Александр Катеров – Лестница в небо, или Рассказ очевидца (страница 3)

– А ведь я далеко не безгрешный человек и очень может быть, что не заслуживаю такого быстрого прощения. Многим людям я причинил не только боль, но и страдания, – с грустью признавался я, – и среди них были близкие и даже родные мне люди.

Сирена спецмашины прервала мои размышления, и я заметил, как у моего тела продолжалось активное обсуждение. Высказывались версии убийства, и свидетели сообщали о выстрелах на аллеях сквера.

Я не придавал этому значения, а наблюдал, как санитары забросили мое тело в машину и, громко хлопнув дверью, уехали прочь. Толпа не расходилась, а сотрудники полиции осматривали место происшествия. Я потерял интерес к происходящему, а непонятная тревога наполняла мою душу. Оставаться здесь не было никакого желания, и я покинул это место с тяжелой мыслью о будущем. Мне было страшно представить, что будет с моими родителями, когда они узнают о моей смерти. И я, поднявшись к облакам, искал спасения на небе.

Мысли мои спутались и это отражалось на моем перемещение в пространстве. Я, то взлетал, то падал, то снова поднимался в небо. Страх перед предстоящей расплатой мучил меня и не давал осознать мое новое положение. Я не знал, что предстояло мне испытать в новом мире, но одно я знал точно – то, о чем говорили умные люди на земле – случилось, то, над чем мы частенько посмеивались – есть.

* * *

К вечеру этого дня я по чьей-то воле оказался на пороге квартиры, где проживали мои родители. Чуть помедлив, я осторожно прошел сквозь двери, но замок предательски щелкнул, и я услышал, как в дальней комнате раздались голоса. Я продвинулся вперед и в большой комнате квартиры нашел своих родителей, сидевших у телевизора.

– Дверь хлопнула, – произнесла мать, когда я появился зале.

Она посмотрела в мою сторону, а отец ответил:

– Да, нет, тебе показалось.

– Пойду посмотрю, – не успокаивалась мать и поднялась с кресла.

Сделав два шага, она остановилась передо мной, и я увидел, как ее глаза испуганно, что-то искали перед собой.

– Ну и чего? – Спросил отец, наблюдавший за нами.

Мать вернулась на место и со вздохом сказала:

– Душа разрывается, а тут еще и сон плохой видела…

Отец, как-то безучастно промолчал, а она продолжила:

– И телефон молчит целый день. Я позвоню?

– Я звонил. Нет его ни дома, ни на работе, – как-то равнодушно сообщил отец и мне стало немного обидно за его холодное осуждение.

Он потянулся к тумбочке за валидолом, и я подумал:

– Они еще ничего не знают.

Я представил картину, когда откроется причина моего исчезновения и мне стало невыносимо больно. Мои страдания увеличивались от того, что я не мог им помочь и утешить. Моя беспомощность раздражала меня, и я в отчаянии резко ударил по межкомнатной двери. Не ощутив с ней контакта, я заметил, что она все же стукнулась о стену комнаты и стекло в ней жалобно задребезжало. Я удивился, а родители, испугавшись, одновременно посмотрели в мою сторону.

– Это что? – Тихо спросила мать.

– Сквозняк, – предположил отец.

– Сквозняк? Откуда?

Мать тяжело вздохнула, и сказала:

– Душа разрывается, я все же позвоню Вите?

– Позвони, – согласился отец и безнадежно махнул рукой.

С тяжестью и болью я покидал родительский дом.

Я был виноват перед ними в том, что часто забывал о них и не уделял должного внимания. Я забывал о том, что для них я всегда оставался ребенком, которого они любили и боялись потерять. Все это теперь было в прошлом, которого вернуть было невозможно.

Я выскочил из квартиры и понесся по ночному городу…

Долго и бесцельно я метался по его улицам, заглядывая к знакомым и друзьям. Но вдруг я вспомнил о своем бренном теле и это заставило меня вернуться к нему. Я нашел его в городском морге. Оно лежало на большом столе и было безжалостно разрезано от шеи до самого паха. Рядом лежали внутренности; сердце, легкие, печень и другие органы. Меня удивляло то, как эта окровавленная, переплетенная между собой масса давала телу движение, форму, цвет и красоту.

Мои рассуждения прервал вошедший мужчина. Он был в резиновом фартуке, надетом поверх темного халата и в белых медицинских перчатках. Это был врач, без особого труда, догадался я. И хотя его вид и действия напоминали работу мясника, он все же оставался патологоанатомом. Он спешно набивал мое тело внутренностями, насвистывая какую-то веселую мелодию. Его небрежность в работе меня раздражала и когда он упустил мое сердце на пол, то у меня что-то больно кольнуло внутри. Я дернулся в сторону и, проскочив стену, очутился в другом помещении. Здесь, в небольшой комнате со слабым освещением, на стеллажах лежало несколько голых тел, приготовленных для вскрытия. В сизом тумане, расстилающемся над покойниками, было трудно разглядеть умерших, но я, наткнувшись на каталку у самой двери комнаты, заметил бледное лицо девушки. Это была совсем юная девочка с красивым лицом. На вид ей было лет шестнадцать – семнадцать и ее молодое тело не имело никаких видимых повреждений. Она лежала, как живая и только холодная белизна ее лица, и посиневшие губы, говорили о том, что жизнь оставила это тело.

– Что же привело ее сюда? – Подумал я. – Болезнь, самоубийство или наркотики? Да, у каждого своя история, – философски заключил я и вернулся в операционную, где врач заканчивал свою работу.

Большими и неровными стежками, он зашивал разрез на теле.

– Аккуратнее! – Посоветовал я ему, замечая, как, через небрежно наложенный шов, сочилась мертвая кровь.

Он, будто услышав мои замечания, на мгновение замер и, поправив маску, продолжил работу, выдерживая линию шва.

– Так-то оно получше. – Оценил я старания врача и почему-то опять вернулся в комнату – холодильник за стенкой.

Что-то тянуло меня к этой молодой девушке и я, заглядывая в лицо умершей, пытался вспомнить ее имя.

– Где-то я ее встречал, где-то видел?..

Постояв у тела покойной, я почему-то вспомнил случай, который произошел со мной незадолго до смерти. Я стал свидетелем странного самоубийства. Это случилось у торгового ларька, когда я покупал сигареты. Небольшая группа молодых людей громко развлекалась на лавочке, привлекая внимание прохожих. Вдруг, неожиданно для всех, парень со словами «Я люблю тебя Лиза» соскочил с места и бросился под колеса автомобиля. Все ахнули, а смазливая девчонка из веселой компании разразилась хохотом. Под колесами погибал ее мальчишка, а Лиза продолжала громко смеяться. Я ухмыльнулся странному воспоминанию, а за стеной по соседству послышались голоса людей.

Через мгновение я вернулся к своему телу. В комнате у операционного стола стояли двое. Один из них был врач, другой был санитаром и догадаться в этом не составляло большого труда. Они о чем-то договаривались, а я осмотрел тело покойного. Оно было накрыто простыней, и на его белом полотне местами выступали красные пятна.

Грубый голос патологоанатома прервал мои наблюдения и я, оставив осмотр, прислушался к разговору двух мужчин.

– Петрович, твою мать, – ругался патологоанатом, – мы же с тобой договаривались. Закончим работу, тогда и выпьем.

– А я что? – Оправдывался санитар. – Там такое, грех не выпить!..

– Что там еще? Пошли посмотрим.

Они двинулись по коридору, а я последовал за ними.

Через две минуты мы были в приемной, где на низкой тележке, с маленькими колесами, лежал большой полиэтиленовый мешок.

– Это что? – Спросил врач, а санитар ответил:

– Это баба!

Он расстегнул молнию на мешке и цинично пошутил:

– Поезд жестокий любовник…

Врач закрыл дежурный журнал, цокнул языком и, глядя на изувеченное тело женщины, произнес:

– И, что же тебя толкнуло под поезд, Анна?

– Любовь, – за нее ответил санитар и улыбнулся.

– Чего? – Буркнул патологоанатом.

– А ты, что «Анну Каренину» не читал?

Врач злобно посмотрел на санитара, а тот добавил:

– От любви еще и не такое бывает…

– Хватит болтать! Давай ее на стол, – сердито приказал врач.

Я взглянул на труп и ужаснулся. На тележке лежали части окровавленного тела и голова женщины с испуганными глазами. Санитар застегнул молнию и покатил тележку, насвистывая похоронный марш.

Я проводил его взглядом и покинул заведение под названием МОРГ.

Глава 2.

Я опять метался по городу из одного места в другое…

Мои движения меня не утомляли и мне было совсем не трудно облететь город несколько раз. Да, что там город, когда я с легкостью побывал у друга на Кавказе и уже через мгновение вернулся обратно.

За это непродолжительное время я увидел много интересных мест, о которых в земной жизни не мог даже мечтать. Я посетил друзей, которых хотел видеть и людей, которых совсем не ожидал встретить. Я побывал там, где никто и никогда не мог побывать…

И вот я попал туда, куда не всем смертным был доступен вход.