Александр Катеров – Лестница в небо, или Рассказ очевидца (страница 10)

Но случилось так, что мою фирму прикрыли и начались тяжелые дни. Проблемы росли, как снежный ком и мне казалось, что кто-то умышленно загонял меня в угол. Мне катастрофически не везло, даже мелкие сделки срывались, не успев начаться. Друзья разводили руками, а вчерашние коллеги и компаньоны ничем помочь не могли. Я стал выпивать, но это только усугубляло мое, и без того, тяжелое положение. Я продал машину, гараж и дачу, чтобы раздать долги и подняться. Но все мои начинания рушились, как карточный домик. Перебиваясь небольшими подработками, в семье я стал не в удел.

– Дожились, в холодильнике шаром покати, – ругалась теща.

Она жалела дочку и с укором посматривала на меня.

Отношений с родителями Татьяны у меня не сложились. Уж очень разными мы были. Они простые работяги, а я уже был успешным предпринимателем. Какая-то черная зависть мешало нам сродница и теперь, когда я был в плачевном положении, она не упускала случая, чтобы укусить меня побольнее. В городе поползла молва, что Моряк спекся и, что он больше не поднимется. Обидней всего было замечать, что и жена в это поверила. Я остался один среди близких мне людей. Черная полоса в моей жизни так затянулась, что я и сам поверил в свою погибель. Я стал задумываться о суициде. Но вот в моей жизни появился Артур, который сейчас стоял у моего гроба с молодой женщиной. Это была Лиля – Вишенка, которой я был многим обязан. Она познакомила меня с Артуром, который спас меня от нищеты и позора. Он дал мне работу и возможность заработать деньги, для достойного существования. Он вернул мне имя и положение в обществе. Я снова был на «коне» и мои дела пошли в гору. Я был благодарен ему, но истинным спасителем я считал Лилю. Она первая появилась в моей жизни, когда я шел ко дну. Она пришла ниоткуда и сразу же стала для меня своей и единственной. Мне было с ней так легко и хорошо, что мне казалось, что мы уже знакомы много лет. Она понимала меня с полуслова, и я не нуждался ни в каких объяснениях.

– Откуда ты взялась? – Спрашивал я ее.

– Оттуда!.. – Загадочно отвечала она, указывая на небо.

Она стала для меня верным другом и благодетелем, она поддерживала меня в бизнесе и помогала строить новую жизнь. И это было больше, чем дружба, это была любовь. Она любила меня и была моей любовницей, но ей этого было мало, она хотела быть моей женой.

С улыбкой я посмотрел на Лилю и ухмыльнулся. Даже в этом не праздничном наряде она выглядела привлекательной и красивой. Жена рядом с ней выглядела простушкой, но необъяснимое чувство заставляло меня видеть в ней то, чего, наверное, не хватало Лили.

К Вишенке у меня было все по-другому. Мне с ней было хорошо и мне нравилось, что рядом со мной была умная и красивая женщина.

– Женись! – Советовали мне друзья.

– Она тебя любит! – Говорили мне ее подруги.

Я соглашался, но сделать этого не мог. Татьяна была матерью моих детей и оставить ее одну в этой непростой жизни, я не мог. Я откладывал свое решение на потом, продолжая обманывать ее и себя.

Я посмотрел на мокрое лицо жены и подумал:

– А ведь это я сделал ее неприспособленной для жизни. Я своей опекой не давал ей развиваться и шагать в ногу со временем…

Но даже чувствуя свою вину, мне трудно было простить ей предательство. Она поверила и согласилась со всеми, похоронив меня заживо. Сколько раз я ждал от нее поддержки, доброго слова, но в ответ слышал только упреки и обидные слова. Ее страшное равнодушие добивало меня. Я замолкал, понимая свое одиночество.

Пережив тяжелое время, я поднялся. Дела наладились и в нашем доме появились деньги. Как же изменилась Татьяна и, как похорошела теща. Я снова стал любимым мужем и хорошим зятем.

– Обидно, – заключил я и посмотрел на процессию.

Здесь, среди родственников и соседей были и малознакомые мне люди. С которыми я имел дела в бизнесе и, которые равнодушно наблюдали за моим падением. Были здесь недоброжелатели и враги.

– Зачем? – Удивлялся я, отводя от них взгляд.

Недалеко от моей могилы я заметил, как небольшая группа людей, оплакивала свое горе. Это была другая беда и другая трагедия.

Вскоре стало ясно, что кто-то прощался с дочерью.

– Лизонька, доченька, – плакала женщина у ее изголовья.

Я приблизился к покойной и увидел юную девушку, которую не так давно видел в морге. В гробу она выглядела еще красивее. Во всем белом и с фатой на голове, она походила на невесту.

Мои догадки развеяла ее мать, затянув грустную песню:

– Доченька – невеста-а! Что же ты наделала-а? Лизонька-а!

Рядом эхом отозвался голос моей матери:

– Витенька-а – сынок!

– Доченька-а! – Звала женщина.

В воздухе, сливаясь со звуками оркестра, летало горе, а над могилами прокатился непонятный гул. Он напоминал отдаленные раскаты грома, и я осмотрелся. Небо было чистым, и только небольшая стая ворон кружила над кладбищем. Гул повторился, и я прислушался. Он исходил откуда-то из-под земли, и я посмотрел на могилу, приготовленную для Лизы. От увиденного меня затрясло и мне стало страшно. Земля кипела и выдувала огромные пузыри. Они лопались и оставляли большие бугры и воронки. Что-то большое и сильное находилось под землей. Я отшатнулся от ямы, а за моей спиной кто-то заплакал. Я оглянулся и увидел Лизу, тело которой лежало в гробу. Провожающие ничего не замечали, а мы напуганные, прижимались друг к другу.

– Ты кто? – Приходя в себя, спросила девушка.

– Я Виктор, я такой же, как и ты, – пытался успокоить я девушку.

– А это кто? – Спросила Лиза, не выпуская моей руки.

– Не знаю, я здесь недавно, – вон там, видишь, это меня хоронят.

Я указал на захоронение по соседству и заметил, что грунт у моей могилы оставался в покое. Люди плакали у гроба, а у самой могилы ветер раскачивал ветки красного боярышника.

– Опять красный куст?! – Подметил я, а Лиза запричитала:

– Я узнала его. Я его вижу. Я боюсь!

Рядом прокатился страшный рев, а у моей могилы прощание с телом подходило к концу. Гроб накрыли крышкой, и я обратился Лизе:

– Мне нужно проститься с телом, я быстро, стой здесь.

– Не уходи! – Взмолилась она.

– Я туда и обратно, – пообещал я, а она закрыла лицо руками.

Оставив Лизу, я придвинулся к своей могиле.

Что-то обязывало меня проститься со своим прошлым, что-то заставляло меня проститься с телом. Когда гроб опустили в могилу, а присутствующие стали бросать землю на крышку гроба, я вошел в него. Это получилось так быстро и легко, что я даже не успел осознать своего поступка. Впервые за это время, я стал мертвым человеком.

В нем я ощутил дискомфорт, и произнес:

– Как я в нем помещался?

Оно мне казалось таким маленьким и таким тесным, что мне сразу захотелось его оставить. С трудом я поднял веки и осмотрелся глазами покойника. Полная темнота окружала меня, и мне впервые за это время стало не по себе. Я дернул ногой, пошевелил пальцами и разжал губы. Они были чужими и совсем не слушались меня. Вдруг сверху донеслись звуки музыки, и я пришел в себя. Я услышал рыдание матери и протяжные звуки автомобильных клаксонов. Это прощались со мной, догадался я и заметил, что говорю губами покойника. Меня это удивило, а за стенкой гроба, что-то тревожно загудело. Я притих, а рев зверя раздался совсем рядом. Мной овладел страх, и я попытался выскочить из тела, но сделать это не хватило сил.

Я запаниковал. а чей-то металлический голос объявил:

– Четырнадцать часов тридцать минут!

Я вздрогнул, но вскоре догадался, что это были часы на руке покойника. Я приподнял голову, чтобы взглянуть на циферблат, но стукнувшись о крышку гроба, тут же ее опустил. Меня злила моя беспомощность и я дергался в теле, перемещая его мертвые части. Вдруг я увидел его со стороны. Оно лежало на боку, упираясь коленями в стенку гроба. Руки толкали крышку, а лицо перекосилось от страха.

– Вот так и сочиняют небылицы о живых мертвецах, – подумал я.

Я припомнил рассказы, как при эксгумации трупов, их частенько находили не в подобающих позах. Это служило поводом для пересудов о жизни и смерти человека. Никому и в голову не приходило, что так души умерших прощались со своим телом. Кто-то, изнеможенный долгими болезнями это делал легко и спокойно, отдавая дань своей оболочке, кто-то бурно протестовал и сопротивлялся, а кто-то просто пугался, оставляя после себя страшную гримасу на лице.

Я собрался с силами и вырвался из могилы.

– Вот вам еще одна загадка – очередная тема для рассуждений! – Цинично пошутил я, покидая страшное подземелье.

Уже через мгновение я наслаждался светом и свободой.

Сверху я заметил, как автобусы и автомобили покидали кладбище. Пролетев большой круг, я увидел уже знакомую мне группу людей и я, разогнав стаю ворон, опустился на землю, где нашел Лизу.

– Не бросай меня. Мне страшно, – причитала она.

Когда зверь заревел, вздымая землю, я предложил Лизе:

– Давай уйдем отсюда, поднимемся на небо!

– Я не могу. Я будто привязана к нему.

Лиза была сильно напугана, но оставалась стоять у могилы, смиренно ожидая своей участи. Она потирала руки, а я заметил на ее запястье прозрачную нить. Она чуть заметно выходила из ямы и зловещим узлом крепилось у нее на руке. Нить то натягивалась, как струна, то провисала, то сильно дергалась, подтаскивая девушку к могиле.

С каждой минутой это становилось заметнее, расстояние на глазах сокращалось и когда гроб с телом коснулся ямы, она закричала: