Александр Кириллов – Легионер 1 (страница 10)

– Нет. Для этого надо поучиться у вас.

– Значит, ты и тут сможешь работать?

– Если потребуется, то и тут делать буду, а отверстия сверлить только дома.

– Непростой ты парень.

– Какой есть.

– Ладно, приходи завтра, определим все размеры, возьмёшь готовые шаблоны и делай. А подмастерьям я новые дела поручу.

На следующий день я снова пришёл в мастерскую Тория. Мне выдали и погрузили на телегу две тысячи разномастных медных пластин, а один из подмастерьев повёз их ко мне домой. По пути разговорились с добродушным и простым работягой, который назвался Тэксом Лавринусом. Я сорвал немного оставшихся на дереве яблок и угостил его, а затем подкинул десяток грошей за помощь. Парень расчувствовался и помог мне разгрузить и занести в сарай пластины. Не хотелось, чтобы они намокли и позеленели.

Так я стал работать в оружейном бизнесе, а правильнее сказать, оказался рядовым работником оружейной мастерской. 2 тысячи пластин – это 8 тысяч отверстий или 8 тысяч грошей. Когда пересчитал в серебро, сумма составила целых 80 денариев. Ещё немного и заработаю свой первый золотой термидор. Благодаря земному инструменту эта работа оказалась намного доходнее работы грузчиком.

После того, как я помог бабуле со сбором фруктов, не требуя денег, мы с ней подружились. Это выражалось в том, что она перестала брать с меня деньги за постой, а я стал покупать для общего стола мясо или рыбу. Бабка готовила их, отчего наш рацион стал разнообразнее и калорийнее. На работе я ни с кем не общался, кроме как с Лавринусом, Торием и Телием. От Тэкса узнавал городские новости, а с мастерами были сугубо деловые отношения. К тому же после сдачи работы, я оставался и смотрел, как из заготовок собираются доспехи.

– Что, Мишель, хочешь собирать доспехи?

– Было бы неплохо научиться, но это я буду медленно делать.

– Да, на этом участке ты нужнее – у тебя просто феноменально быстро получается просверливать отверстия.

Я же, чтобы не стать полным "дауном" – положил заготовку, просверлил, убрал – решил из дерева сделать сверлильный станок, в который крепилась бы ручная дрель, а для пластины было удобное ложе, чтобы они не соскакивали из-под сверла. В общем, занялся интеллектуальным конструированием. После нескольких проб и ошибок придумал удобную конструкцию, сделал её и организовал в своей комнате полноценное рабочее место. А климат здесь оказался континентальным – жаркое лето и холодная зима.

С использованием станка с посадочным местом и удобства наложения шаблона, скорость работы увеличилась. В первое время я обрабатывал 100 пластин в день, а с использованием станка – 150. Требовалось набить руку, так что с каждой неделей эти показатели станут только повышаться. А летом световой день станет намного длиннее, так что можно работать не 8, а все 10 часов. Точить сверло тоже имелось чем, так что в случае затупления рабочего инструмента проблем не предвиделось.

Через пару недель у меня появились лишние деньги, отчего в свой выходной я стал дольше гулять по городу и заходить в торговые лавки. На носу был декабрь, резко похолодало, поэтому требовалось приодеться в тёплое, да и о досуге хотелось подумать. Гуляя, увидел лавку, где продавались книги местных авторов и географическая карта Термидорианской империи и всего мира. Купил обе, чтобы дома изучить подробнее. Правда, при первом же взгляде на них, понял, что автор имел весьма смутное представление о масштабе. В отличие от карт моего мира, эти шедевры больше напоминали рисунки детей, но лучше что-то, чем ничего.

Глава 4. Знакомство

В рабочую неделю днём я был занят, а вечером не хотелось портить зрение, работая при свече, поэтому в сумерках мы с бабулей ужинали, после чего расходились по своим комнатам и ложились спать. Наступил выходной. Разглядывая рисунок и сравнивая его с картой, увиденной в Пещере, заметил, что изначально границы государств были ровные, о чем говорили отдельные участки между ними. Однако в настоящее время линии стали зигзагообразными, залезающими на территорию соседа. Я решил, что это произошло в результате войн, когда одни государства проигрывали, а другие побеждали.

По всему континенту вдоль экватора тянулись горы Панталаса, деля страны на южную и северную части, а на юге были изображены пройденные мной Южные горы. На суше имелись горы, леса и степи, которые были подписаны и выделялись разным цветом и чёрточками. Каждая империя делилась на провинции, по форме напоминающие прямоугольники – 16 прямоугольников были нарисованы на юге и 12 на севере. Столица Термидориум располагалась в северной части, а вольный город Термен находился в южной части империи, относительно недалеко от перешейка, по которому я дотопал к обжитым местам. Этот перешеек упирался в Тарагонское герцогство и почему-то был изображён белым цветом неисследованной территории. Видать, живущие там хищники съедали всех путешественников и исследователей. Каждая провинция являлась герцогством, и все они начинались на букву «Т». Впрочем, в Фарнагоре всё начиналось на букву «Ф», а в Мерсердоре – на «М». На севере раскинулся второй, Северный океан, омывающий побережье всех стран двух континентов – главного и маленького, на котором располагалась Дейтерианская империя. В океанах, словно семечки, были рассыпаны небольшие острова.

Прикинув время, которое я провёл в пути от полюса до Тудора и, соотнеся его с размерами нарисованных территорий, высчитал, что ориентировочная длина любой провинции составляет тысячу километров, а ширина примерно 350. Дальние расстояния здесь мерили в лигах, которые равнялись земному километру. «На глаз» главный континент занимал территорию земной Евразии, но даже с морями планета была намного меньше Земли. Возможно, по размеру она соответствовала нашей Луне. Закончив изучение географии, вспомнил, что сегодня воскресенье – мой законный выходной, когда даже рабы отдыхают. Впрочем, я не знал, отдыхали они или нет, но решил, что и у них также имеется время отдыха.

Поднявшись с кровати, взял грошей и отправился подышать свежим воздухом. Погода стояла солнечная, хотя и прохладная. Недавно я прикупил себе простые, но тёплые вещи и зимние кожаные полусапожки, которые назывались «кальцеи», поэтому, вкупе с тёплыми носками, морозца не боялся. Экипировавшись в обновки, решил отправиться в центральную часть города, где проходила городская ярмарка, раскинул свой шатёр бродячий цирк-шапито, а идущие по кругу с завязанными глазами, чтобы не укачало, лошади, крутили простенькие карусели. Также здесь имелись различные аттракционы на верность руки и зоркость глаза.

Это вавилонское столпотворение создавали люди разных сословий. Я видел важно вышагивающих почтенных глав семейств, попыхивающих трубками с табачком, матрон, не менее степенно идущих рядом с мужьями, и нарядно одетых детишек. Это были представители городского чиновничества или хозяева торговых лавок, мастерских и ферм. Рядом прогуливались горожане из менее богатых семейств, а большинство составляли представители работного люда. Среди них бегали дети бедняков и беспризорники. Порядок в городе поддерживали стражники городского гарнизона. Эти парни были молодыми и крепкими, а вот их начальство явно забросило тренировки, зато хорошо умело кричать и раздавать команды.

Было много молодых пар или весёлых молодёжных компаний. Глядя на них, мне стало очень одиноко. Я был молодым человеком, пусть даже из другого мира, но мне также хотелось внимания и любви. Да и возраст подошёл к черте, когда можно сознательно задуматься о создании семьи. Если раньше я думал о том, как вернуться домой, то сейчас успокоился. Техническую реализацию возвращения я в принципе не рассматривал, потому что даже на Земле между планетами не летали пассажирские космические корабли. А магически я просто не знал, как это делается. К тому же после выхода из горных пещер с магией у меня ничего не клеилось – совершенно не получалось что-либо сделать усилием мысли. Возможно, израсходовалась полученная из кристалла энергия, а может, ещё по какой-то причине. Откровенно говоря, я не привык думать о магии, больше рассчитывая на человеческие силы. Так что пришлось планировать свою жизнь исходя из того, что в той «дыре» я застрял надолго, а, скорее всего, навсегда. От таких мыслей становилось совсем грустно.

В общем, погулял я по площади, затем купил вкусный пирожок с мясом, подкрепился, отчего настроение улучшилось. Остановившись недалеко от цирковой кассы, стал рассматривать окружающих. В это время к ней подошла компании молодых ребят и девчат из небогатого сословия, среди которых своей красотой выделялась одна девушка. На «автомате» я засмотрелся на неё. Возможно, она почувствовала взгляд и, смеясь какой-то шутке друзей, посмотрела на меня. Я продолжал смотреть на неё, отчего она крикнула:

– Чего засмотрелся?! Нравлюсь?

Пришлось отвечать:

– Нравишься, красивая ты.

Тут в разговор вступил её парень:

– Хороша Таша, да не ваша. Нечего на неё пялиться!

– Отчего же на красоту не поглядеть? Разве это запрещено?

– Ты что, термидорианского языка не понимаешь? Сказано тебе, не для тебя девка.

– Я не термидорианец. Тогда уж не девка, а девушка. Выбирай выражения, когда о своей барышне отзываешься, раз такой крутой ухажёр.