Александр Капитонов – Подлинная Мандала-терапия. Практическое руководство по работе с Самостью (страница 2)
В этой книги мы не противопоставляем мистику и науку, не ищем между ними противоречий. Напротив, мы видим в их союзе колоссальный терапевтический потенциал, который позволяет исцелять даже те душевные раны, которые считались неизлечимыми. Верить или не верить в магию круга – личное дело каждого, но психотерапия предлагает нечто иное: возможность использовать архетипическую силу символа для глубинной, осознанной работы с собственной личностью, для диалога со своим истинным «Я».
Именно этот уникальный синтез древней мудрости и передового научного знания стал фундаментом для той методологии, которая подробно изложена на страницах нашей книги. Мы будем постоянно опираться на открытия Юнга, а также на систему его гениальной последовательницы Джоанны Келлогг, но при этом ни на минуту не будем забывать о том, что корни этого метода уходят вглубь тысячелетий, в те времена, когда человек только начинал осознавать своё место во вселенной.
Читателю предстоит увлекательнейшее путешествие, в ходе которого древний сакральный символ неожиданно заговорит с ним на живом языке современной психологии. Круг перестанет быть просто геометрической фигурой и откроется как путь к познанию собственной целостности, как инструмент, с помощью которого можно не только увидеть, но и исцелить свою душу, вернув её к состоянию гармонии и равновесия.
Для того чтобы наше путешествие в мир мандала-терапии обрело твёрдую почву под ногами, нам совершенно необходимо самым тщательным образом всмотреться в то слово, которое вынесено в название этой книги и вокруг которого будет строиться всё дальнейшее повествование.
Ведь каждое слово, особенно если оно пришло к нам из седой древности, подобно огромному айсбергу: над поверхностью воды видна лишь малая его часть, а основная масса смыслов скрыта в ледяной глубине веков, терпеливо ожидая своего часа, чтобы быть открытой пытливым исследователем, способным заглянуть за горизонт очевидного. Игнорировать эту глубину, значит обречь себя на поверхностное, чисто потребительское понимание, на использование мощнейшего инструмента вслепую, а мы с вами стремимся к совершенно иному – к осознанной, уважительной и максимально глубокой работе с собственной психикой и психикой наших будущих клиентов.
Слово «мандала» имеет древнее и поистине благородное происхождение: оно пришло к нам из санскрита, того сакрального языка, на котором говорят с человечеством Веды, Упанишады и другие священные тексты индуизма и буддизма, составляющие фундамент великих восточных цивилизаций. Санскрит уникален тем, что каждое его слово несёт в себе не одно, а множество значений, связанных друг с другом сложнейшими смысловыми нитями, образующими причудливый узор, подобный самой мандале с её переплетениями линий и символов. И в этом многоголосии глубинных смыслов скрыта тайна, которую нам с вами предстоит разгадать, чтобы понять, почему именно эта геометрическая форма на протяжении тысячелетий неудержимо притягивала к себе внимание мудрецов, философов, художников и, как выяснилось совсем недавно, психотерапевтов.
В самом буквальном, словарном переводе с санскрита «мандала» означает «круг», и это первый, самый верхний слой значений, лежащий на поверхности и доступный любому, кто открыл энциклопедию или заглянул в интернет. Если мы остановимся на этом, то решим, что мандала – это просто круг, но тогда мы не скажем почти ничего существенного, ибо кругов в окружающем нас мире великое множество: есть солнечный диск, дарующий жизнь, есть колесо телеги или автомобиля, есть просто окружность, начерченная ребёнком на песке или мелом на асфальте. В чём же заключается та неповторимая особенность именно мандалы, которая выделяет её из бесчисленного множества других кругов? Почему это слово вызывает такой священный трепет у буддийских монахов и такой живой, неподдельный интерес у современных психологов? Ответ на эти вопросы кроется в более глубоких пластах древнего языка.
Если мы обратимся к санскритской грамматике и внимательно посмотрим на составные части этого удивительного слова, перед нами откроется совершенно иная, поразительная картина, полная неожиданных открытий. Корень «манда» имеет целый веер значений, накопившихся за тысячелетия употребления: это и «сущность», и «сердцевина», и «сокровенная тайна», и даже «космический разум», лежащий в основе всего сущего и управляющий законами вселенной. А суффикс «ла» в санскрите традиционно означает вместилище, сосуд, контейнер, то есть некую устойчивую форму, которая способна удерживать, сохранять и защищать своё содержимое от внешнего хаоса и разрушения.
Сложив эти два важнейших элемента, мы получаем поразительный результат, от которого захватывает дух: мандала в своём исконном, глубинном значении – это «сосуд, вмещающий в себя сущность мироздания», та сакральная ёмкость, в которой хранится тайна бытия. Но и это ещё далеко не всё, ибо санскрит неисчерпаем, как сама вселенная. Дальнейшие лингвистические изыскания приводят нас к тому, что корень «манда» может быть также тесно связан с понятиями «праздник», «радость», «высшее блаженство» и даже «экстатическое наслаждение».
А это означает, что соприкосновение с сущностью, заключённой в сакральный круг, – это не просто холодный интеллектуальный акт познания, а глубокое эмоциональное переживание радости, экстаза, того самого пикового опыта, о котором пишут психологи и мистики всех времён и народов. Получается, что уже в самом слове «мандала» зашифрована целая программа, инструкция по применению: через созерцание круга и погружение в его структуру – к переживанию высшего блаженства единства с миром и собственной душой.
Теперь обратимся к геометрическому аспекту этого удивительного феномена, ибо форма имеет значение не меньшее, чем содержание. Круг, в отличие от всех прочих геометрических фигур, обладает поистине уникальным свойством: у него нет ни начала, ни конца, ни единого угла, он идеально замкнут и самодостаточен. Это идеально замкнутая линия, символизирующая вечность, бесконечность, абсолют, то, что существовало до нас и останется после нас навсегда. Круг – это древнейший образ солнца, дарующего жизнь всему сущему на земле, это символ цикличности времени, вечного возвращения весны после холодной зимы, дня после тёмной ночи, жизни после смерти.
Войдя в круг, оказавшись внутри него хотя бы мысленно, человек немедленно попадает в пространство, где время течёт совершенно иначе, где он чувствует себя защищённым от хаоса и агрессии внешнего мира, от его суеты и бессмысленной спешки. Не менее важен и второй компонент мандалы, неразрывно связанный с первым и составляющий с ним единое целое, – это центр, та самая сердцевина, о которой мы говорили выше. Любая настоящая мандала имеет центр, точку, от которой разворачивается вся сложнейшая композиция и к которой, в конечном счёте, всё стягивается, как железные опилки к магниту.
Центр – это символ неподвижной оси мироздания, вокруг которой вращаются все миры, галактики и вселенные, подчиняясь неведомым нам законам. Это образ Бога, абсолютного начала, источника творения, из которого всё возникает и в который всё возвращается после завершения своего цикла существования. В буддийской традиции в центре мандалы всегда помещается главное божество, символизирующее просветлённую природу ума, ту самую сущность, ту самую сердцевину, о которой мы говорили, разбирая этимологию этого удивительного слова.
В психологическом прочтении, которое стало возможным исключительно благодаря гению Карла Густава Юнга и его последователей, центр мандалы – это зримый образ Самости, того самого внутреннего стержня человека, который сохраняет устойчивость при любых жизненных бурях, катастрофах и потрясениях. Самость – это не то, что мы привыкли считать своим «Я» (Эго), это нечто гораздо более глубокое, фундаментальное и масштабное. Это вся психика целиком, включая и сознание, и бессознательное, это наш внутренний центр управления, незримо направляющий нас по жизни и ведущий к целостности.
Если центр в нарисованной мандале сильный, чёткий, хорошо прорисованный, занимающий своё законное место, это говорит о том, что человек находится в прочном контакте со своей глубинной сущностью, у него есть надёжная опора в жизни и внутри себя. Если же центр отсутствует вовсе, размыт до полной неразличимости или смещён куда-то в сторону от геометрической середины, это верный признак серьёзного внутреннего разлада, полной потери жизненных ориентиров, того самого мучительного состояния, которое Юнг переживал в период своего тяжёлого кризиса.
Важно понимать, что мандала – это не просто круг, пустой и полый внутри, как обруч или кольцо, брошенное на землю. Это всегда круг наполненный, структурированный, тщательно организованный по законам гармонии или, напротив, хаоса. Пространство между центром и внешней защитной границей заполнено бесчисленными символами, линиями, узорами, геометрическими фигурами и цветовыми пятнами, каждое из которых что-то означает. По тому, как именно выстроено это внутреннее пространство, можно судить о том, насколько гармонично или, напротив, хаотично и разрушительно устроена человеческая душа.