Александр Кириллов – Легионер 1 (страница 7)
Глава 3. Горожанин
Через два дня, отмахав по лесным дорогам 70 километров, добрался в предместья Термена – вольного, то есть не принадлежащего никому из окрестных феодалов, города. В будущем я узнал, что он не был полностью вольным, потому что платил налоги императору. Городские дома стояли на берегу широкой реки с названием Термена. В центре возвышалась мощная крепость, за стенами которой расположились дома богачей, большой храм, здания ратуши и прочих городских департаментов. А вокруг цитадели виднелись рынки, ремесленные кварталы, а также дома торговцев средней руки, ремесленников и бедноты. Все эти районы с высоты холма, на котором я стоял, хорошо просматривались. Ещё я увидел большой порт, где причаливали или отваливали от пирсов галеры. Суда имели косой латинский парус, а на гребной палубе был всего один ряд весел. Так что мощные диремы и триремы сюда не доходили. Может потому, что это были речные суда, а может, здесь их не делали в принципе.
Зато вид порта навёл меня на мысли о заработке, вот только вначале стоило озаботиться жильём. Нарубив жердей, сделал примитивный каркас, сверху и по бокам наложил спиленных веток, после чего забубенил себе толстую лежанку из еловых лап и травы. Всё это дело расположил в густом кустарнике, чтобы проходящие мимо горожане из собирателей хвороста, лесных ягод и грибов меньше меня видели. Недалеко протекал ручей, в котором я, как обычно, наловил упитанных лягушек. Долго собирал хворост, которого здесь действительно было очень мало, затем разжёг костёр и сделать себе ужин и завтрак. Уставший, спрятал в густых кустах слесарный ящик, забрался в схрон и заснул.
Поутру спокойно позавтракал и переоделся. Решив не показывать свою одежду, надел на себя только комбинезон, а майку, носки и обувь снял и спрятал. После этого отправился в порт, где здоровому парню вроде меня должны быть рады, ибо на таких объектах грузчики нужны всегда. Никуда регистрироваться я не пошёл, потому что получать избирательное право гражданина города и платить за это ежемесячный налог совершенно не желал. Придя в порт, посмотрел на работу грузчиков, глазами нашёл начальство и направился к нему:
– Здравствуйте, господин начальник.
Мужик осмотрел меня, оценив жилистость бицепсов и мышц грудной клетки, после чего произнёс:
– Хочешь поработать грузчиком?
– Именно. Я чужеземец, но хочу остановиться в вашем славном городе, а жить на что-то надо.
– Вижу, парень ты крепкий – сразу не загнёшься. Как зовут?
– Миша Тимофеев.
– Мишель Тимофи?
– Да, Мишель Тимофи.
– Меня зовут мастер Торп. Я начальник этой артели грузчиков. У нас как раз освободилось место – недавно навсегда выбыл артельщик. Работать будешь шесть дней в неделю с 8 утра до 8 вечера с двумя перерывами. Оплата – 20 грошей в день, расчёт в субботу после смены. Устраивает?
– Да, мастер Торп.
Так началась моя трудовая деятельность молодого специалиста. Грузчики – мужчины от 20 до 35 лет, за исключением нескольких старожилов под "сорокет", ложились спиной на кучу из мешков, хватали один и по сходням несли его в трюм галеры. Когда мешков было много, брать их было легко, а когда количество уменьшалось, оказываясь на уровне бортов телеги, вокруг них начинались «танцы с бубнами». Грузчик поднимал мешок, обнимал, закидывал себе на плечо и нёс к месту назначения, а каждый мешок весил килограммов под 50.
Поднимаясь по трапу на борт галеры, увидел идущего передо мной явно уставшего немолодого грузчика. Его покачивало, пока он нёс свою ношу. Спускаясь с палубы, догнал его и предложил одну идею, на что услышал:
– Раз тебе надо, иди к Торпу и обсуждай с ним свои затеи.
– Хорошо, подойду к начальству.
В перерыв я подошёл к мастеру и завёл разговор:
– Мастер Торп, я тут человек новый, поэтому, глядя как бы со стороны на процесс, появилась идея, чтобы ускорить погрузку.
– Чего-о-о?
– Хочу погрузку ускорить.
Выслушав меня, он авторитетно заявил:
– Ерунда!
– Давайте проверим.
– Ладно, давай. Самому стало интересно.
После перерыва, когда мешки стало сложнее брать, наша бригада выделила двух грузчиков, которые накидывали новые мешки нам на спину, а остальные бригады артели работали «по старинке». В общем, мы обогнали конкурентов мешков на пять и меньше устали. Мастер почесал голову и велел всей артели перейти на новый метод. Меня же хлопнул по плечу, сообщив:
– Отлично, Мишель, твоя голова хорошо варит!
Вечером, когда закончилась смена, я попросил у Торпа дневной заработок.
– Мишель, я же сказал, что расчёт в субботу.
– Я это понял, просто у меня совсем нет денег, а чтобы завтра хорошо работать, мне надо что-то поесть.
– Сам-то где живёшь?
– В шалаше.
– Не понял? Почему не снимешь комнату, а живёшь словно дикарь?
– Так снять-то не на что, мастер Торп. Вот и пришлось построить в лесу шалаш и ночевать там. Когда появятся деньги, что-нибудь подберу.
– Вона как! Точно, что пришлый. Совсем никого из родных нет?
– Совсем.
– Ладно, возьми 20 грошей премии за твоё предложение. Рекомендую покупать еду в 10-м квартале – это район бедняков. Продукция там не лучшая, но дешёвая. Там же сможешь снять себе комнату.
– Благодарю.
Разговор этот слышали коллеги по работе, так что между собой стали называть меня "Дикарём". Я не стал обижаться на кличку и качать права. В конце концов "Дикарь" звучит более героически, чем какой-нибудь "Подлиз". С рассветом можно было бы наловить рыбы, только я не знал, на чём её пожарить, потому что после местных дровосеков в округе не оставалось ничего горящего. Значит, придётся переходить на покупные продукты. После смены отправился в 10-й квартал, нашёл там продуктовую лавку, купил отрубного хлеба, сала и овощей, а затем вновь ушёл в лес.
Так прошла неделя моего вживания в новую реальность. Мышцы были тренированы, поэтому я быстро адаптировался к тяжёлым нагрузкам. В конце недели в обед мне выдали деньги за четыре отработанных дня. Ко мне подошёл Торп:
– С первой зарплатой тебя, Тимофи. Надо бы уважить артельщиков.
– Как уважить?
– Как? Ну, ты даёшь! Эх, молодо-зелено! Проставиться надо бы.
– Понятно. Как говорится, друзья всегда придут на выручку, и чем выручка больше, тем больше придёт друзей. А где можно купить нормального алкоголя и закусь?
– Покажем, поможем.
Пришлось в следующий перерыв сбегать в торговую лавку и купить наливки и нехитрой закуски, а вечером «проставиться» работягам за первую зарплату. Бывало, что днём в перерыв приходили родные артельщиков: жены, подруги или братья помладше. Они приносили обеды своим труженикам, а заодно, как я случайно узнал, посмотреть на дикаря, который живёт в лесу. Правда, в будущем после одного случая артельщики перестали так меня называть. Вечером перед посиделками появились какие-то вертлявые парни, которые стали подходить к грузчикам. Те отсчитывали гроши и отдавали им. Подошёл такой "гоблин" и ко мне:
– Новенький? С тебя десятина заработка.
– Это почему?
– Потому что все, кто работают в порту, платят господину Торбусу.
– Я не хочу платить вашему Глобусу.
– Тогда здесь ты не будешь работать. Понял или пояснить?
– Хорошо. Я работал 4 дня, получил 80 грошей. Вот 8 монет.
– Давно бы так. Тут все платят, а кто кочевряжится, тот рыбу кормит. Усёк, паря?
– Усёк.
Гордость спортсмена и правдолюбца кричала, что надо послать их в одно место и разобраться, а небольшой жизненный опыт говорил – сиди тихо и не высовывайся.
В свой первый выходной день отправился в город, где купил в одной лавке нитки, иголку, ткань и рабочую тунику. Заглянув во вторую, прикупил щёлок, которым выстирал себя в реке. Из ткани сделал подушку и перину, набив её высушенной травой. На улице было жарко и сухо, и дожди не беспокоили. Жил я на полянке, вокруг которой рос густой кустарник. Я решил, что это терновник. От такого открытия даже посмеялся, мол, в этой империи даже ягоды были на букву "Т", не говоря уже про имена и названия городов.
С началом июля активно созревали лесные ягоды, дикие абрикосы, яблоки, груши и орехи. Так что, бродя по лесу вечерами и по воскресеньям, находил такие полянки и досыта наедался витаминами. Несмотря на то, что у меня появились деньги, я сторонился города – в лесу было свободнее. Вечерами глядя на три луны, вспоминал Илеану. Было интересно, помнит ли она меня или уже забыла?
На работе дружбы ни с кем не завёл, поддерживая ровные отношения со всеми напарниками. Тем не менее, потихоньку завоёвывал авторитет у артельщиков. Я знал намного больше, чем все члены бригады вместе взятые. Если просили, мог бесплатно помочь, да и разные анекдоты с шутками периодически рассказывал, вызывая у слушателей смех. Я был не только физически здоровым грузчиком, но умел считать, писать и читать на нескольких местных наречиях. Эти знания досталось мне при переносе, когда мой разум соприкоснулся с разумами участников ритуала, и их знания записались на подкорку моего мозга.
Торп приглядывался ко мне, в итоге сделав учётчиком, отчего моя зарплата стала 40 грошей в день. Теперь я проставлял трудодни всем нашим артельщикам, фиксировал разгруженные суда и даже штрафы за «косяки в работе», а затем каждому рассчитывал его недельную зарплату. После месяца работы стал получать небольшой процент от суммы заказа, что составляло 5-10 грошей в день. В итоге, побывав на городском рынке, купил себе сменные туники, простые кожаные сандалии и высокие калиги на шнуровках, а также лацерну – тёмную накидку с капюшоном, какую носили рядовые горожане.