Александр Карпов – Прошлое в настоящем (страница 10)

– Проходи, присаживайся, – Владимир указывал Антону на старую, просторную, поросшую вокруг виноградной лозой веранду, пристроенную к обшарпанному деревянному дому, также почти полностью обнесенному зеленью.

Молодой человек выбрал место в углу веранды, чтобы лучше было контролировать окружающую обстановку и, если что, иметь возможность спастись бегством. Володя открыл дверцу, стоящего прямо на веранде холодильника, и начал выставлять на стол перед Антоном небольшие тарелочки с соленьями, салом, мелко порезанным вареным мясом, а довершении в центр стола он воткнул графин с водкой и две матовых запотевших рюмки. Увидев все это, парень выдохнул, откинулся спиной на стенку веранды и начал расслабляться, потом, как бы спохватившись, в легком недоумении, пальцем показал на отсутствие третьей рюмки на столе:

– А как же? – не успел спросить он.

– Он не пьет уже лет десять, – сказал Володя про хозяина дома, веранды и техники во дворе, и кивнул в сторону трактора. – Ты не обращай на него внимания, он безобидный. Только не слышит на одно ухо, а другим как бы плохо. Служил на таджикско-афганской границе, там был контужен. Из армии вернулся, поначалу ничего вроде был, женился, а потом пить начал. Ну, там жена ушла от него и дочку забрала. Его потом посадили ненадолго, – Володя сделал остановку в рассказе для наполнения рюмок, – а после отсидки, по пьянке с батюшкой сцепился на кулаках. Тот спецназовцем бывшим оказался, Афган прошел. Ну и навалял Юрцу по полной. Потом батюшке донес кто-то про Юркину судьбу, про контузию. Так батюшка его к себе в обитель взял, подержал там с недельку-другую. С тех пор Осип не пьет, а только делом занимается, фермерствует помаленьку. Дочке своей в прошлый год квартиру купил без кредита! Представляешь?

На пороге веранды появился сам герой рассказа и протянул Антону грязную руку для знакомства, которую сразу же одернул, заметив обилие сажи на ней:

– Юрец! – громко прохрипел он. – Вы тут располагайтесь. А я вас сейчас обедом кормить буду!

Расплываясь в доброй улыбке с полным ртом желтых зубов, хозяин техники и веранды смотрел на нового знакомого, а потом быстро повернулся и соскочил со ступенек, удаляясь и скрываясь во дворе.

Проводив его взглядом, молодой человек подумал, что и Юрец тоже никак не тянет на гипнотизера. Причем, далеко не тянет. Слишком открыт и простоват, добрый насквозь и радушный.

Антон и Володя, расположившись друг к другу и не ощущая никакой враждебности, в чем первый подозревал второго, закусывали очередные выпитые рюмки, когда Осипов вновь появился на пороге веранды с чумазыми куриными яйцами в руках, демонстрируя их новому знакомому и сопровождая показ громким хрипом, глядя на молодого человека:

– Смотри, свои! Сейчас я тебе такую яичницу зажарю! – он быстро забежал внутрь дома.

– Теперь слушай меня, – обратился Володя к Антону, отвлекая того от наблюдения за необычным поведением Юрца, сиявшим искренне приветливым и добрым отношением к случайному знакомому, кем являлся для него сейчас молодой человек, – у меня уже был точно такой случай, как вчера с тобой. Я его все вспоминал сегодня.

Тот широко открытыми глазами уставился на мужчину, ожидая некоторый пояснений по сильно волновавшим его вопросам, из-за которых он сейчас сидел перед ним:

– Как, это уже у вас было?

Володя оглянулся, как бы опасаясь прослушивания, и наклонился к Антону:

– Два года назад моя младшая дочка колледж заканчивал, и госэкзамен сдавала. Я за ней на машине приехал, ждал ее. Она, значит, подошла ко мне, сказала, что с сокурсницами своими сейчас какое-то время подождет преподавателя, а он объявит им результаты экзамена.

Он поудобнее устроился на стуле и посмотрел на Антона:

– Ну, сижу я себе, жду в машине, радио там слушаю. Голову то повернул в сторону, а там солдат такой стоит и со студентками разговаривает. Я сначала даже не понял. – Володя, рассказывая, развел руками и потянулся к графину, что налить водку. – Ну, как бы солдат и ничего особенного в этом нет. Так девчонки стали с ним прощаться, радостные, понимаешь, отходят от него. Моя – ко мне в машину садится. Так я ее и спросил про преподавателя, почему тот не вышел к ним? А дочка и говорит, что это и был преподаватель. А я ей про форму его военную, да что грязный он какой-то, гимнастерка на нем как в пятнах масленых. А дочка меня слушает и смеется, как папа над ней подшучивает, про солдата, вместо преподавателя говорит, – Володя налил водку в рюмки.

Молодой человек положил вилку на стол и еще более пристально взглянул на него, пронзая его пытливым взглядом.

– На самом деле со студентками стоял нормальный преподаватель, а ты на его месте увидел … – Антон перебил собеседника и взял в руку свою рюмку, – и то был младший сержант Климов!

– Да, – тот широко открыл рот и посмотрел на парня, – точно!

Повисла короткая пауза. Володя застыл, как будто осознавал что-то важное для себя и впадал в состояние прозрения.

– Так я тогда после рейса был. Устал, как бы. Значения не придал. А ночью мне все война снилась, и во сне мы из окружения выходили под Харьковом. И этот там был. И сон весь как наваждение, – Володя поставил рюмку и медленно потер лом, – как наяву все, как по- настоящему. Я тогда на усталость подумал и не сказал никому.

Он сложил руки на столе и задумался, тряся головой, будто с волнением пытался осмыслить нечто очень важное и нужное.

– Ты можешь у дочери узнать контакты этого преподавателя? – Антон навалился на стол, принимая позу собеседника, но направляя свой взгляд не в стол, а на него самого. – Они там, в колледже, наверняка, все между собой общаются. Соцсети, телефоны. Можно что-то накопать о нем, вплоть адреса электронной почты, номера телефона, домашнего адреса? Ну?!

– Давай попробуем, – Володя встал и схватился за карманы. – Ах, ты, телефон в хате оставил. Ты подожди меня здесь, я сейчас.

Он быстро поднялся и направился к выходу.

– Постой, а ты сегодня сможешь слинять от жены, хотя бы до вечера? – молодой человек хитро взглянул на мужчину. – Скажешь, что трактор помогаешь купить, движок у того запустить. Это моя сегодняшняя легенда. Там Наташа в курсе.

Антон кивнул в сторону дома Володи, где попался на глаза его соседке.

– Ну, ты даешь, – почти засмеялся мужчина, – уже и со змеей Наташкой перехлестнулся. Ладно, если так, то твоя легенда реальная. Я, вообще бывает, когда в ссоре с женой, и дня на три могу загулять.

Он демонстративно, будто собирался в дальний путь, поддернул трико.

– Сегодня воскресенье, начало июня. В колледже экзамены должны идти. Значит, преподаватели все на месте, – вслух рассуждал молодой человек, не давая Володе передумать и сбиться с намеченных действий, – то есть найти Климова вполне реально. Колледж твой далеко отсюда?

– Ну, час на машине, где-то, – спускаясь по ступенькам веранды, ответил Володя.

Антон медленно выдохнул, провел ладонью от затылка до подбородка, как вдруг вздрогнул от громкого хрипа входящего на веранду Юрца:

– А вот и яичница с колбасой! – тот поставил на стол противень и сковороду, на которой дымилась и брызгала мелкими каплями жирного соленого сока аппетитная глазунья, своим присутствием полностью вселившая в голову Антона мысль о правильности своего сегодняшнего бегства от друзей.

Вторя ему, из кармана рюкзака звенел и вибрировал телефон, напоминая своему хозяину о возможных обидах со стороны последних, кто явно пытался беспокоиться о его судьбе, не обнаружив присутствия Антона и его вещей на турбазе.

«Ну, не поймете вы, не поймете сейчас, ребята. Потом я вам все расскажу, потом». – Думал он, глядя на, высветившийся на экране список не дозвонившихся ему людей, и читая их взволнованные послания, из которых только одно вызывало у него легкую дрожь в груди.

Он взял в руку вилку, собираясь приняться за еду, но немного помедлил, снова мысленно оценивая складывающуюся ситуацию, в которой нашелся вчерашний его невольный знакомый, волею судьбы уже погружавшийся когда-то в положение со сменой сознания и видениями абсолютно непонятного характера и происхождения. А где-то недалеко от этого места оставались друзья, что искали его и пытались ему дозвониться, волновались и думали над причинами его внезапного исчезновения, никак не связывая это с тем, что произошло с ним вчера, о чем они так и не стали слушать, пребывая в состоянии полного веселья.

Май 1942 года

От пережитого Кольцову совсем не спалось. Перед глазами то и дело вспыхивали моменты боя: взрывы вражеских снарядов, бомбежка, выползающие с фланга бронетранспортеры и танки с крестами на бортах, закладывающая уши трескотня пулеметов, крики раненых, хрипы умирающих, бегство спасающихся от верной смерти красноармейцев. Он скрипел зубами, сжимал до боли в суставах кулаки, бил ими по земле, дергал головой. Потом его уставший организм начал успокаиваться. Федор стянул на груди края плащ-палатки, в которую завернулся, ложась на слой, постеленного на земле лапника. Ночного холода он не чувствовал и, лишь когда сердцебиение стало приходить в норму, ощутил легкий озноб на коже. Политрук впал в дремлющее состояние. Глаза его были открыты. Он смотрел на кусок звездного неба, видимый в просвет между кронами деревьев. Веки отяжелели и стали смыкаться. Мозг его постепенно переключился на мысли о жене.