Александр Капков – Тайна рутьера (страница 16)

– Малон, – обратился он ко мне, – куда-то запропастился старина Гийом. Ты не встречал его?

– Нет, господин. Сегодня я его не видел.

– А вчера? Мне сказали, что вы вместе были в трактире.

– Не совсем так. Я пришел в трактир позже. Кастелян уже был там.

– Расскажи-ка поподробней, как все было. Я знаю Гийома, сколько себя помню. Он никогда не пропадал надолго, не предупредив заранее. А сегодня я послал за ним, и оказалось, что его нигде нет. Может вчера что-то случилось?

– Прошу прощения, господин, я не заметил ничего странного. Когда я пришел в трактир, кастелян уже сидел там и, увидев меня, позвал за свой стол. Он пил вино и угостил меня. А потом я его в свою очередь. Мы посидели часа два, может больше. Потом я собрался уходить, а господин Гийом оставался еще в трактире. Я же пришел в замок и сразу завалился спать.

– То есть ты не знаешь, возвратился кастелян в замок или нет?

– Да, господин. Я этого не видел. Надо спросить у Юбера. Он стоял в карауле у ворот ночью.

– Юбер клянется, что ворота были закрыты. И он, кроме тебя, никого больше не впускал.

– Кастелян в деревню приехал на своем коне.

– В конюшне, как видишь сам, его коня нет.

Действительно, гнедой жеребец кастеляна отсутствовал.

– Запутанное дело, господин! – только и смог сказать я.

– Да уж запутанней некуда. Я послал за кастеляном утром. Постель его была пуста и даже не расстелена. Тогда я отправил слуг на поиски. Они обошли все помещения. Выясняется, что Гийома не было и ночью. Вы вчера о чем-то говорили с ним? Он никуда не собирался?

– Господин, – взмолился я. – Вы же знаете, что наш кастелян всегда держался особняком.

О чем мы говорили? О прошлогоднем урожае винограда, о вашем новом жеребце, о том, как продвигается обучение солдат и о всякой чепухе, не стоящей внимания. Ах да! Вспомнил! Он сказал, что последние дни его все чаще тревожит старая рана, сильно болит по ночам. Он хотел наведаться к нашему лекарю. Это все, что я могу сказать.

Де Фруссар нахмурился:

– Надо начать поиски кастеляна. Мы поступим так. Бери с собой троих солдат. Садитесь на коней и прочешите всю округу. Возможно, что мои опасения не имеют под собой почвы, и старый греховодник задержался у какой-нибудь своей зазнобы. Дай-то Бог! Опросите людей в деревне, обшарьте каждый закоулок. Я хочу знать, что случилось.

– Слушаюсь, господин.

      Интересно, куда же исчез Хромой Гийом,– рассуждал я позднее, покачиваясь в седле во главе маленького поискового отряда. Первым делом я направился к трактиру. Каурого у коновязи не было. Я велел солдатам ждать и вошел в трактир. Хозяин сказал мне, что Гийом уехал сразу после меня. Он слышал, как тот уезжал. Трактирщик предложил мне вина, но я отказался, было не до того. Выйдя, я приказал своим солдатам спросить вилланов, видели ли они Гийома. Те с большим усердием взялись исполнять приказание, превратив расспросы в допрос с пристрастием. Особенно усердствовал Триктрак, солдат, получивший свое прозвище за пристрастие к этой азартной игре. В одном доме он каждого члена семьи допрашивал отдельно, чтобы они якобы не смогли сговориться. Кончилось тем, что отец пошел посмотреть, почему допрос его дочери в сарае длится так долго. Он застал дознавателя за далеким от следствия занятием и деревянной лопатой навернул его по голому заду так, что Триктрак вынесся со двора, словно ошпаренный. После этого я увел свое воинство за околицу, от греха подальше. Мы объехали все окрестности вокруг замка, но так ничего и не нашли.

Исчезновение кастеляна меня взволновало не меньше, чем рыцаря. А даже больше.

Я ведь тоже далеко не все рассказал господину. На самом деле разговор с кастеляном в трактире был не столь уж пустопорожним. Начнем с того, что меня чрезвычайно удивило его приглашение. За все мое пребывание в замке такое случилось впервые. Гийом был много выше нас по положению и от солдат держался на расстоянии. Со мной до этого он не перекинулся и парой слов вне службы. Даже мои заслуги в победе над разбойниками и превращение в капитана ничего не изменили в наших отношениях. Да я и не стремился что-то менять. Поэтому насторожился. С чего бы кастеляну сближаться со мной? Может быть, он хочет что-то выведать у меня? Посмотрим.

Итак, тогда я вежливо принял его приглашение и уселся напротив. Гийом налил мне вина в кружку, и мы выпили. Хромой Гийом слыл неразговорчивым человеком. Солдаты рассказывали мне, что в трактире он мог пить часами, не говоря ни слова и используя лишь жесты. Сначала мы с ним и правда не говорили. Вернее сказать, молчали, попивая неплохое для сельского трактира вино. Когда у кувшина показалось дно, Гийом наконец раскрыл рот:

– Около трех недель назад кто-то уничтожил банду Речной Крысы, окопавшуюся в башне на реке. Ты что-нибудь слышал об этом, Малон?

– Вроде бы что-то такое мне рассказывали, но подробностей я не помню.

Гийом испытующе посмотрел на меня. Я выдержал его взгляд.

– Странное дело. Это случилось именно в тот день, когда ты явился в замок.

– Совпадение.

Я спокойно допил вино, поставил кружку на стол и жестом попросил хозяина принести еще кувшин. Гийом продолжал сверлить меня глазами.

– Не хитри со мной, сынок. Ты сказал, что к нам пришел прямиком из Понталье. Как же ты переправился на наш берег?

– На лодке.

– На лодке? И река была свободной?

– Я отвечу, если вы скажете мне, почему вас это интересует? Как кастелян замка, вы должны быть рады, что кто-то сделал за вас работу.

– Земля, где стоит башня, принадлежит монастырю, – хмуро сказал Гийом. – Ее подарил тому еще отец Реджиса де Фруссара. А на счет тебя… Почему-то мне кажется, что ты не просто так притащился в наше захолустье. С твоим воинским умением можно было найти работенку и получше, да и почище. И ты не прост, Клод-Франсуа Малон. Далеко не прост. Есть в тебе двойное дно. Не знаешь, что от тебя ждать. Это плохо. Меня напрягает, когда я чего-то не понимаю. Усек?

Конечно, я усек, но говорить правду этому хитрецу не собирался. В моем положении проще было все отрицать и врать напропалую. Но только не в том, что можно проверить.

– Хорошо, господин, я отвечу. Когда я оказался на том берегу, то встретил в харчевне трех рутьеров. Думаю, им заплатили за то, чтобы они уничтожили банду на реке. Мы разговорились, и я решил отправиться с ними. Мне ведь все равно нужно было на вашу сторону. Получается, что я тоже приложил к этому руку. Скрывать не стану.

– Похоже, ты вознамерился повывести всех разбойников в округе. Благое дело, Малон. Гляди, только не надорвись.

– А разве не долг солдата – защищать обывателей?

– Ты, я смотрю, любишь бросаться красивым словцом. Хочешь казаться добропорядочным христианином? Твое право. Оспаривать его не стану, но не верю таким, как ты. Знаешь, как говорят? Мягко стелет, да жестко спать. А теперь скажи, зачем ты здесь? Что тебе нужно? И постарайся быть убедительным. Хотя бы из уважения к моим сединам.

– Можете мне не верить, господин, но у меня свои причины спрятаться подальше. Я кое-что натворил в Бургундии. И во владениях герцога меня ждут с распростертыми объятиями. Пришлось спешно покинуть те места. Вот и все.

– Что же такого ты натворил? Ограбил, убил? Или все вместе?

– Я вижу, вы мне не верите. Напрасно. И без уголовных преступлений найдется за что посадить в тюрьму того, кто навесил рога судье города Невера.

Я без зазрения совести скормил Гийому ложь, очень похожую на правду. С одним моим приятелем случилось именно такое.

– Похоже. Ты достаточно смазлив для подобной проделки. Значит, в замке тебя ничто не держит?

– Кроме жалованья и доброго отношения моего хозяина.

Гийом ничего на мои слова не ответил, и мы продолжили набираться вином. Следующий кувшин оплатил капитан. Мы успели располовинить его, прежде чем он снова заговорил:

– Ты мне симпатичен, парень. Что-то в тебе есть. И я не хочу, чтобы ты попал в беду. Раз ты утверждаешь, что тебе все равно, где прятаться от герцогского правосудия, предлагаю тебе бросить службу у рыцаря де Фруссара. Здесь тебя ждет большая беда, Малон.

– Не понимаю, – сказал я. – Почему?

– Ты был неосторожен и заимел врагов. Да, понимаю. Ты в чести у господина и отменный вояка. Теперь командуешь гарнизоном. На зависть быстрое повышение. Только от удара из-за угла не защитишься. Опять же, Жиль. Не относись к нему с пренебрежением.

– А что Жиль? – перебил я его тираду.

– Жиль клянет тебя на все корки и на всех углах. Он скотина, каких поискать. Потому я и предостерегаю тебя. И даю дружеский совет: уноси отсюда ноги, пока не поздно. И как можно скорей. Граф, сюзерен нашего рыцаря, как ты знаешь, начал войну с Кабаном. Ему нужны воины, особенно такие, как ты. Он с удовольствием тебя возьмет. И не простым воином, а сержантом в собственный отряд.

– Мне же потребуется экипировка и хороший конь, – с сомнением протянул я. – Без этого меня примут лишь копейщиком. Но я пока заслужил один меч.

Хромой Гийом оживился. Видимо, он ждал подобных слов от меня.

– У меня с собой есть деньги. Десять ливров. Возьми их. Этого хватит на лошадь и все снаряжение. Даже с лихвой.

Он бросил на стол кожаный кошелек, издавший звон. Признаться, речь кастеляна повергла меня в настоящее удивление. Хромой Гийом меня покупал и покупал дорого. Вернее, откупался от возможных неприятностей, которых ждал с моей стороны. Интересно было и то, с какой легкостью он кидался столь солидными деньгами. Точно, их у него было много. Гораздо больше, чем мог бы иметь кастелян захудалого замка. Я даже подумал, что если попрошу удвоить сумму, отказа не будет. Вот как его припекло. Однако я не собирался покидать замок, особенно сейчас, поэтому пододвинул кошелек обратно к хозяину.