Александр Кириллов – Легионер 1 (страница 8)

Как-то утром придя на смену, оказалось, что Торп спорил с начальником соседней артели, выясняя, кому достанется разгрузка подошедшей галеры с лихтером. Заказ был выгодным и большим – в трюме корабля и на палубе баржи было довольно много груза, а это наши премии! Спор должен был решить кулачный поединок между бойцами обеих артелей. От артели Тумпа вышел здоровый молодой мужчина лет 30, от нас также готовился драться штатный боец. Я стоял впереди, отчего конкурент – этакий бычок, расчищая площадку для боя – тинг, как называли её земные викинги и местные грузчики, толкнул меня со словами:

– Отвали в сторону, сосунок, это место для разговора мужчин.

Я не понял "наезда", поэтому ответил:

– Вот и отваливай, пока рога не пообломал.

Моя базовая подготовка была основана на самбо, но на улице большинство мальчишеских разборок решались кулаками, так что о том, как драться, представление имел. К тому же, занимаясь самбо на почти профессиональном уровне, понимал, как можно из спортивного спорта сделать боевое. Я не знал, как сражался этот боец, но считал, что дерусь лучше.

Он схватил меня за руку, а я схватил его за пояс и тунику, после чего чётко выполнил бросок через бедро. Мужик грохнулся на землю, а я, не раздумывая, заскочил ему за спину и провёл удушающий приём. Когда противник сомлел и перестал трепыхаться, ослабил хватку, затем поднялся и обратился к артели конкурентов: «Есть ещё желающие подраться?»

Народ насуплено молчал, Тумп зло махнул рукой, а наши грузчики радостно загомонили, обсуждая, как легко я победил сильного соперника. Я же подошёл к 30-летнему мужику, похлопал его по спине и проговорил:

– Видишь, обошлось без травм. Тебе ещё деньги домой зарабатывать надо.

Мужик подумал, потом хлопнул по плечу меня:

– Я готовился к разбитым носам и выбитым зубам, а тут легко отделался. Быстро ты меня завалил – силён, братец!

В общем, меня хлопнули по плечу и другие стоящие рядом артельщики Тумпа, попутно обсуждая короткий бой. В итоге с моей подачи мы мирно поделили судно – большая баржа досталась нам, а конкурентам – менее вместительный трюм галеры. В общем, после поединка явных врагов я не нажил.

Поскольку все труженики продолжали сдавать дань портовым рэкетирам, через несколько дней я попытался создать рабочий профсоюз, чтобы всем коллективом выступить против этого Торбуса:

– Если мы все отправимся и поговорим с этим бандитом в законе и придавим его, как таракана, тогда победим.

Увы, мужики меня не поддержали:

– Молодой ты ещё, многого не знаешь. У них оружие – убьют заводил, а остальных ещё большей данью обложат. А как семьям погибших жить? Одна дорога – в рабство.

В итоге идея стать вождём местного пролетариата накрылась медным тазом.

Прошло тёплое лето, и наступил сентябрь. Чтобы не вести личный календарь своего попаданства, состыковал его с местным. Месяцы назывались по-другому, но суть была та же. Впрочем, здесь все единицы измерения имели свои названия и значения. Просто я привёл их в соответствие с привычными для меня. Например, один километр соответствовал одной местной лиги. Сталкиваясь с бытом людей и прочими реалиями, проводил аналогии с тем, о чем читал в школьных учебниках истории. Создавалось впечатление, что великий Некто расселил своих детей на разных планетах и теперь наблюдал, во что это все выльется.

После смены я отправился домой. Проходя по территории порта, возле здания администрации увидел толстого мужика, обвешанного золотыми цацками: толстой цепью на шее, браслетами на щиколотках и запястьях и "гайками" на пальцах. Такому и кастет не нужен – все пальцы в "железе". Возле него стояли двое "торпед" – телохранителей, и человек пять "быков". В одном из них я узнал мужика, который собирал с нас деньги. Я понял, что это местный босс, поэтому отвернулся и пошёл дальше.

Один из помощников указал на меня пальцем и стал что-то говорить "голдовому". Про себя я назвал этого кекса от английского слова "gold"-"золото".

– Босс, это тот новенький, который не хотел платить вам подоходный налог. Птичка начирикала, что он подбивал народ против вас.

– Этот сопляк имел что-то против меня? Урфин, возьми троих и разберись с козлом, только бейте не до смерти, а потом притащите его ко мне.

– Понял, босс. Счас усе организуем. Парни, за мной.

Троица пошла следом за Урфином, который громко прокричал:

– Эй, фраерок, притормози малёхо! А то за спиной умеешь бакланить, а как по душам перетереть, так деру.

Меня он узнал – не первый раз собирал подати, говорил тоже довольно громко, да и бегущая толпа создавала много шума и пыхтения. Я оглянулся и понял, что это они со мной разговаривают, отчего остановился. Остановились и грузчики из нашей артели, идущие позади меня в 50-ти метрах. Их понять тоже было можно – никто не хотел связываться с местным бандитом.

– Добрый вечер. Это ты мне сказал?

– А кому же ещё? "Папа" хочет с тобой поговорить, только вначале мы тебя уму-разуму поучим.

– За что?

– Против "Папы" и нашей кодлы лишнее вякал. Что, братва, поучим борзого?

Меня стали обступать с трёх сторон, а я, наоборот, отступать. Вот же блин, кто-то из работяг сдал, что я агитировал против этого упыря. Стукачи и приспособленцы есть в любом коллективе. А затем они напали. Но и я не собирался подставлять своё тело под их удары. Так что ударами ног и кулаков, а затем приёмами на инерцию движения раскидал всю четвёрку. Мужики поднимались, надевая на руки кастеты и вытаскивая кинжалы.

– Ах ты, падла, драться решил. Тогда поглядим, какой у тебя ливер.

– Здоровый у меня ливер, а вас, парни, я теперь убивать буду.

Я понял, что если сейчас прогнусь, житья мне не будет. Поэтому решил бить на поражение, а потом просто сбегу из этого города – империя большая. По ходу дела стал оглядываться, ища какую-нибудь дубинку или доску. А затем я побежал, увидев прислонённый к пакгаузу деревянный брус. Схватив его, повернулся к бегущим следом за мной бандитами и приступил к экзекуции, от души раздавая противникам удары полутораметровой палкой в грудь, по спине или голове. Я уже не боялся убить кого-то, а бил, чтобы они от меня отстали.

– Босс, он так убьёт наших парней.

– Туда этим дебилам и дорога. Ладно, Трампус, угомони этого буяна и скажи, что я зову побазарить.

К нам бежал мужик и кричал, чтобы мы прекратили. Я и прекратил, потому что вся четвёрка просто лежала на земле, а у некоторых из лопнувшей на лице или голове кожи текла кровь. Затем мужик вновь обратился ко мне:

– Пошли, тебя босс зовёт.

Оставив всю четвёрку отходить или доходить, мы подошли к «Папе».

– Хорошо дерёшься, парень. Как тебя?

– Мишель.

– Ты знаешь, кто я?

– Босс местных бандитов.

– Хм, пусть будет так. Пойдёшь ко мне в подручные?

– Нет. Я не могу обирать работяг, как это делают ваши помощники.

– Честно. Другие с радостью приняли бы моё предложение, а ты кочевряжишься.

– Я такой, они другие.

– Подбивал против меня людей. Что ты хотел создать?

– Профсоюз. Не получилось, так что я также плачу твоим подручным недельный налог.

– Ты мне понравился, парень. Я освобождаю тебя от оплаты налога. Если призову помочь разобраться с конкурентами, придёшь?

– Приду, кто же боссу порта откажет. Я могу идти, а то надо на ужин еды купить, да в лесу не заблудиться, пока не стемнело.

– В лесу? Так это тебя Дикарём прозвали?

– Меня.

– Парни, Дикаря не обижать. Он почти наш человек. Ступай и работай спокойно.

– До свидания, господин Торбус.

Я пошёл дальше по своим делам, а бандиты переговаривались:

– Папа, зачем он тебе нужен?

– Он хорош в драке, не боится и злой. Из него получится отличный заплечных дел мастер. Ничего, скоро он свыкнется с тем, что он – мой человек, и сам придёт. Он нищий, а лёгкие деньги и доступные девки никого не оставят равнодушным.

Между тем в начале октября было тепло, но пошли дожди, отчего жить под сенью деревьев стало невозможно. Требовалась нормальная крыша над головой и тёплая комната, ибо не за горами маячила зима. Как мне рассказали портовики, зима тут снежная и довольно холодная из-за ветров с Южных гор. Судя по растениям, здесь преобладал климат Краснодарского края или Крыма. А там кто его знает, какие сюрпризы приготовит местная погода. В любом случае, таскать мешки и прочие тяжести под осенним дождём и в зимние метели мне совершенно не хотелось. К тому же я хоть и был человеком, далёким от бандитских разборок, но понимал, что этот хрен вполне может серьёзно взяться за меня и тогда непонятно, чем дело закончится. А ещё я опасался побитых мной бандюков. Хотя босс и запретил меня трогать, но кто будет разбираться, если эти уроды воткнут мне в спину заточку. По этой причине с работой в порту надо было завязывать.

Деньжат я поднакопил, поэтому в воскресенье отправился искать жилье, начав с бедняцкого 10-го района, где обычно покупал себе еду. Стоящие у домов тётки подсказали, кто сдаёт комнаты внаём. Я притопал по первому адресу в конец 10-й улицы. Передо мной раскинулся опрятный дворик с садовыми деревьями, бедной деревянной избой и находящимся во дворе "божьим одуванчиком". Одуванчик, в смысле, бабушка Таисея, оказалась бодрой старушенцией, стоящей кверху попой и выдёргивающей траву вокруг кустов с созревшими помидорами. Завидев из своей позиции гостя, она вернулась в вертикальное положение и поинтересовалась, чего мне надобно? Я ответил, отчего бабуля закивала головой, сообщив, что комната будет стоить 15 грошей в неделю без пансиона. Если с ужином и завтраком, то 40, ибо, судя по моему цветущему виду, кушал я хорошо и много. Я согласился на ужин и завтрак, чтобы не готовить себе отдельно, потому как в этой реальности газ или микроволновку не включишь и быстро ничего не сделаешь.