Александр Карпов – Прошлое в настоящем (страница 8)
Он осмотрелся в комнате, пытаясь охватить всю обстановку в целом, чтобы не забыть ничего и поймал взглядом томящийся на тумбочки провод от собственного телефона, модные темные очки и какую-то мелочь, что днем ранее вложил из карманов.
«Какой я молодец, телефон на зарядку поставил. Ай да автопилот у меня!» – нахваливая себя за крайнюю обязательность в любой степени состояния организма, он выдернул из розетки вилку зарядного устройства телефона и начал переодеваться.
Обедать вместе с ребятами он не собирался, да и не хотел. Увиденный им сон поразил его настолько, что все мысли парня были направлены только на вчерашний инцидент на автовокзале, прямо пересекавшийся с загадочным сновидением, насыщенный событиями военного времени, да еще и полной реалистичностью, будто бы погружавшей в прошлое, делая его настоящим. А он, Антон, стал непосредственным участником всего происходящего.
Переодевшись, молодой человек замер посреди помещения. Он стоял, сложив руки на поясе, наклонив вперед голову и закрыв глаза. Грудь его медленно вздымалась от глубоких вздохов, губы нервно шевелились от легких покусываний, скулы напрягались от плотного сжимания челюстей. Он погрузился в воспоминания сна, увиденного сегодняшней ночью. За всю свою жизнь Антону не приходилось еще видеть столь натуралистичного и естественного сновидения. Ни разу еще не погружался он так глубоко в свое ночное сознание, не ощущал таких острых и проникновенных переживаний. Стоя посреди крохотной комнатки маленького туристического домика, он чувствовал свое полное присутствие в том, что не увидел, а буквально пережил прошедшей ночью. Ощущение накатывающейся и сбивающей с ног взрывной волны, колкие удары по телу древесной трухой и мелкими ветками, разлетающимися в разные стороны от ливня пуль, бьющий по ушным перепонкам грохот пулеметных очередей, ужасающие крики раненых людей, подбрасывающие тело над землей разрывы снарядов. Во сне он убегал с невероятно диким ужасом от смертельной опасности, настигавшей его за спиной. Облаченный в военную форму, в сапогах и в фуражке, с бьющей по бедру командирской сумкой, надетой через плечо. Он бежал, сбивая на своем пути тонкие стволы деревьев, не обращая внимания на их острые ветки, обгоняя многих рядом бегущих от смерти солдат. Кто-то, сраженный пулей, падал ему под ноги, и он его перескакивал, убегая все дальше и дальше, изредка оглядываясь назад и видя идущую за собою губительную силу, которая топчет стальными гусеницами землю, извергая разящий огонь из пушек и пулеметов.
Молодой человек открыл глаза, провел рукой от затылка до подбородка. Он стоя смотрел в окно, пытаясь анализировать совпадение вчерашней необычной встречи в душном зале автовокзала и того, что увидел и пережил во время сна.
– Ну, ничего себе. Гипнотизеры хреновы, – тихо сказал он сам себе и потянулся за рюкзаком.
Сейчас он подозревал во всем случившемся чью-то шутку, чей-то злой розыгрыш. Кто-то неведомый ему поиздевался над ним, направив на измотанного работой и сильно уставшего парня, мысли которого бродили в голове и не выстраивались в ряд от переутомления, свое гипнотическое воздействие. Антон подозревал, что кто-то именно такой, обладающий силой воздействия на сознание и мысли людей, сделал его объектом своего внимания, провел над ним эксперимент или проделал свою жестокую работу.
Молодой человек выглянул из двери домика: рядом ни кого не было. Чуть поодаль девчонки копошились в той самой беседке, в которой он встретил утро, перебравшись туда в поисках прохладительной жидкости. Они готовили не то запоздалый завтрак, не то ранний, по времени, обед для мужей. Он посмотрел по сторонам и, поправляя на спине рюкзак с прикрученным к нему влажным полотенцем, выскочил из домика и побежал в сторону леса, двигаясь так, чтобы его не было заметно из беседки и со стороны пруда. Через несколько минут он выбежал на дорогу, по которой вчера его везли на машине друзья и, обернулся, как бы убеждаясь в отсутствии преследования и лишних взоров, обычным шагом двинулся в направлении автобусной остановки.
О том, что его отсутствие будет обнаружено, он не сильно волновался, намереваясь вернуться назад в течение дня. А уже потом, по мере своего возвращения, собирался объясниться с друзьями, наконец, заставив их вникнуть в случившееся с ним и, даже может быть, чем-нибудь помочь ему.
Потрепанный белый «Опель» с кавказцем за рулем, извергая из выхлопной системы клубы белого густого дыма, скрипя порядком изношенными тормозами, остановился напротив перекрестка, от которого уходила вдаль пыльная проселочная дорога, с расположенным рядом указателем «Поповка». Из машины вылез высокий худой молодой человек в шортах и рубашке с короткими рукавами, закинул за спину рюкзак и полотенцем на нем, протянул кавказцу свернутые купюры и, стал осматриваться по сторонам.
«Что за ерунда мне сегодня снилась?» – Антон вспоминал, что именно на этой остановке вышли вчера семейная пара с внуком и двинулись в сторону видневшейся в нескольких сотнях метрах от дороги деревне.
Он приехал сюда одержимый желанием докопаться до истины, найти виновника воздействия на свое сознание. Уверенный в чужом проникновении в личную мозговую деятельность, он решил найти того самого своего вчерашнего мимолетного знакомого, в котором увидел совсем другого человека, а потом общался с ним во сне, где тот был снова в обличии бойца Красной Армии. Причем, так явно, как будто и не сон это был, а самое настоящее действие в реальных условиях военного прошлого.
Но весь вид того самого работяги, с кем он встретился вчера, никак не подходил под возможный образ хитроумного и коварного гипнотизера или психотерапевта, грамотно и умело одурманившего Антона. Слишком прост на вид и обыкновенен был мужчина. В нем абсолютно не сочетались образ длиннорукого, с пустым усталым взглядом человека и, того, кто мог бы, изображая из себя столь обыкновенного представителя человеческого рода, на самом деле быть виртуозным гипнотизером. Да еще и его жена, столь же серая на вид, одна из множества, ничем не примечательная. Пройдешь мимо и не заметишь, не отложится в памяти, не вызовет эмоций. Простая, как говорят: «Давно обабевшая». И маленький ребенок возле нее. Таких детей отдают на выходные бабушкам и дедушкам молодые родители, чтобы отдохнуть от своего чада, требующего постоянного внимания к себе. Чтобы побыть вдвоем, сходить к друзьям, да и просто желая своему отпрыску пребывания на свежем воздухе, на даче или в деревне, куда непременно отправятся заботливые предки.
Постепенно, размышляя, Антон стал вычеркивать из числа подозреваемых вчерашнего невольного знакомого и его жену. Его беспокоило присутствие в деле кого-то третьего. Кто мог дистанционно поработать над его сознанием. Молодой человек стал прокручивать в голове всех тех, кто хоть чем-то впился в его память из прошедшего дня. Мелькнули старухи на лавочке, сидевшие напротив него, мамаша с ребенком, кто-то еще. Но среди них он не видел кого-нибудь, кто мог быть в его глазах хитроумным злодеем, ставившим, не то шутки ради, не то специально, свои эксперименты над людьми. Единственным, кто хоть как-то общался с ним, был тот самый, разивший стойким перегаром, нескладный и помятый мужик в кепке, издевательски бросавший Антону не очень приятные тому колкости. Но и тот не походил на гипнотизера. Слишком не презентабельный имел вид.
Сознание строило образ довольно молодого и серьезного, с видом ученого мужа мужчины, наблюдавшего за Антоном откуда-то со стороны, где он сам не мог его видеть, за то находится, как говориться, словно на ладони. И непременно у того должен был быть компьютер в руках, а лучше на коленях. Этот, выстроенный в голове персонаж, куда больше смахивал на экстрасенса-гипнотизера.
И еще сон. Столь реалистичный, пронзительный, явный. Такого Антон никогда не видел. И чтобы в его сознание транслировать, как телепередачу, как фильм, надо быть где-то рядом или обладать способностью воздействия на большом расстоянии. Он начал перебирать знакомые слова из фильмов и книг: телекинез, лоботомия и что-то еще в этом роде.
Других населенных пунктов по близости не наблюдалось, и молодой человек зашагал в намеченном направлении, решив идти тем путем, куда вчера направились его невольные знакомые: работяга с семьей. Дорога была одна, что не представляло особого выбора в маршруте движения.
«Ну и где тут искать этого Володю или Леху Свиридова с его женой и внуком? В деревне домов не один десяток!» – озадаченно думал Антон, разглядывая открывавшийся перед ним вид населенного пункта, представлявший собой единственную длинную и немного петлявшую улицу, разделявшую пополам бесконечные вереницы разноликих заборов и оградок, тянувшихся по сторонам от нее.
От намеченной цели, заключавшейся в розыске вчерашнего Володи, он не намерен был отступать, и шел по единственной, по-видимому, улице в деревне, озираясь по сторонам. Уже дойдя до последнего дома, за пределами которого простилалось внушительного размера поле, уходившее до горизонта, молодой человек почувствовал разочарование, как вдруг взгляд его зафиксировал поверх штакетника знакомую фигуру женщины, обладательнице сарафана, сдавшего Антона днем ранее лейтенанту полиции. На этот раз на ней был старенький халат, в котором женщина прижимала рукой к груди пластикой таз и подавала из него некое содержимое топтавшимся в ногах курицам. Мужа ее рядом не было.