Александр Катеров – Лестница в небо, или Рассказ очевидца (страница 2)

Я посмотрел на него с пренебрежением, а он повторил:

– Денег дай, кушать хочется!..

Порывшись в кармане куртки, я отдал ему монеты, а он, поблагодарив меня, протянул маленькую иконку. Чуть заметный лик седовласого старца смотрел на меня знакомыми глазами.

– Узнаешь? – Спросил бомж и улыбнулся мне желтыми зубами.

Я промолчал и протянул ему сотенную бумажку.

Тот с благодарностью ее принял, а я спрятал икону в карман.

Мужчина вдруг вскочил на ноги и выпалил:

– Икону-то верни!

– Как? – Удивился я. – Я же за нее заплатил!?

Через минуту я почему-то вернул ему икону, а он сказал:

– Да, ты не обижайся, она тебе ни к чему, да и деньги тоже…

Он загадочно посмотрел на меня и продолжил:

– Возвращайся в сквер, тебе туда…

Я послушно поменял направление, а он прокричал:

– Ты уж извини, не благословляю – грешен…

Я еще долго бродил по осеннему скверу, пока чья-то невидимая рука не подтолкнула меня к развилке дорог. Здесь я почему-то свернул на узкую аллею и мое сердце тревожно застучало.

Впереди я увидел большой и раскидистый куст. Листья у него были красными и он, размахивая своими ветвями, манил меня к себе. Я приближался к нему, а мое сердце выскакивало из груди.

Поравнявшись с ним, я вдруг услышал чей-то голос:

– Ну, вот и пришли, Виктор!..

Душа моя затрепетала, предчувствуя развязку, а кто-то сказал:

– Сейчас! Еще немного – все!..

Глава 1.

Я умер ранней осенью, когда лето уже закончилось, а осень еще не наступила. Все произошло неожиданно, хотя, кто ожидает смерти? Ну, если только неизлечимо больной и, то… Никто знает время ее прихода. Вот и я, как и многие из нас в этой жизни, надеялся, что все обойдется и беда пройдет стороной. Но этого не случилось, и я умер.

Я был убит ножом в спину. Но признаюсь, что от судьбы я не бежал, а наоборот, чувствуя приближение развязки, я шел ей навстречу и часто провоцировал ее на быстрое разрешение. И вот это случилось. Нож попал мне в сердце и я, не закрывая глаза, провалился во тьму.

С немыслимой скоростью я проскочил темный лабиринт и выскочил в большое светлое пространство. Яркий свет ослепил меня. Серебристый туман расстилался перед моим взором, но очень скоро он стал таять, превращаясь в белые облака на голубом фоне. Это было небо.

Я взглянул вниз и увидел замечательную панораму большого города. Зеленый полуостров омывало теплое море, а сам город был поделен на квадраты и другие геометрические фигуры. Людей не было видно, и я удивился тому, что не заметил, как высоко приподнялся над землей. Вскоре я поднялся еще выше и увидел большое и чистое небо.

Мое передвижение в пространстве меня приятно удивляло, так как ни руки, ни ноги не принимали участия в моем полете. Моим двигателем была моя мысль, и поскольку в данный момент она отсутствовала, я просто парил над городом, осознавая свое новое положение. Вдруг рядом со мной пролетела птица и заплакала как ребенок. Меня это встревожило, и я вспомнил о событиях, которые привели меня сюда. Воспоминания затрудняли мой полет, и я поспешил оставить эту неприятную для меня тему. Я посмотрел над собой и увидел огромное светлое пространство. Она было бесконечным и голубым. Где-то далеко белой полоской пролетал самолет, и я как мальчишка устремился за ним. Уже через мгновение я его догнал и прочитал его бортовой номер. Победителем я возвращался обратно, когда та же птица встретилась мне на пути. Она шарахнулась от меня в сторону и стала стремительно падать вниз. Я метнулся за ней, и когда я ее догнал, она по-детски заплакала и исчезла в листве красного куста. Рядом раздался плаксивый голос ребенка, и я вспомнил о своих детях.

Уже через мгновение я оказался у ворот своего дома.

Калитка была заперта, и я машинально потянулся к ручке. Моя рука, не ощущая препятствия, легко прошла через металлический лист и я, сделав шаг вперед, очутился по ту сторону забора. К моему удивлению замок громко щелкнул, имитируя работу механизма. Из глубины сада навстречу мне выскочила большая собака. Огромный черный пес решительно приближался ко мне, и я замер на месте. В двух шагах от меня он вдруг остановился и жалобно заскулил.

– Малыш! – Позвал я собаку, а она поспешила скрыться от меня.

– Не узнал, что ли? – Обиделся я и подошел к дверям дома.

Не воспользовавшись ключом, я легко проник внутрь и опять заметил, как щелкнул замок, а шторы на окне дернулись от сквозняка. Я не придал этому значения и прошел дальше по коридору.

Дома никого не было, и я догадался, что дети находились в школе, а жена ушла на работу. Походив по комнатам, я вернулся в спальню и осмотрелся. Мне казалось, что я что-то не находил, чего-то я не заметил, не обнаружил. Обойдя предметы комнаты, я остановил свой взгляд на дверце шкафа, на котором было закреплено зеркало. С удивлением и даже страхом, я заметил, что не вижу своего отражения.

– Так вот чего я не нашел в спальне. Вот чего не обнаружил я в этой комнате, – осенило меня, и я воскликнул. – Своего отражения!..

Я невидим. Невидим, но я есть. Вот мои руки, ноги, живот и голова на своем месте, – размышлял я, рассматривая части своего тела.

Ощупав себя руками, я немного успокоился и вскоре страх сменился на любопытство. Я прошелся по домам своих соседей и стал свидетелем поведения этих людей. Кто-то вздрагивал и со страхом озирался по сторонам, кто-то крестился, а кто-то откровенно ругался матом. Все, кого посетил я, меня не видели, но мое присутствие не оставалось без внимания. Люди чувствовали меня, и я разделял беспокойство этих людей, так, как и сам в недалеком прошлом испытывал подобное. Я помнил, как становилось жутко и неуютно от каких-то шорохов и стуков в нежилой комнате, от внезапного сквозняка за спиной или упавшей со стола ложки. И вот теперь это делал я. Мне стало немного стыдно и когда я, в одном из домов застал влюбленную парочку в пикантной обстановке, я оставил это занятие.

Все, что происходило со мной сейчас – походило на сон. Настолько все было невероятно, настолько легко и доступно, что думать ни о чем не хотелось. Облетев город, я вспомнил о близких и родных мне людях. Подумав о жене, я тут же оказался у нее на работе и стал свидетелем ее разговора с подругой. Находясь в двух шагах от жены, я узнал, что она была сильно обеспокоена моим отсутствием.

– Он опять не ночевал дома, – рассказывала Татьяна своей подруге, – как я устала, если бы ты знала. Как мне это все надоело…

Я сделал шаг вперед и оказался у нее за спиной. Она дернула плечами и обернулась. Я увидел ее воспаленные глаза и подумал:

– Плохо спала – плакала…

Сколько боли и страданий я причинил этому человеку, этой женщине, которую когда-то любил. Мне захотелось пожалеть ее и успокоить. Я протянул руки, а они прошли сквозь нее, причинив ей только страдание. Она вздрогнула и, отшатнувшись от меня, заплакала.

– Я больше так не могу, с ним что-то случилось!

– Да, брось ты так убиваться, Татьяна, – успокаивала ее подруга, – небось у бабы какой-нибудь зависает. Знаю я этих мужиков – проходили. И прекрати истерику, ты на работе – люди смотрят…

Жена стала вытирать слезы, а я покинул это место, потому что мое присутствие здесь только усугубляло тревогу и наводило страх. Моя беспомощность раздражала меня, и я поднялся в небо, откуда еще слышал плаксивые причитания Татьяны. Это гнало меня от нее прочь, но и далеко от земли, голос жены долетал до моего сознания.

* * *

Пролетая над городским сквером, я вдруг вспомнил о своем теле, оставленном на безлюдной аллее парка. Сбавив скорость, я быстро нашел его на траве у красного куста. Здесь уже собралась группа людей, и я опустился на место, где недавно стал жертвой убийства.

Народ обсуждал происшествие, а я посмотрел на покойного.

Молодой мужчина лежал на боку в какой-то необычной позе. Его ноги застыли в полушаге и казалось, что даже лежа он продолжал свое движение. Руки были широко раскинуты по сторонам, а пальцы, собранные в кулак, сжимали горстки пожелтевшей травы. Голова лежала затылком к земле, а глаза смотрели в небо.

– Впечатляет, – цинично пошутил я и нагнулся к своему телу.

Я хотел поправить челку на лице, но моя рука трогала воздух, а покойник вдруг подмигнул мне и выпустил струйку крови изо рта. Я отскочил в сторону, а полицейский накрыл мое тело брезентом.

Осматривая место происшествия, я заявил:

– А что, совсем и неплохо. Я убит, а не умер от наркотиков или водки. Я не валяюсь в канализационном люке, а лежу на аллее сада.

– В общем сойдет! – Сделал я заключение данному происшествию и почему-то вспомнил телерепортаж с городского кладбища.

Как-то вечеров в новостях показывали его малоизвестную часть, где были захоронены безымянные люди – бомжи и тела, не нашедшие своего имени. Кому-то из журналистов удалось сделать уникальную съемку, как бросали тела этих бедных людей в неглубокие ямы, без гробов, и даже не всегда в полиэтиленовых мешках. Как потом стая бездомных собак разрывала могилы и пожирала покойников.

– Да-а!.. Не хотел бы я так… – Подумал я и заметил, как у моего тела шло активное обсуждение происшествия.

Звучали высказывания о бандитском беспределе, о бездействии властей и о том, что я стал жертвой этого беспорядка. Мне было приятно участие этих людей в разбирательстве происшествия. Они жалели меня и, совсем не зная пострадавшего, прощали ему все грехи…