Александр Карачаров – Мудрость тибетского буддизма. Том второй (страница 11)

Как сказано в одной из сутр: «Форма подобна пенной глыбе; чувство подобно пузырю; распознавание подобно миражу; формирующие факторы подобны стволу бананового дерева [без твердой сердцевины]; сознание подобно иллюзии». Эти образы указывают на пустотную природу всех составляющих нашего опыта.

Таким образом, Бессамостность и Пустотность – это не просто философские концепции, но живые истины, постигаемые через сочетание глубокого логического анализа и сосредоточенной медитации. Это сердце Высшей Тренировки в Мудрости, путь к разрушению иллюзии «я» и всех явлений, ведущий к окончательному Освобождению, как этому учили в великой традиции Наланды.

Палийская Традиция:

В стенах Наланды, где потоки мудрости из разных традиций сливались в единый океан Пробуждения, особое место занимало глубокое постижение Бессамостности (Анатта), как оно изложено в учениях Палийского Канона. Эта истина, являясь первой гранью понимания пустотности, становится проникающим светом, рассеивающим иллюзию самосущего «я».

Печать бессамостности: не мое, не Я, не моя самость

В Палийской традиции анализ бессамостности сосредоточен прежде всего на исследовании нашего непосредственного, обусловленного опыта – пяти совокупностей (скандх): формы (тела), чувств, распознавания (восприятия), формирующих факторов (ментальных активностей) и сознания. Применяя к ним три универсальные характеристики всех обусловленных явлений – непостоянство (аничча), неудовлетворительность (дуккха) и бессамостность (анатта) – практикующий приходит к глубокому прозрению. Он видит, что эти совокупности, постоянно меняющиеся, страдательные по своей сути и лишенные независимой сущности, «не мои, не я, не моя самость». Подобно тому, как искусный врач диагностирует болезнь, исследуя симптомы, так и йогин, исследуя совокупности, обнаруживает в них печать бессамостности.

Эта мудрость, постигающая отсутствие «я» в пределах обусловленного мира, по своей сути считается мирской – она оперирует концепциями и относится к сансарным явлениям. Однако именно это понимание, взращенное через медитацию и анализ, является необходимым трамплином, ведущим к надмирскому постижению Ниббаны – состояния, свободного от всех обусловленностей, где иллюзия «я» прекращается навсегда. Подобно ключу, сделанному из земного металла, который открывает дверь в небесный дворец, так и мирская мудрость бессамостности открывает врата Ниббаны.

Деконструкция «Я»: Совокупности под лупой анализа

Учения Палийского Канона, тщательно изучавшиеся в Наланде, не просто декларируют отсутствие «я», но предоставляют мощные инструменты для его логического опровержения. Опровергается не только древнеиндийское философское представление о вечном, неизменном, блаженном и управляющем всем Атмане, но и наше обыденное, глубинное цепляние за «я» как за нечто постоянное, единое, независимое и обладающее контролем над телом и умом.

Анализ сосредоточен на том, чтобы показать: ни одна из пяти совокупностей не может быть этим «я», равно как и их простая сумма или нечто, находящееся вне их. Почему? Потому что все они – форма, чувство, распознавание, формирующие факторы, сознание – непостоянны, они постоянно возникают и исчезают. Они составны, состоят из множества частей и элементов. Они зависимы, возникают в силу причин и условий. И они неуправляемы в конечном счете – мы не можем приказать телу не стареть, чувствам быть только приятными, мыслям не появляться. Как можно отождествлять себя с тем, что непостоянно, составно, зависимо и не подвластно контролю?

Чтобы подчеркнуть эту бессамостную, лишенную сущности природу совокупностей, используются яркие аналогии из сутт:

– Форма (тело) подобна пенной глыбе: Кажется плотной, но легко рассыпается.

– Чувство подобно пузырю на воде: Возникает и исчезает мгновенно.

– Распознавание (восприятие) подобно миражу: Кажется реальным издалека, но исчезает при приближении.

– Формирующие факторы (ментальные активности) подобны стволу бананового дерева: Послойно снимаешь оболочки, но не находишь твердой сердцевины.

– Сознание подобно иллюзии: Возникает в зависимости от условий, но лишено субстанции.

Ничто из этого не может быть постоянным «я».

Опровержение ложных воззрений: безвыходная ловушка концепций

Далее логический анализ Палийской традиции исследует два основных ложных воззрения относительно «я» и совокупностей, показывая их логическую несостоятельность:

– «Я» тождественно совокупностям: Если «я» – это совокупности, то «я» разделяет все их ущербные свойства – непостоянство, страдательность, составность, зависимость, неуправляемость. В этом случае «я» менялось бы каждое мгновение и полностью исчезало бы при распаде совокупностей. Такое «я» не могло бы быть вечной душой или стабильной сущностью.

– «Я» отлично от совокупностей: Если «я» существует отдельно от совокупностей, то его можно было бы найти вне их – отдельно от тела, отдельно от чувств, отдельно от ума. Однако при самом пристальном поиске такого отдельного «я» обнаружить невозможно. Кроме того, если бы «я» было полностью отделено от совокупностей, оно не могло бы взаимодействовать с ними – не могло бы переживать чувства через тело, думать через ум, действовать через физическую форму. Оно было бы полностью изолировано и бессильно.

Оба этих варианта логически опровергаются, показывая, что концепция независимого, самосущего «я» – это ловушка, созданная умом, основанным на неведении.

Поток существования: причинность вместо души

Вывод из этого глубокого анализа однозначен: не существует никакого неизменного, независимого «я» – ни скрывающегося внутри совокупностей, ни находящегося отдельно от них. Личность, чувство непрерывности жизни и индивидуальности объясняются не наличием постоянной души, а причинно-следственной связью между моментами психофизического потока. Каждый момент сознания, каждое чувство, каждая мысль возникает в зависимости от предыдущих моментов, создавая иллюзию непрерывности, подобно пламени свечи, которое, кажется, горит постоянно, но в действительности является последовательностью мгновенных вспышек.

Этот фундаментальный анализ бессамостности, изложенный в Палийском Каноне, был жизненно важной частью тренировки в мудрости в Наланде. Интегрируя его с более широким учением Махаяны о пустотности всех явлений, мастера Наланды создавали мощный синтез, позволявший ученикам глубоко и на всех уровнях постичь отсутствие самости – как личности, так и всех дхарм, открывая путь к окончательному Освобождению от пут сансары.

Санскритская традиция (Мадхьямака-Прасангика)

Из глубин Палийского анализа бессамостности, прокладывавшего путь к прозрению, в стенах Наланды расцвела более обширная и тонкая мудрость – Пустотность (Шуньята), как ее раскрывали учения Санскритской традиции, особенно школа Мадхьямака-Прасангика. Это не просто отсутствие самости личности, но прозрение в фундаментальную природу всей реальности – отсутствие неотъемлемого, независимого существования у всего без исключения.

Суть Мадхьямаки: отсутствие своей стороны

Мадхьямака, «Срединный Путь», избегает двух крайностей: нигилизма (отрицания существования) и этернализма (признания вечной, самосущей сущности). Пустотность (Шуньята) в этом контексте – это не пустота в смысле «ничего нет», а пустотность от неотъемлемого существования. Ничто – ни я сам, ни стол передо мной, ни самая тонкая мысль – не существует «со своей собственной стороны», независимо от причин, условий, частей и воспринимающего сознания. Это подобно тому, как отражение в зеркале появляется и кажется реальным, но не существует «со своей стороны» внутри зеркала.

Эта мудрость охватывает два аспекта: пудгала-найратмья – отсутствие неотъемлемого «я», самости личности (продолжая и углубляя анализ Палийской традиции), и дхарма-найратмья – отсутствие неотъемлемого существования у всех явлений (дхарм), как обусловленных (сансарных), так и необусловленных.

Надмирное прозрение: рассеивая все завесы

Мудрость, которая напрямую, опытно постигает эту Пустотность, является надмирской (локуттара). Это не просто концептуальное понимание, приобретенное через логику, хотя логика и необходима для его достижения. Это прямое, неколебимое видение истинной природы реальности. В традиции Махаяны эта мудрость обладает невероятной мощью: она способна искоренить все завесы, мешающие Пробуждению – как завесы омрачений (клеши), являющиеся корнем страданий в сансаре, так и более тонкие завесы к всеведению, которые препятствуют достижению полного состояния Будды. Подобно тому, как солнце, взошедшее над горизонтом, рассеивает весь мрак ночи, так и прямое постижение пустотности рассеивает все формы неведения.

Метод исследования: взаимозависимость и опровержение крайностей

Как же постигается эта глубокая пустотность? Мадхьямака-Прасангика, процветавшая в Наланде, использовала метод аргументации последствий (прасанга), демонстрируя абсурдность любых представлений о неотъемлемом существовании. Ключевой инструмент – исследование взаимозависимого происхождения. Поскольку все явления возникают в зависимости от причин и условий, от своих частей, от воспринимающего сознания, они не могут существовать независимо. Как может цветок существовать «со своей стороны», если он зависит от семени, почвы, воды, солнца и вашего восприятия?