Александр Капков – В тени на жарком солнце (страница 5)

– Долго собираешься валяться? – осведомился Морис, а это был он, умеренно загорелый, в весьма веселеньких купальных шортах, доходящих почти что до колен. Эту моду Стас не принимал, предпочитая обычные плавки.

– У тебя есть иное предложение? – лениво поинтересовался он.

– А то! Зумандиги предлагает нам сразиться в волейбол.

– Я не против. Только не вижу площадки.

– Ты не обратил внимание на вон те две пальмы? Они стоят особняком, далеко от других деревьев. Это и есть площадка.

– Без сетки?

– Сетку мы привозим с собой, иначе ее бы обязательно стянули местные. Сейчас парни ее натянут. Так ты готов?

– Как пионер! – Стас одним прыжком оказался на ногах.

– Кто? – не понял Морис.

– Как скаут, теперь понятно?

– Ты был скаутом?

– Я не был. Ни тем, ни другим, – терпеливо объяснил Стас. – Просто есть такая поговорка, связанная с жизнью в Советском Союзе. А я, как и наш старшина, родился именно в нем.

– О! Я знаю. У вас был лидер, его звали Ленин. Он сделал революцию. Надень сандалии, песок становится слишком горячим.

– Ленин. Ударение на первом слоге.

– И еще Сталин. Он был тиран. И Горбачёв, последний лидер, да?

– Так и есть. У тебя, дружище, необычайно глубокие познания по истории СССР. Я даже удивлен. Большинство встреченным мной французов знает лишь первых две фамилии.

– В школе нас учат больше истории Франции, – немного обидевшись, заметил Морис. – Вот ее я знаю хорошо.

– Тогда скажи годы жизни Робеспьера?

– Издеваешься? Я их не помню. Но могу сказать годы жизни Наполеона.

– Ты по-настоящему крут, парень. И представь, я тоже их знаю. 1769-1821.

– О, Боже! – воскликнул Морис, смеясь. – А маршала Фоша?

Историческая дискуссия пресеклась, когда офицеры пришли к уже привязанной сетке. С десяток легионеров обсуждали, кто с кем будет играть. Верховодил здесь старшина Зумандиги. Его слушались и солдаты, и офицеры. Мориса и Стаса он взял в свою команду, видно хотел сам посмотреть, на что Стас способен. Видавший виды мяч подбросили вверх, чтобы разыграть подачу. Практически через пару секунд он упал на стороне команды Стаса, обозначая проигрыш.

– Где хотите встать? – спросил Зумандиги из вежливости.

– Мне все равно, – ответил Стас, равнодушно пожав плечами.

– Тогда становитесь под сетку.

Игра началась лениво, с шуточками и подколами. Потом игроки втянулись всерьез. Досаду стали выражать резче. Стасу удалось несколько раз дать хороший пас и отбить пару «тяжелых» подач противника, так что он удостоился скупого одобрения старшины.

– Неплохо, – невозмутимо заметил тот. – Посмотрим, как поведете себя на подачах.

И сглазил. На подачах вышло уже не так хорошо. Четверо первых были взяты противоположной стороной и с легкостью разыграны. Вышло так потому, что Стасу не хотелось ударить в грязь лицом после долгого перерыва, потому подавал высоко и в центр. Две из них были засчитали их команде только благодаря пушечным ударам Зумандиги, стоявшего под сеткой. Зато последнюю Стас, решив рискнуть, запустил так, что мяч едва перелетел сетку и ударился в песок, проскочив между руками игроков.

– Здорово! – похвалил его Морис. – Научишь? Серьезно! Не берущаяся подача.

Стас скупо улыбнулся, стараясь не показывать собственное довольство. Все-таки мастерство не пропьешь. Вообще же, все игроки были сильными и у них было чему поучиться. Чтобы соответствовать Стасу пришлось напрячься по-настоящему. Игра все же завершилась победой их команды, и проигравшие выставили им пиво. Свои сдержанно, все-таки офицер, хлопали Сухова по плечу. Особенно радовался Морис. Открытие нового игрока он всецело предписывал себе. С приходом игроков в бар, в нем сразу стало шумно. Пиво потекло рекой. Стас говорил мало, больше глядел по сторонам и улыбался.

Морис все время крутился рядом и лишь появление молодых островитянок отвлекло его от Сухова, чему тот никак не огорчился.

Когда Стас пошел в очередной раз купаться, Зумандиги подплыл к нему.

– Я так понимаю, что нам надо поговорить наедине, лейтенант.

– Верно. И при этом так, чтобы не привлечь лишнего внимания.

– Проще всего это сделать, валяясь на песке. Говорить станем, когда рядом никого не будет и по-русски. Здесь не любят любопытных, но на всякий случай мои ребята нас подстрахуют.

На берегу Стас, почувствовавший легкое жжение на плечах, намазался защитным кремом и улегся на спину. Зумандиги наоборот растянулся на животе, подставив свою и так смуглую спину солнцу.

– Начнем? – спросил он. – Мой бывший шеф попросил тебе помочь. Посему можешь мной располагать.

– Что подполковник еще сказал?

– Только то, что с погибшим финансистом связана какая-то история. И ты здесь, чтобы ее раскрутить.

– Ожье Деверон. Я его сменил. Ты хорошо его знал? Можешь сказать, что он из себя представлял?

– Нет, я знал его плохо. Лейтенант держался особняком. Ни с кем не дружил. Знаю только, что у начальства к нему претензий не было. Ему даже незадолго перед смертью объявили благодарность. Погиб смертью солдата. С финансистами такое случается нечасто.

– В его смерти нет ничего странного?

– Странного? – Зумандиги даже приподнялся на локте. – На минуточку, у нас тут идет война. Такие смерти периодически происходят. Ничего сверхъестественного не вижу. Жаль парня, конечно, но такое случается. Ты ведь и сам из строевых. Должен знать.

– Навел справки? – улыбнулся Стас.

– А ты как думал? Мне было интересно, кому я стану подтирать задницу.

– И?

– Годишься. И как солдат, и как командир. Ладно, проехали. Продолжай спрашивать.

– А какой была его личная жизнь? Могла у него быть девушка?

– У Деверона? В городе у каждого есть девушка, а у некоторых и больше. Но тут я пас. Скорее всего у лейтенанта она тоже была. А что?

– Деверон был обладателем важной информации. Есть предположение, что он спрятал ее у своей знакомой. Мне нужно ее найти.

– И что тут трудного? Адрес есть?

– Я знаю только имя и фамилию. Ни адреса, ни возраста. Ничего. И официально, как сам понимаешь, действовать не могу.

– Тогда тебе придется нелегко. В городе есть много людей, живущих без удостоверений личности. За годы войны здесь скопилось много беженцев. Вот если она где-то работает.

– Неизвестно, – вздохнул Стас. – Я и сам понимаю, что найти в городе одну единственную женщину – та еще проблема.

– Как ее зовут?

– Маделен Уватале?

– Нет, не слышал. Что и понятно. Я не слишком вхож в офицерские тусовки. Не забывай, я – не офицер. У нас свои девушки, у них – свои. Но попробую тебе помочь. Поспрашиваю, послушаю.

– Ты только не дави сильно, – попросил Стас. – Чтобы не было волны. Я не хочу привлекать внимание к Деверону. Понимаешь, его смерть могла быть подстроена.

– Даже так? И причина?

Стас немного помедлил с ответом.

– Ладно, не хочешь – не говори.

– Темные дела на базе. Возможно, что контрабанда.

– Выходит в Датском королевстве что-то подгнило. Не удивлен, признаться. Всегда найдутся парни, которым нужно много и сразу. Я, правда, ни о чем таком не слышал. Что говорит лишь о хорошей конспирации. Глупо было бы оповещать о своей подпольной деятельности весь гарнизон. Моя рота вряд ли при делах, но не поручусь за всех. Мы сопровождаем грузы, – Зуманиги потер лоб. – Да ты не волнуйся, лейтенант. Я сработаю тихо. Если что узнаю, сброшу тебе на телефон, номер у меня есть. Будет лучше наше общение не афишировать. Что-то еще?

– Капитаны Дюрок и Гоше. Что ты о них знаешь?

– Лично я – ничего, что заслуживало бы внимания. Про Дюрока слышал краем уха, слухи понятно, что он – тот еще гусь. Якобы любитель что-то достать. Ну, там, айфон подешевле, хорошую выпивку. Может и подворовывает, но за руку его не хватали. Его подчинённый и твой дружок Леруа очень высокого о нем мнения. А так, здесь про всех офицеров можно наслушаться всякого и правды, и лжи. Дюрок выглядит настоящим воякой. Внешне всегда подтянут, выбрит. У него есть парочка доверенных лиц. Крепкие ребята. Одного знаю, как зовут – Понс. Встречал его в спортзале. Удар правой у него мощный, не попадайся!