Александр Кириллов – Бык из Буффало 1 (страница 15)

- Вот такие дела, Робби. Ты можешь переехать ко мне, пока не подыщешь новую квартиру.

- Значит, ищут меня. Что же им надо? Нет, Нэнси, переезжать к тебе я не буду - это опасно для тебя. Поживу в гостинице, пока не сниму новые апартаменты и свалю туда. Адрес оставлю - мало ли, что тебе потребуется.

Я поднялся к себе, собрал в чемодан купленную мной посуду, а также верхнюю одежду и обувь прежнего владельца. Всё это влезло в пару чемоданов и рюкзак - надо же, как аскетично жил Кейцер, и навсегда покинул эту квартиру. С хозяином собрался встретиться и рассчитаюсь завтра, а сегодняшний день посвятить поиску нового прибежища. В агентстве недвижимости мне подобрали другую квартиру в доходном доме на углу крупных Гранд-стрит и Вест-Ферри-стрит. По ним также ходил общественный транспорт, на котором можно было доехать к больнице.

Новая квартира также была двухкомнатной, но имела более богатую обстановку. Оказалось, что Питер жил недалеко от меня. Я оплатил съём на полгода вперёд, затем прошёлся по магазинам, докупив кухонные и постельные принадлежности, средства гигиены и новые шмотки. Так что теперь был одет по моде, напоминая преуспевающего дельца или гангстера. А вот к хозяину доходного дома, где жили родители Роберта и прошло его детство, заявился в старой одежде. Стараясь меня удержать, хозяин пустился в воспоминания. Сославшись на жизненные обстоятельства, полностью с ним рассчитался. Родной она была для того Кейцера, а меня с ней связывала лишь угроза моей жизни.

Завершив расчёт, спустился к Нэнси. Оставив свой новый адрес, в субботу пригласил девушку на новоселье. В этот день у нас обоих ожидался выходной. Было заметно, что девушка сильно расстроилась. Одно дело быть соседями и совсем другое, когда моё жильё оказалось довольно далеко. Оставшись одна, Нэнси села на кровать и разревелась – ей стало очень одиноко в этом городе. Успокоившись, лежала и думала, как за последние три дня изменилось её душевное состояние, и какие непривычные эмоции появились. Её родители жили в небольшом провинциальном городке Кларенс, что раскинулся среди лесов в 50 милях от Буффало, но они были вдвоём, а она здесь - совершенно одна.

Идя пешком по Эмлвуд-авеню, увидел букмекерскую контору. Сейчас был 1930 год. Естественно, я не знал ни победителей лошадиных скачек, ни результатов хоккейных, баскетбольных или иных матчей, кроме редких исключений, связанных с интересами моих прошлых жизней. Заглянув внутрь, увидел, что кроме лошадиных скачек, здесь принимались ставки на бокс, а именно на бой за чемпионский титул между германским тяжеловесом Максом Шмеллингом и американским чемпионом Джеком Шарки. Сам поединок должен был состояться через 10 дней в Нью-Йорке. Поглядев котировки, увидел, что американец считался фаворитом с коэффициентом 2 к 1, но я знал, что победит Макс. Если поставить 3 тысячи долларов, можно будет «снять» выигрыш в 6.

Затем обнаружил ставки на футбол. 13 июня в Уругвае начинался первый чемпионат мира по футболу. Дело в том, что в эти года в США был довольно развит европейский футбол, поэтому американцы единственный раз в истории займут на этом чемпионате третье место, а чемпионами станут уругвайцы, обыграв в финале аргентинцев. Поскольку команда США участвовала в турнире, на него также принимались ставки. Меня осенило, где у меня получиться «поднять» неплохие деньги. Заодно, захотел помочь своим новым знакомым - Нэнси и Питеру. Узнав, что контора существует лет 10, решил, что она не разорится в этом месяце.

Второе необходимое дело, которое совершил, это прошёлся по вещевым и книжным магазинам, купив для пациента 6-й палаты три книги: «Идиот», «Преступление и наказание» и «Северные рассказы» Джека Лондона, а себе учебник с практикумами по бухучёту и бытовые вещи. Я решил, что на работе будет полезно заниматься не смотрением в окно, а изучением дела, которое может пригодиться. Проходя мимо газетного издательства, взял у мальчугана-разносчика газет вечерний выпуск "Буффало ньюс", где напечатали большую статью о вчерашнем ограблении ювелирного салона и убийстве полицейского. Бандитов пока не нашли, но была фотография украденной броши с бриллиантами. Пока совершал бытовые подвиги, оказалось, что день приблизился к своему окончанию. Вернувшись домой, искупался, надел новое белье и улёгся на такое же постельное. На кухне на полках была расставлена новая посуда.

На следующий день вырядился в обновку, отчего стал выглядеть весьма представительно. К сожалению, на лице красовались фиолетово-жёлтые синяки, придававшие мне бандитский антураж, правда, после умывания забыл о такой мелочи. А вот для молодых парней такой боевой раскрас создавал ореол "крутости". Я же считал, что круто - это когда синяки есть только на физиономии твоего противника, однако у каждого возраста своё видение. Пообедав, направился в колледж, где учился Питер, иначе с моими делами парень так и не застанет меня дома. Кроме общих новостей у меня имелось к нему деловое предложение. Узнав расписание, дождался окончания урока и отозвал парня в сторону. В первый момент он даже не узнал меня:

- Мистер Боб, вы совершенно изменились.

- До которого времени у тебя занятия?

- Ещё два урока и я свободен. У меня к вам дело.

- Тогда идёшь домой, берёшь всю наличность, какая у тебя есть, а затем провернём одно дельце. Можешь занять у отца?

- Я так попрошу.

- Не так, а именно, что займёшь баксов 200 или больше. Ведь ты - деловой человек?

- Пока нет. Мистер Боб, вы так круто выглядите, словно настоящий гангстер.

- Всё верно. Было бы у меня брюшко - выглядел бы дельцом, а при моих габаритах - самый настоящий громила. Буду ждать тебя в 15.00 у ресторанчика "Роузлэнд". Заодно, покушаем - я угощаю компаньона.

- Вы берете меня в компаньоны? А что за дело?

- Там всё обсудим. Постарайся взять побольше денег - удвоишь изначальное.

Я ушёл, а Питера обступили несколько друзей.

- Пит, это кто?

- Серьёзный дядя. Он сказал, что берет меня в компаньоны в одном деле.

- В каком?

- Ещё не знаю.

- Наверняка у него есть "ствол"?

- Наверное, Пол.

- Может, он и меня возьмёт в дело? Ведь мы с тобой друзья.

- Я спрошу.

Через пару часов Пит бегом мчался домой. Застав маму, вытребовал у неё 300 долларов, сказав, что это дело жизни и смерти, но берет их в долг на декаду. Ещё через час он, озираясь, стоял возле ресторана. Я заметил юношу, когда переходил улицу. Поприветствовав, вместе вошли зал и сели за столик. Сделав заказ на двоих, начал разговор:

- Пит, хорошие люди должны помогать друг другу. По этой причине я решил помочь тебе заработать денег.

- Как, сэр?

- Вначале начнём создавать стартовый капитал. И первое, где мы заработаем - это на верных ставках.

- Но это лотерея, сэр.

- Ты будешь ставить только на то, на что буду ставить я. Тогда мы будем в шоколаде.

- Я принёс 300 долларов. У меня есть друг. Его зовут Пол Керри. Он спросил, может ли он также стать нашим компаньоном?

- Это хороший парень?

- Он мой лучший друг!

- Завтра планирую снова зайти к вам, тогда и поговорим.

Покушав, побывали в букмекерской конторе, где поставили на победу Шмеллинга - я три тысячи, а Пит свои 300 долларов. Осталось дождаться боя и получить выигрыш. Затем парень спросил, в какой из двух спортзалов в ближайшей округе ему лучше ходить? Поскольку для поддержания формы в мои планы также входило посещение спортзала, мы вместе отправились посмотреть на оба заведения. Вначале зашли на Ферри-стрит, оказавшись в фитнес-клубе, если не для мажоров, то для представителей среднего класса. Здесь занимались почтенные отцы семейств из интеллигенции, а также юноши и девушки из этих же семейств.

Затем прогулялись на 15-ю стрит. В этом пристанище силы ковали стальные мускулы будущие «волки или шакалы улиц». Зал был большим. В одном углу виднелись натянутые канаты ринга и висели груши, а две третьих занимали кушетки со штангами, гантелями и различные тренажёры из тех, которые сейчас выпускала промышленность. Этот зал находился в бедном припортовом районе Нижний Вестсайд, так что контингент был соответствующим – американцы, ирландцы и негры, но все с замашками мелкоуголовной шпаны.

Я пошёл между рядов тренажёров и турников поглядеть на тренирующийся народ и хозяина поближе, а Пит остался стоять на входе в зал. Пока он, разинув варежку, глядел на тягающих разные железки атлетов, мимо прошла троица рослых и довольно крепких негров. Один из них со словами: "Ещё один снежок появился", - так толкнул Питера, что тот улетел к брусьям, по пути споткнувшись о штангу, и геройски завалился на пол. Видевшие это «качки» засмеялись или ехидно прокомментировали случившееся.

В этот момент я повернулся в сторону Питера, поэтому видел инцидент. Если сразу не дашь ответку, могут сесть на шею Питеру, а следом и мне. Пришлось переть им навстречу, а когда сблизились, крепко приложиться плечо в плечо с хамом. От удара мужика развернуло, и он попятился к стенке. Двое встали, а парень полез на меня с кулаками:

- Ты чего, снежок, обурел? Ты знаешь, что с тобой сейчас будет?

- Не знаю, ниггер, - ответил я, и классно «зарядил» тому в челюсть. Глухой нокаут парню был обеспечен. Второй дёрнулся в мою сторону, но также получил удар «крюком» вразрез между длинными руками. Его глаза закатились вверх, и свет в них погас минуты на две. Третий поднял руки в примирительном жесте, отчего я хлопнул по его ладошке своей, мол, всё норма. Ко мне подошёл поднявшийся Питер, а следом и местный тренер.