Александр Измайлов – Тайна Укокской принцессы (страница 5)

– Эту девушку зовут Нигирь. Я воспитывал её до десяти лет, потом мне помогал мудрый Ягур. Она умеет делать всё, что делают шаманы: вызывает и разговаривает с Духами, и они отвечают ей. Свершилось то, что предначертано судьбой нашего племени. Не смотрите, что она совсем юная, эта девушка познала тайны бытия, и ей многое подвластно. Да, Нигирь – женщина, но она заявляет о своих правах на Совете старейшин…

Последняя фраза Морока вызвала бурю негодования среди многих почтенных старейшин. Они замахали руками и закричали, не слушая друг друга. Многие возмущённо вскочили. Немало прошло времени, пока все постепенно начали затихать, продолжая что-то доказывать друг другу.

– О каких правах заявляет почтенный Морок? Это нарушение наших тысячелетних традиций! – из общего ропота в комнате вырвался громкий голос одного из старейшин по имени Кабил. Его речь заставила всех затихнуть.

– Никогда женщина не состояла в Совете старейшин и не имела права голоса при принятии решений о судьбе племени. Такого не было и быть не должно!

Совет взорвался, как растревоженный рой лесных пчёл, и это был гул одобрения. Молчали только шаманы. Нигирь стояла посередине комнаты и, казалось, никак не реагировала на происходящее.

Старейшины всё больше распалялись, теряя остатки сдержанности и возможности спокойно принять мудрое решение. Но по-другому и быть не могло: племя киртов всегда отличалось твёрдостью в следовании традициям и обычаям предков. Это помогло им выжить во время скитаний по земле и при строительстве своей страны.

Возмущённый голос Кабила звучал громче всех, было заметно, что он самый ярый противник появления Нигирь на Совете.

– Мы не знаем эту девушку! Кто её родители? Из киртов ли она вообще? Ни в одном селении она не жила. Где ты нашёл её, Морок?

Совет затих, ожидая ответа шамана.

– Да, Нигирь не жила в поселениях. Я забрал её к себе в возрасте пяти лет, потому что она осталась сиротой, – спокойно ответил Морок. Чувствовалось, что он не намерен отступать.

– Родителей Нигирь многие из вас знали. Мать её – Олань, женщина из почтенной и богатой семьи.

Морок замолчал, тщательно подбирая слова.

– И отец её жил с нами. Он – тот путешественник из Небесных миров, который покинул нас, когда Нигирь едва исполнилось пять лет. Мы все провожали его летающий дом…

– Это был один из тех четырех чужеземцев, которые учили наших старейшин своим премудростям! – выкрикнул кто-то из старейшин, подбросив этим сухие сучья в пылающий костёр противоречий Совета.

– Мы знаем, что эти пришлые добивались власти над нашим племенем и были посланы злыми Духами ночного неба! Они хотели изменить наши традиции и верования! – продолжал выкрикивать один из старейшин.

– Это не так! Послушайте меня! – Морок поднял руку высоко вверх, что означало призыв к молчанию. Его жест остановил гул неодобрения. Никто не решался обидеть шамана.

– Наш край отмечен печатью близости к Небу. Четверо путешественников из далёкого Небесного мира прилетали к нам. Они жили с нами и принесли нам свои знания о звёздном мироустройстве. Мы до сих пор выплавляем металлы так, как они нас научили. Кирты немало узнали о возможностях человека, о силе его мысли. Разве не так?

Морок ткнул указательным пальцем в пустое пространство середины комнаты, словно хотел уличить противника и продолжил:

– Ложью является то, что те путешественники стремились захватить власть в племени. Они одинокие странники с Дальней Звезды и прилетели к нам с любовью, с желанием помочь. Вокруг нас существуют таинства добра и зла. Наша жизнь и наши действия протекают в мире, о котором мы многое не знаем. Небесные путешественники хотели всё объяснить, но кирты отвергли новые верования и не захотели менять уклад жизни. Многие из вас сделали всё, чтобы новое не укоренилось на нашей земле…

Снова воцарилась тишина. Морок сказал правду. Многие из присутствующих были на судьбоносном Совете и выступали против изменений многовекового уклада жизни. Несмотря на то, что прошло много лет, тяжёлые воспоминания заполнили комнату.

Но Морок не стал останавливаться на них.

– Пришельцы улетели. Они не испытывали к нам вражды, а только, наверное, сожаление. Развитие их народа намного опережает наше, а значит, они могли помочь нам развиваться быстро. Но они оставили своё бесценное наследство – эту девочку, родившуюся от мудрого и сильного человека с Далёкой Звезды и красавицы из племени киртов. Поэтому, по праву кровного родства с нами, она может войти в Совет старейшин.

Едва возникший ропот в комнате шаман погасил резким взмахом руки и продолжил:

– Но не только по праву кровного родства она здесь. Нигирь превосходит всех сидящих здесь по своим способностям понимать Духов. Нашим шаманам её нечему научить… Я убедился в этом. Она не только понимает язык зверей и птиц, но и предвидит будущее, разговаривая со звездами. Это необыкновенное дитя. Она уже умеет излечивать раны и изгонять любую хворь.

Морок закончил говорить, но шум в комнате не возобновился. Повисшая тишина несла в себе угрозу. Однако она продолжалось недолго. Кабил, оглядывая своих сторонников, вновь стал с возмущением сопротивляться:

– Уважаемый Морок утверждает, что эта девушка превосходит шаманов в искусстве врачевания. Пусть это так, но женщина не может быть среди нас, согласно многовековым верованиям киртов! Кем же она будет? Почему должна войти в состав старейшин? На лице её нет следов мудрости, она слишком молода. Посмотрите на неё! – язвительно закончил он.

Поддерживающие его старейшины оживились, по рядам пробежал смешок. Обсуждение явно повернулось не в ту сторону. Морок был вынужден вновь встать на защиту девушки.

– Нигирь не будет шаманом, наши верования это запрещают. Она будет с этого дня жить в одном из поселений, и вы построите ей удобное жилище. Она будет помогать племени своим даром предвидения, а кирты должны преклониться перед ней, как преклоняются перед Советом старейшин. С сегодняшнего дня она будет иметь право голоса на Совете!

Слова Морока снова вызвали взрыв негодования среди старейшин. Многие вскочили и затопали ногами, выражая своё несогласие. Шум внутри дома обеспокоил воинов охраны, они столпились у двери, не решаясь войти. Но гул голосов в очередной раз стих, когда поднялся со скамьи старый шаман Ягур. Одним только взглядом он успокоил разбушевавшихся старейшин. Этого шамана опасались все, зная его способности вызывать в гневе сильный ветер, пригибающий людей к земле. Но Ягур был спокоен и сосредоточен.

– Почитаемые члены Совета! С утра нам удалось решить многие важные вопросы жизни нашего племени. Мы их решили быстро, потому что это было привычно и не противоречило нашим обычаям и верованиям. Но решить дальнейшую судьбу Нигирь нам оказалось трудно… Нашу страну мы называем Думрап, это означает на языке киртов «спящий». Почему мы так себя называем с древних времен? Потому, чтобы не разбудить Духов и сохранить спокойствие и благоденствие людей нашего племени. Но пришло время нарушить это спокойствие. Надо решить, какую помощь будет оказывать Нигирь и какое место она займёт среди народа благодаря своим необычным способностям. Именно так уважаемый Морок предложил нам решить этот вопрос.

С этими словами Ягур вывел девушку на ярко освещенную солнечными лучами середину комнаты. Он тихо попросил Нигирь показать Совету татуировки на её руках. Она послушно скинула с себя плащ. На плечах и руках девушки чётко просматривались сакральные знаки синего цвета и замысловатые рисунки. На левом плече Нигирь был изображён диковинный олень с клювом грифа, рогами оленя и козерога. Рога этого оленя украшали головы грифов, подобная же голова была на спине другого неизвестного животного с «перекрученным» туловищем. Ниже в такой же позе был изображен баран с закинутой назад головой, а у его ног – сомкнутая пасть пятнистого барса с длинным закрученным хвостом. Правое плечо было тоже покрыто сложными замысловатыми иероглифами и знаками.

– Кто из вас знает тайны жизни и бессмертия? – спросил Ягур старейшин, которые, затаив дыхание, рассматривали знаки. – Кто помечен Духами природы и кому доверены их тайны? Только шаманы могут вам это открыть…

Ягур утвердительно тряхнул копной своих седых волос и помолчал, словно ожидая, что кто-то решится опровергнуть его слова. Но все молчали, продолжая осматривать знаки на руках Нигирь. Некоторые старейшины почувствовали себя неуверенно на Совете, и это было заметно.

Девушка проницательным взглядом смотрела на тех, кто её окружал. Справа от неё сидел длиннолицый, с мешками под глазами шаман Облан. Кривой нос его соответствовал его далёкой от прямоты натуре. Посреди заросшего сединой лица выделялся орлиный нос, из-под нахмуренных бровей поблёскивали тёмные сердитые глаза.

«Этот человек полон хитрости и коварства», – определила девушка. «Другой, старейшина Кабил, сидящий слева от меня, частенько заглядывает в свои сундуки, набитые золотом, серебром и драгоценными камнями, ему нет дела до простых киртов». Она не доверяла большинству из старейшин! «Вода течёт в ту сторону, куда наклоняют кувшин, – подумала юная провидица. – Вот и они с готовностью примут сторону любого враждебно настроенного шамана…»

Об этом предупреждал её отец? Нигирь стало не по себе: как она будет с этими людьми управлять страной? Ей надо было подумать и сохранить спокойствие.