Александр Калмыков – Олег Попов. Невыдуманные истории из жизни «Солнечного клоуна» (страница 44)

Вот этот человек стал другом Олега Попова. Он приезжал к нему, смотрел представление, иногда спокойно ждал на скамейке рядом. Каждый раз они отправлялись вместе ужинать в хороший ресторан. Смеялись, рассказывали какие-то анекдоты. Олег умел дружить, у него был «нюх» на хороших людей.

Однажды в ожидании Олега Флипп сидел на скамейке напротив кемпинга «Солнечного клоуна». Олег вышел. Между репризами он возвращался к себе в кемпинг, успевал попить чаю, съесть какой-нибудь пирожок и, жуя, бежал на манеж. Каждый раз говорил что-то веселое другу. А дверь в кемпинг он не закрывал.

Флипп спросил директора:

— Скажи, а где он хранит свою зарплату? И какая у него зарплата?

Директор назвал сумму. Зарплата была высокая, даже по голландским меркам.

— А где он ее хранит?

— Здесь, в кемпинге.

Флипп побледнел:

— Вы что себе позволяете? Это же идиотизм. У нас за 100 долларов убивают. А у вас здесь хранится несколько сотен тысяч долларов. Вы что творите? Завтра же мы едем в банк.

Директор подошел к Олегу, сказал, что Флипп предлагает завтра поехать в банк. Олег согласился с неохотой. Он был дитя советского воспитания, а им говорили, что все зарубежные банки лопаются, как воздушные шарики, и деньги пропадают, поэтому оставлять их в буржуазных банках нельзя. Тем не менее наутро они отправились в маленький городок недалеко от Амстердама.

— Банк должен быть огромным, — говорил Флипп. — А офис его — маленьким. Понимаете почему?

— Нет, не понимаем, — ответил Олег.

— Потому что огромный банк — это солидность, это достоверность, там надежно хранятся ваши деньги. Мы едем в самый крупный банк Нидерландов. А маленький офис — потому что вас все там знают, вас хорошо принимают, вы не стоите в очередях, вы не толкаетесь. Поэтому мы едем в эту маленькую деревушку.

В маленькой деревушке они приехали в крошечный филиал огромного банка. На пороге их встретил молодой директор. Все в офисе: и операционистки у маленьких окошечек, и служащие встали и склонились в поклоне: ну как же, приехал господин Лаус, которого они знали как мультимиллионера. А с ним приехал знаменитый русский клоун Олег Попов, который с блеском гастролирует по всей Голландии.

Поговорили, зашли в комнату для серьезных операций. Такие комнаты, как правило, без окон, без дверей. Уселись друг против друга: директор с Олегом с одной стороны, Флипп Лаус с молодым директором банка — с другой. И снова начались анекдоты, шутки, смеялись до слез. Олег всегда был «душой» любой компании. Наконец директор сказал:

— Господа, давайте теперь займемся делом.

У Олега через плечо висела большая кожаная сумка, набитая до отказа. Он открыл эту сумку и высыпал все ее содержимое на стол.

Флипп Лаус был очень богатым человеком, директор банка тоже был не беден, но они никогда в жизни не видели такое количество наличных денег.

Часть денег была свернута в «колбаски», и когда их бросили на стол, многие купюры напомнили засохший на бутерброде сыр с завернутыми крыльями. Деньги дышали, и этот крупный «холодец» ходил вверх-вниз.

Олег начал считать деньги. В его «коллекции» оказались валюты нескольких стран. Это было время, когда еще не существовало «единой Европы» и не было в обиходе евро. Олег пересчитал дойчемарки, доллары. На клочке бумажки карандашом он приводил все суммы к единому голландскому курсу. Потом пошли бельгийские кроны, огромные старые купюры, похожие на развернутые носовые платки.

Потом он достал не менее огромные французские франки. За ними последовали японские иены. Он считал, поплевывая на пальцы, вызывая ошеломление у голландцев. Сосчитав всё, со вздохом сказал:

— Всё! Точно. Здесь 440 тысяч гульденов.

Директор нажал кнопку. Вошла худая операционистка с иксообразными ногами, с подносом в руках. Она в первый раз в жизни видела Флиппа Лауса-мультимиллионера и великого клоуна.

Но когда она увидела огромную дышащую пачку денег, ей стало дурно. Собравшись с духом, она аккуратно положила все пачки на поднос и, покачиваясь, как матрос на палубе, исчезла. Снова начались анекдоты и шутки. Через какое-то время дверь приоткрылась и показалась голова этой девушки. Она была бледна и обессилена, казалось, вот-вот упадет. Девушка сказала какую-то фразу по-фламандски. Директор банка сразу оборвал смех. Оборвал смех и Флипп Лаус. Он обратился к директору Олега:

— Саша, там серьезная ошибка, там не 440 тысяч.

— А сколько там?

— Там 600 тысяч.

Директора это развеселило. Он понимал, что без калькулятора сложить вместе четыре разные валюты практически невозможно. Он сказал Олегу:

— Олег, ты ошибся. Там не 440 тысяч.

— Вот, я так и думал! — вскричал Олег. — Эти западные банки! Пропади они пропадом! Всё собираем и уходим!

Он смертельно не любил попадать в дурацкие положения, а тут еще с деньгами, да еще с такой суммой.

— Олег, там 600 тысяч.

Так закончилась эта история. Они уехали назад в цирк. Ровно через год Флипп, который продолжал периодически навещать друзей, привез Олегу конверт. В конверте лежало уведомление из банка, что Олег получил проценты за год. Это оказалась весьма солидная цифра. Флипп с усмешкой спросил:

— Ну что, где лучше хранить — в кемпинге или в банке? Ты же боялся, что все лопнет и пропадет. А теперь на эти проценты можешь купить «мерседес»!

Кукла «Олег Попов»

Большинство людей не любят попадать в дурацкие положения. Как часто, оказавшись в дураках или опозорившись, человек мечтает лишь об одном — чтобы все поскорее забыли о случившемся. Или чтобы произошло другое событие, которое своей масштабностью заставит всех забыть о недавнем.

А как было бы ужасно, если бы позорные события нашей жизни навсегда оставались в памяти! Если бы, вспоминая о них, нам бы «тыкали в глаза» ими на каждом углу! Если не было бы возможности забыть о них навсегда!

Так повелось, что Олег любил проводить пресс-конференции в маленьком шапито, которое можно было считать зрительским фойе. Потому что в главном шапито стояли амфитеатр зрительного зала и манеж, за главным шапито находились маленькая конюшня с животными и, через перегородку, гримерки артистов. А перед цирком было маленькое шапито, которое мы по привычке называли фойе.

И вот в одном из голландских городов в таком шапито за несколько часов до начала гастролей собралась группа журналистов. Их было человек тридцать, они все расселись на красных пластмассовых стульях. Олег не любил штатных переводчиков, подозревая во всех них сотрудников спецслужб, поэтому он просил быть переводчиком директора. И тот переводил вопросы и ответы Олега журналистам.

Во время пресс-конференции в это маленькое шапито стремительно влетела молодая женщина с наглыми глазами. На одной руке она держала грудного ребенка, а на другой — огромную куклу Олега Попова. Растолкав журналистов, она уселась рядом с Олегом. На нее начали шикать, но ей было наплевать: главное, чтобы Олег ее увидел.

И Олег увидел ее, смутился и прервал пресс-конференцию. Встал и ушел. Директор пошел за ним. А наглая барышня побежала за ними вслед.

Олег поднялся по лестнице в свой вагон-гримерку, который располагался высоко над землей. Он попросил директора:

— Я не хочу с ней видеться, сделай так, чтобы она ушла.

Директор обратился к даме:

— Мадам, что вы хотите?

Дама злобно отвечала, что между нею и Олегом подписан коммерческий контракт. Директор посмотрел этот контракт и пришел в ужас. Олег был очень осторожным человеком, никогда не подписывал никакие документы, прежде чем пять раз не посоветоваться.

Как выяснилось позже, этот документ был подписан давно, еще в Москве. Кто-то из старых «друзей» — администраторов с телевидения уговорил Олега его подписать. Идея контракта была простой. Голландское телевидение предлагало снять серию комедийных мультфильмов с использованием имиджа Олега Попова. Такая практика уже была в США. Когда знаменитые комики Лаурел и Харди вышли в тираж, им предложили использовать для анимационных и мультипликационных фильмов их рисованные персонажи. Рисованные фигурки разыгрывали анекдоты, байки, комиксы. И этот проект имел колоссальный успех.

Здесь было предложено практически то же самое: маска Олега Попова рассказывает анекдоты, участвует в качестве главного героя в различных байках и пр.

Контракт имел несколько пунктов, которые Олегу толком не растолковали. Но тогда, в начале 90-х, только-только начиналась чехарда с деньгами. Единственной устойчивой валютой стал доллар. И Олегу предложили в качестве залога две тысячи долларов. Олег раньше в России никогда не имел дела с валютой. Это было противозаконно, а он свято берег свою репутацию. А здесь все произошло так легко, потому что для России тогда две тысячи долларов были огромными деньгами.

Прошло несколько лет. Судя по всему, этот мультипликационный проект не состоялся. Да и в тот момент, когда появилась эта барышня, две тысячи долларов были уже не те деньги: Олег за одно представление получал больше. Но был в контракте и один очень неприятный пункт, который Олег тогда не разглядел. Пункт, по которому организаторам этого проекта на голландском телевидении разрешалось использовать имидж Олега Попова в качестве торгового знака на любых товарах.

Это был ужасный пункт, который позволял использовать имидж Олега Попова даже на туалетной бумаге или на чем угодно.