Александр Кириллов – Легионер 1 (страница 5)

– Нет, Илеана, я жил на природе, поэтому очень далёк от городской суеты. Тем более, здесь чужая империя.

– Платиновый империал состоит из сотни золотых термидоров, который в свою очередь делится на 100 серебряных денариев, а тот на 100 медных грошей.

– Ясно, надо где-то достать денег.

– Увы, Мишель, у нас с собой также нет ни гроша.

– Ладно, барышни, отдохнули, теперь надо идти дальше. Пойдём вглубь леса, затем обойдём развалины замка по большой дуге и двинемся к вашей усадьбе.

– А долго мы будем идти?

– Я не знаю, где ваш замок, поэтому долго.

Мы прошли по очередному попавшемуся на пути ручью, только в обратную сторону, и вышли на дальнем берегу. Теперь никто из нас не спешил, идя в размеренном темпе, обходя кусты, завалы деревьев, форсируя канавы и прочие препятствия.

В это время барон проснулся и поинтересовался, как там пленники. А вот пленников никто не видел. Они вышли погулять и пропали. После рёва барона, напоминавшего призывный крик лося во время гона, все бросились на поиски сбежавших. По кое-где примятой траве, отпечаткам обуви и общему направлению движения, бандиты смогли определить, что беглецы направились в лес. Когда бандиты дошли до ручья, все оказалист в ступоре. На том берегу следов не было и куда они пошли – вверх или вниз по течению, было непонятно. В итоге отряд разделился: одни пошли искать по берегу ручья вниз, а другие вверх. Однако найти наши следы не удалось. Поскольку время было вечернее, поиски пришлось свернуть.

Барон озадаченно произнёс:

– Ладно, приданое мы взяли, что в сложившейся ситуации – очень хорошо. Все идём к графскому замку, может, удастся перехватить беглецов на подходе.

– Господин барон, неужели они смогли убежать?

– Теперь не уверен, Фор. Все это очень странно. Создаётся впечатление, что им кто-то помог. Вот только кто? Дождёмся наших гонцов, а затем отправимся в окрестности замка.

Мы также расположились на ночлег. Народ устал, отчего быстро перекусил моими припасами и улёгся спать. Спать на земле было прохладно, поэтому мне пришлось наломать для девиц веток. Камердинер Мальволио уселся рядом с ними, а я забрался на дерево. Проснувшись рано утром, посмотрел, как мило спят юные феи, и пошёл бродить по окрестностям в поисках ручья. Найдя таковой, занялся рыбалкой, наколов на острогу крупный экземпляр судака. Притащив рыбину в лагерь, подождал, пока она уснёт, чтобы не мучать животину, счищая чешую с живой, затем развёл костёр и приступил к жарке на камнях. Голодный народ быстро поел мягкую, хотя и несолёную рыбу, а затем продолжил путь.

На привалах я развлекал девиц историями из романов земных авторов, рассказывая их, словно это были случаи из моих путешествий. Девушки и даже камердинер с интересом слушали о приключениях римского гладиатора Спартака. Отдохнув, шли дальше, а на очередном привале беглецы снова погружались в мир переживаний за геройского короля фракийцев Спартака, попавшего в плен, а затем в гладиаторы, его борьбе за свободу рабов против римлян и влюбившейся в героя прекрасной патрицианке Валерии. Девушки вздыхали, мыслями окунаясь в сюжет этих приключений. В этот вечер я успел закончить рассказ о гибели Спартака и оставшейся одной безутешной Валерии, отчего девушки даже всплакнули. Илеана взяла меня за руку и, вытирая слёзы, произнесла:

– Мишель, вы настоящий сказитель! Ах, если бы вы стали менестрелем при нашем дворе.

– Нет, чего-чего, а сказителем быть неохота. Это сейчас, пока мы коротаем путь, я рассказываю весёлые истории.

– Какие же они весёлые, когда героя казнили, а его возлюбленная осталась одна.

– Увы, такова жизнь. Как спел один известный бард: «Возвращаются все, кроме лучших друзей, кроме самых любимых и преданных женщин, возвращаются все, кроме тех, кто нужней. Я не верю судьбе, я не верю судьбе, а себе – ещё меньше!» Когда до девиц дошёл смысл куплета из песни Высоцкого, новый взрыв плача с морем слёз огласил округу.

– Так не должно быть, Мишель.

– Согласен. Что же, барышни, пора ужинать и ложиться спать.

За ужином перешёл к рассказу о приключениях Айвенго – оруженосца английского короля Ричарда Львиное сердце, после чего мы собрались ложиться спать. Я отправился к ручью испить воды. Напившись и прополоскав в воде нож, услышал, что сзади кто-то подошёл. Оглянувшись, увидел служанку. Девушка молча села рядом и прижалась ко мне.

– Прохладно, Мишель.

– Это точно.

Я обнял Наталею, она сильнее прижалась и положила голову мне на плечо. Так мы и просидели минут десять, пока девушку не позвала Илеана. Скажем так, ощутив рядом с собой молодое девичье тело, я расстроился, что девушка убежала на самом интересном месте. В это время графиня строго посмотрела на служанку и проговорила:

– Наталея, куда ты пропала?

– Пила воду и болтала с Мишелем.

Лёгкий укол ревности коснулся сердца юной графини. Она снова посмотрела на служанку, которая отвела глаза в сторону. Илеана подумала: «Ерунда какая-то. Кто такой этот Мишель? Обычный бедный путешественник. И кто я!» Укладываясь спать, Илеана закрыла глаза, вспоминая героев рассказа, только почему-то вместо Валерии она представила себя, а вместо мужественного гладиатора – случайного спутника Мишеля. Только конец этой истории был совершенно другим. Улыбаясь, она заснула. В эту ночь мы легли на нарубленные мной еловые лапы рядом.

Следующий день наш маленький отряд продолжил двигаться в северном направлении. Оказалось, что нападение на кортеж графини произошло практически возле замка Тудора, так что путь к замку Тореон занял больше недели. Наконец начались обитаемые места: стали появляться деревеньки, а поля возделывали сервы и рабы. Вскоре мы вышли с территории графства Тудор, оказавшись в родном графстве Илеаны, о чём нас известил едущий на телеге крестьянин. Денег у нас не было, поэтому я продолжал рыбачить, а девушки собирали речных устриц, душицу, листья дикой малины и земляники, чтобы добавить их в блюда в качестве специй. Чашек у нас также не имелось, отчего чаёв мы не пили, обходясь водой из проточных ручьёв.

Теперь во время привалов рядом со мной садилась Илеана, касаясь меня рукой или бедром. Частенько она расспрашивала меня о личном:

– Мишель, а сколько тебе лет?

– 22 года набежало.

– А у тебя есть дама сердца?

– Сердце есть, дамы нет.

– Тебе столько лет и нет дамы? Непонятно…

– А у тебя есть мужчина сердца?

– Был. Правда я его видела всего один раз, когда он приезжал свататься.

– Это твой жених, граф Тудор?

– Да, он. Но после такого поступка я выбросила его из сердца и теперь оно свободно.

– Это круто!

– Наверное. Я ещё не решила. А ты хочешь, чтобы у тебя была дама сердца?

– Ха-ха, наверное, но я тоже ещё не решил.

– Нет, Мишель, иметь даму сердца – это круто, как ты говоришь.

– Значит, придёт время и она появится.

Если Илеана была воспитана в строгих правилах, то служанка оказалась проще. Увы, но познакомиться поближе с Наталеей никак не удавалось – графиня чётко следила, чтобы служанка больше со мной не уединялась. Я заметил это и не провоцировал девушек. Кроме рассказов расспрашивал спутников о местных реалиях, составляя общее впечатление, как тут живут люди. Чем больше мы общались, тем сильнее меня тянуло к этой фее. Анализируя своё состояние, обнаружил признаки влюблённости. А ещё меня радовало, что юная леди также благоволила мне, не оставшись равнодушной к своему случайному спасителю. Скажем прямо, оказавшись на чужой планете и в одиночестве бродя по лесу, мне реально было страшно за своё будущее. Что меня ждало впереди? И эта симпатичная девушка стала моим первым другом в этом мире.

А ещё, глядя на отношения между этой троицей, я понял, что между простолюдинами, которых здесь называли плебеями, и патрициями существовала чёткая субординация. Учитывая, что у меня ничего не было, я автоматически попадал в категорию плебса. Блуждая по лесу больше недели, мы, наконец, добрались до гряды холмов. Взобравшись на один из них, девушки увидели свой замок и расположенный у его стен городок. Радости у троицы были полные панталоны, или что там они носили под своими туниками, потому как полуголодными бродить по лесу и спать не в привычной кровати, а на жёсткой земле – удовольствие ещё то. Так что все собрались с силами и бодро потопали домой.

Детективы я почитывал, отчего представлял коварство плохишей. По этой причине идти к замку всей толпой опасался, предложив свой вариант. В итоге, графиня и Мальволио остались в засаде, а мы с Наталеей направились к замку окольными путями. Пока шли, девушка спрашивала, что я собираюсь делать:

– Мишель, ты очень отличаешься от всех нас. Даже одежда на тебе чудная. Что ты собираешься делать?

– Не знаю.

– Оставайся. У меня есть своя комната на первом этаже замка, правда, я не уверена, что тебе разрешат в ней жить. Зато на территории в отдельном домике живут мои родители, и ты можешь остановиться у них. Я буду часто приходить к тебе.

– Спасибо, Натали.

– Меня зовут Наталея.

– Там, откуда я родом, твоё имя звучит как Наташа или Натали. Я подумаю. Не хотелось бы быть нахлебником.

За разговором время пролетело быстро. Вскоре мы обошли крепостную стену и по опущенному подъёмному мосту через главные ворота зашли во двор. Стражники узнали служанку и пропустили нас. Здесь наблюдалось целое столпотворение: сервы, стражники, рабы и даже лошади с ослами перемещались по двору в хаотичном, как говорят учёные, "броуновском" движении. Наталея побежала в замок, а меня у ворот притормозили охранники. Я остался стоять возле стены, ожидая продолжение «пьесы».