Александр Хмельницкий – Тайна времени (страница 11)

– Вы поможете убийце детей и женщин, зная, кто он есть? Будете стараться полюбить его?

– Да, – без тени сомнения ответил Уго, – Возможно моя любовь спасет его, очистит его израненную и озлобленную душу.

– Вы не нормальный. Мне жаль вас, – вздохнул разочарованно Кай, – Вас когда-нибудь убьют. Убьют те, кому вы так бескорыстно стараетесь помочь.

– Возможно, – пожав плечами, ответил монах, – Я все равно не отступлюсь.

В центре пирамиды находился глубокий колодец. Когда Кай поинтересовался, сколько там футов, Уго сказал, что колодец бездонный и что он древнее Бояра. Храм Бога был выстроен вокруг него, многие пытались измерить его глубину, привязав груз к веревке, но не нашлось столько веревки, чтобы нащупать дно. Вода там лечебная с помощью нее монах лечит людей. Эта вода спасла много жизней, в том числе и его. Уго рассказывал про чудеса, что может творить вода, свидетелем которых он был. Про то, что солнце и вода ранее были единым целым, Но бог отделил от себя огонь и создал солнце, чтобы оно могло согревать его, потом Вода создал все сущее, в том числе и наш мир.

Через несколько недель Кай был полностью здоров. Но покидать стены Храма боялся.

– Я вижу стыд и тревогу на твоем лице, – сказал однажды Уго, – в чем дело?

– Я не могу более злоупотреблять вашим гостеприимством, не могу более есть ваш хлеб, так как не могу заплатить за него, но боюсь выйти в Бояр так как знаю, что меня могут убить.

– Ты юн и силен духом, тебя может ждать великое будущее. Я могу предложить тебе новую жизнь, уехать в Брави-Ахгар, – центр современного мира. Могу предложить тебе обучение в богословской школе, где тебя примут те, кто обязан мне. Там ты сможешь сам сделать выбор и определить свою дальнейшую судьбу. Или же продолжить нищенствовать, бродяжничать и воровать, следуя уличным законам. Тебе решать.

– Почему именно Брави-Ахгар, разве мало других городов?

– Хотим мы того или нет столица империи является центром духовного и просветительского мира. Там масса возможностей взлететь к небесам или упасть так низко, как еще не падал. Туда стремятся ученые умы и богословы, там живут сильные мира сего. Там тебя ждет твоя новая судьба.

Кай сделал выбор в пользу духовенства, прекрасно понимая, что выбор за него сделал совсем другой человек, которого он так и не смог понять. Он покинул родной город вместе с Боярскими цыганами, которые вели торговый караван в столицу империи, нанявшись к ним носильщиком за еду и место возле походного костра. Вооружившись запиской от Уго, Заучив наизусть название богословского дома, а так же имя человека, которому предназначалась записка, получив устные наставления от монаха, он направился навстречу новой жизни.

Часть 3 "Кочевник"

Небольшая стоянка кочевников, всего в двести шатров, раскинулась неподалеку от речки, на пути от южных городов к столице королевства. Встретить их в этом районе Миртского королевства было большой удачей для усталых путников. Пользуясь традицией гостеприимства, они могли остаться на ночлег, не боясь быть убитыми или ограбленными, восстановить свои силы и продолжить путь.

Лето здесь длилось почти пять месяцев, земли богаты зеленой травой для скота, леса дичью, а в реках полно рыбы, – и все же кочевники в этих краях были большой редкостью. Не потому, что они не знали об этих местах, а просто, потому, что само понятие «кочевой образ жизни» постепенно терял свой смысл с развитием цивилизации. Кочевые племена сумевшие выжить в «объединительной войне» – как принято сейчас говорить в королевстве, и отстоять свой образ жизни постепенно исчезали. Оседая на одном месте, они образовывали небольшие поселения, которые разрастались и превращались со временем в города. В основном, жить, так как жили их далекие предки, продолжали малочисленные племена на востоке королевства, поддерживая старые традиции, они старались оберегать свою самобытность. Именно к таким относилось племя «Кагам». Когда-то их потомки покинули южно-восточные земли. Убегая от страшной войны и насилия тех лет, они уходили на запад в поисках спокойной жизни, и нашли свой дом в степях юго-запада. Уже в шестнадцать лет юноши кочевников становились мужчинами и могли выбрать себе жену, независимо от положения семьи невесты в племени. Во главе иерархии стояли семьи занимавшиеся охотой. Они же исполняли роль воинов в случае нападения. Мальчики из семьи охотников постигали свое ремесло с девяти лет, чтобы к совершеннолетию в совершенстве владеть навыками стрельбы из лука, метанию копья и камней, умело ставить ловушки, знать свое место при коллективной охоте и быть искусными следопытами. Следом шли рыболовы. Своих сыновей они учили плести снасти с десяти лет, распознавать места скопления рыб, правильно расставлять сети, обучали искусству охоты с острогой во время нереста и премудростям сезонной ловли. Далее ремесленники. Дети из семьи ремесленников, включая девочек, постигали искусство того или иного ремесла с девяти лет. Внизу иерархии кочевников находились пастухи и собиратели, эти профессии назначались вождем племени. Как правило, выбор падал на людей неспособных выдерживать нагрузки на охоте или рыбалке. Но иногда вождь пользовался свой властью в целях личной мести и для унижения своих врагов. Именно таким оказался Амато. Неприкасаемыми была семья шамана, они по наследству, втайне от всех передавали секреты знахарства и дар общения с духами предков. Вождь племени кочевников избирался советом старцев из числа наиболее подходящих сроком на семь лет. В случае недовольства в племени через этот срок избирался новый вождь. Амато дважды за время выборов вождя выказывал свое недовольство по поводу некоторых решений вождя Израги и, конечно же, вождь воспринял слова Амато как личную неприязнь. Хотя старцы и игнорировали его доводы, Израги затаил обиду. Амато был родом из семьи рыболовов, но после смерти своего отца входившего в совет старцев он потерял покровителя. Не имея на тот момент сына достигшего десяти лет, кому бы он должен был передавать свои навыки и с кем должен был выходить на рыбалку, Амато стал уязвим. И наследующий год он был назначен пастухом. Но это было не самое страшное: по традиции кочевников старший сын пастуха лишь по достижении совершеннолетия мог начать обучение профессии той, которую ему выберут старцы. Другими словами сын Амато, – Авион будучи взрослым мужчиной и имея полное право создать семью не мог строить свой личный шатер, так как являясь учеником семьи рыбаков или охотников должен был бы жить с ними до конца обучения. А не каждая невеста даст согласие на такую жизнь. Но узнав о том, что Юйса, – дочь вождя и Авион полюбили друг друга, у Амато появилась надежда, что Израги снимет с него должность пастуха и он сможет начать обучать сына, однако этого не произошло.

***

Густой туман медленно опускался на степь, скрывая холмы и лучи только что показавшегося из-за горизонта солнца, рассвет затягивался. Воздух был тяжелый и влажный, как перед грозой. Царила гробовая тишина.

Внезапно над головой Авиона пронесся огромный ворон, издав истошный крик, черная птица скрылась в тумане. В эту секунду вспыхнуло пламя на протяжении всего горизонта и стеной стало быстро продвигаться к нему. С другой стороны раздался чей-то властный голос и из тумана стали выходить люди в железных доспехах, положив длинные копья друг другу на плечи, они наступали. Их вел высокий черноволосый человек, он поднял меч вверх и войско, повинуясь немой команде, остановилось. Пламя стремительно приближалось. Впереди огненной стены Авион увидел неизвестное ему существо, один вид которого вселял страх и ужас: человекообразное туловище вырастало прямо из пламени, с огненно-красной кожей, огромными ядовито-желтыми глазами, в руках у него были щит и меч, которые так же полыхали пламенем. Это был демон или сам дьявол, но, безусловно, из самых глубин ада, потому как Боги не допустили бы рождение подобного существа на земле. Военачальник ударил мечом о щит, прокричал боевой клич, на незнакомом языке и огромное войско кинулось в атаку.

Авион стоял посередине поля, где вот-вот начнется сражение. Его лицо обдувало прохладой и, то ли от холода, то ли от страха, немели руки и ноги, кожа цепенела, сердце заколотилось с утроенной силой, ему показалось, что оно вот – вот выпрыгнет из груди. Он посмотрел в лицо военачальнику, бежавшему навстречу демону: «Как оно мне знакомо, неужели это…, нет, не может быть…, отец?»

«Отец!» – вырвался у него из груди сдавленный крик, но его слова словно дым растворились в тумане.

Демон уже приблизился, издав ужасающе зловещий смех, он занес свой огненный меч.

«Отец! Отец! Нет!»

Он проснулся, все одеяло было мокрое от пота. В шатре было тепло, дрова игриво потрескивали в костре, отец стоял возле ложа и испуганно смотрел на него.

– Что случилось Авио?

– Мне приснился страшный сон, я…

– Успокойся сынок, это был сон, просто сон, я рядом, все хорошо.

Амато постелил себе шкуру медведя рядом с Авионом и лег. Мальчику стало спокойней, он закутался в одеяло и быстро уснул.

Утром его разбудил аромат жареного мяса. Авион открыл глаза. Мать готовила завтрак, увидев, что он проснулся, она подошла к нему и села рядом.