Александр Катеров – Плакала Алла. Сборник рассказов (страница 14)
– Да, – заключил я, – картина не для слабонервных…
Лиза равнодушно махнула рукой и сказала:
– Полетели отсюда. Я летать хочу!
* * *
Лиза была счастлива своему освобождению.
Она рассказывала мне всякую ерунду, задавала глупые вопросы и птицей кружилась в голубом пространстве.
Я поглядывал на нее и с улыбкой думал:
– Совсем ребенок!..
– Я уже не ребенок, – поспешила возразить Лиза, прочитав мои мысли, – мне скоро восемнадцать исполнится!
– Уже не исполниться, – поправил я ее и спросил:
– А что случилось? Почему так рано, что привело тебя сюда?..
Вскоре я узнал, что Лиза была наркоманкой, а передозировка привела ее сюда. Ее дальнейший рассказ мне был уже неинтересен.
– А разве ты не знала, что наркотики опасны для жизни? – Перебил я ее пламенную речь, а она поспешила ответить:
– Ой, брось ты, Витя! Какая у меня жизнь там была – существование! Наркотики – вот жизнь! Уколешься и на все плевать. Все по кайфу и чудовище это, так – смешной барабашка!..
– Да. Красавица и чудовище! – печально заключил я, понимая, что говорить больше было не о чем.
Я смотрел на Лизу и понимал, что борьба на кладбище была напрасной, сражение я проиграл – она давно была во власти Сатаны. И теперь в облике милой девушки он смеялся надо мной. Было понятно и другое, что пребывание Лизы в этом мире будет недолгим. Невидимая нить на ее запястье уходила на землю, и время от времени давала о себе знать, подтягивая поводок. Лиза этого не замечала и продолжала рассказывать свои земные приключения, летая под облаками.
Я предвидел исход и, проводив ее взглядом, произнес:
– Бедная Лиза!..
Вдруг яркая вспышка осветила округу, а громкие раскаты грома прокатились по небу. Вокруг все потемнело, и тяжелые облака поплыли над нашими головами. Повторный раскат грома прозвучал, как набат большого колокола, и я услышал истерический крик Лизы. Она падала вниз, пытаясь руками удержаться за воздух. Падение становилось стремительным, и через минуту Лизы не стало. Прогремел гром, а на земле страшным эхом отдалось рычание зверя. Тучи побежали быстрей и вскоре, через образовавшуюся брешь, стали пробиваться лучи солнца. Тучи стали легче и, поменяв цвет, превратились маленькие белые облака на большом голубом небе.
Наступила тишина, и я сказал:
– Ну, вот и все!..
Я передвигался в пространстве, а в памяти все еще всплывали фрагменты истории бедной Лизы. Сатана меня больше не пугал, я не был в его власти. Я уже был там, где грехи не совершают. Здесь, в этом мире, за них приходилось расплачиваться. Я получил хороший урок для себя и уже понимал, что души людей надо спасать на земле при жизни, а не здесь, когда исправить уже ничего невозможно…
Андриановна
– Господи, что же теперь будет? – думала Анастасия Андриановна, лежа в постели. – Горе-то какое! – убивалась она.
Сама-то она была лежачая, уже полгода не вставала с постели.
Болезнь и годы уложили ее в кровать, и она уже подумывала оставить этот мир. И все вроде у нее складывалось хорошо: завещание написала, белье приготовила, даже пособороваться успела.
Но тут пришла беда, да еще какая. Дочка с мужем на машине разбились насмерть, а у них дети – девочке десять и мальчику восемь лет.
– Что делать? – раздумывала Андриановна, глотая слезы.
– Это что же, детей в детский дом? А вдруг в разные приюты, а обижать будут?.. Как же они, мои родненькие, сиротинушки?..
Полночи проплакала она – все слезы выплакала, а к утру свалилась с кровати. Так докрутилась в раздумьях, что и не заметила, как очутилась на полу. Что делать? Дома никого нет, соседка, что присматривала за ней, ушла домой и придет только утром, ну и поползла Андриановна к иконам по-пластунски. Благо тело еще помнило войну и ночные вылазки за линию фронта. Вот и пригодилось…
– Это поначалу тяжело, – подбадривала себя старушка, – потом ничего – привыкаешь…
Огонек в лампаде был ей как маяк, и она благополучно добралась до маленького иконостаса в углу спальни.
Мысленно перекрестилась и поднялась на локтях. Поблагодарила Богородицу, и присела на колени, а когда прочитала молитву, смогла встать на ноги и поцеловать святой образ Бога…
До рассвета она провела в молитвах, а когда в комнате посветлело, стала искать свою палочку.
– Выбросили, наверное, окаянные, – ругалась Андриановна, – думали бабка больше не поднимется…
К семи утра она уже оделась и отправилась к соседке.
Та открыла ей двери в ночной рубашке и обомлела…
– Андриановна! Ты ли это?..
– Ты мне, Петровна, это… Свою палочку одолжи, а то моя куда-то задевалась, – отвечала Андриановна, а соседка удивлялась:
– Ты это куда собралась?
– За внуками. Горе-то слышала у меня какое?
Петровна промолчала, а Андриановна продолжала:
– Да, ты не смотри на меня так. Я в здравом уме. Не время сейчас умирать, надо детей на ноги поставить, а тебе спасибо большое!..
Соседка вынесла ей свою палочку и спросила:
– Может, тебе помочь?
– Сама управлюсь, – ответила Андриановна и вышла из подъезда.
Так все и получилось у нее. Внуков она подняла и выучила, а сама через десять лет быстренько умерла, наверное, боялась передумать, а то внучка вышла замуж и ждала ребенка. А правнуки для нее были тоже большим искушением. А так и двух жизней не хватит!..
Потому что жизнь бессмертна
Проскочив деревню, таксист Костя вдруг резко остановил машину у магазина и вопросительно посмотрел на меня.
Я ответил ему тем же, а он спросил:
– Водку-то брать будешь?
Не понимая вопроса, я промолчал, а он объяснил:
– По пути взять будет негде…
Я ответил не сразу, так как еще пребывал в шоке от известия о смерти друга. Я приехал к нему на день рождения, а он вдруг умер.
– Дурацкая история, – возмущался я, – крепкий мужик – десантник, а умирает от гриппа. Глупо! – Заключил я, а Костя спросил:
– С тобой, Витя, все в порядке? Ты водку будешь брать или как?
– Конечно, буду, – ответил я и полез за кошельком.
Костя вышел из машины и поспешил к магазину.
– А деньги? – Крикнул я ему вдогонку, а он махнул рукой.
Я проводил его взглядом, а в окошко автомобиля постучали.
– Вы на кладбище едете? – Спрашивал меня невзрачный мужичок, пережевывая потухшую папиросу.