиночества», он просто ничто, ничто по сравнению с биографией Че Гевары, по сравнению с его последним письмом…».
«Единственность Гевары в том, что он взял автомат, надо было – машину! И еще в том, что он не мог примириться…
С патронами лужайку жизни перебежал… Взял не медикамент, он взял патрон…»
Ирина Сиротинская вспоминала:
«Часами рассказывал он мне о Че Геваре так, что и сейчас я ощущаю сырость сельвы и вижу человека, фанатично продирающегося через нее».
Че Гевара
Короткие дороги
И длинные мосты.
Их было слишком много
Для пленника мечты.
Дорожки, переходы
Подземных галерей,
Где даже и свобода
Сырой земли сырей.
Я видел в самом деле
Посланца звездных мест,
По радио и теле
Следил его приезд.
С ним рядом шел Гагарин,
Солдат земли,
Узбек, грузин, татарин
С ним рядом шли.
Бескровной белой кожи
И черной бороды
Нездешний свет, похожий
На свет звезды…
Он был совсем не странен,
Товарищ Че.
Совсем не марсианин —
В другом ключе.
Он мировую славу
Сумел преодолеть,
По собственному праву
Ушел на смерть.
Пример единства дела
И высших слов
Он был душой и телом
Явить готов.<…> 
