Александр Хмельницкий – Тайна времени (страница 12)

– Ты помнишь, что тебе приснилось ночью?

– Да, – нехотя ответил он и коротко поведал ей свой сон. Мама покачала головой, потом улыбнулась и сказала:

– Твой отец всего лишь пастух и языков других он не знает, – куда ему командовать армиями и вести войны. Выбрось этот сон из головы, одевайся и садись лучше кушать. Я приготовила «герою полководцу» еду, отнесешь ему, когда закончишь завтрак, а мне надо сходить на речку за водой.

Она погладила его по голове.

– Ну же, быстрей вставай, соня!

Авион напялил на себя свою одежду и принялся за завтрак. Разделавшись с мясом, он взял приготовленный сверток с едой и вышел из шатра.

Было пасмурно, тяжелые темно – синие тучи плыли по небу, сильный порывистый ветер дул так, что он даже слышал, как скрипят деревья в лесу. Несмотря на уже совсем не раннее утро в лагере было безлюдно, впрочем, как всегда в это время. Все взрослые мужчины со своими детьми покинули свои шатры еще на рассвете, отправившись на охоту или рыбалку. Амато – отец мальчика пас племенной скот недалеко от лагеря.

Авион направился прямиком на пастбище. По пути ему встретилась Юйса, – дочь вождя, она несла в руках кожаные мешки с водой.

– Привет Авио. К отцу?

– Да. Хочешь, пойдем со мной?

– Хочу, – ответила она, улыбаясь, – только надо отнести воду.

– Давай помогу, – он взял у нее мешки, всучил ей отцовский завтрак и понес воду к шатру вождя. Юйса, о чем – то задумавшись, шла рядом.

Спустя некоторое время они уже приближались к пастбищу. Амато сидел на огромном гранитном камне, закутавшись в овечью шкуру. Собаки, охранявшие скот от нападения волков, лежали возле его ног. Когда дети стали подходить ближе, они внезапно вскочили и зарычали. Пастух поднял вверх руку, собаки улеглись замолкнув. Авиона пробил холодный пот, сердце сжалось, непонятный страх поглотил на секунду его сознание. Он и раньше так делал, но сегодня было все по-другому: дай ему меч в руку – его жест был бы точь-в-точь таким же, как во сне. Авион сделал глубокий вздох, и, чтоб ни – кто не увидел его напряжения, улыбнулся, протягивая завтрак отцу.

– Ты не против, если мы с Юйсой пойдем погуляем? – спросил он его. Амато кивнул, разворачивая сверток.

Они взялись за руки и бегом направились ближе к лесу, где разноцветным ковром росли полевые цветы. Когда же почти добрались до намеченной цели, Юйса неожиданно вырвала руку и, оттолкнув его, побежала прочь, оглядываясь и игриво смеясь. Авион кинулся за ней, догнав, схватил ее за талию и они вместе повалились на землю в благоухающий аромат цветов. Она громко засмеялась и попыталась высвободиться из объятий, но, поняв, что не сможет, обняла его за плечи. Он провел по ее густым, черным, красивым как у богини волосам рукой, закрыл глаза и поцеловал. Долго еще они кувыркались в цветах, целовались, забрасывали друг друга травой, потом молча смотрели в небо. Юйса сорвала ромашку и провела ей по его щеке.

– Ты женишься на мне, когда тебе исполнится шестнадцать?

– Да, – ответил он, посмотрев в ее большие карие глаза, – На ком же еще?

Она улыбнулась.

– Если ты женишься на другой, – я обрежу себе волосы.

– Что ты, разве я смогу себе такое позволить?

Она снова улыбнулась и поцеловала его. Еще какое – то время они лежали в тишине, наблюдая за летящими по небу облаками и огромными синими тучами причудливой формы, напоминавшие им сказочных зверей.

Юйса поднялась, отряхнула платье от травы и, посмотрев на Авиона, сказала:

– Мне хорошо с тобой, но надо идти, помочь стирать матери.

– Хорошо, – сказал он, встал, подошел к ней и поцеловал на прощание.

Юйса пошла к речке. Она ни разу не оглянулась за то время, пока он провожал ее взглядом.

Ветер усиливался. Воздух стал влажным и прохладным. «Должно быть, будет дождь», – подумал он и направился к пастбищу. Подходя к гранитному камню, выросшему прямо из земли посреди поля, он увидел отца. Тот был не один, рядом с ним стоял человек невысокого роста в длинном черно-золотом балахоне с капюшоном. Такие смешные и, как ему казалось, очень неудобные наряды носили маги, они называли их мантиями. Маги появлялись в здешних краях, хотя и редко, время – от времени оставаясь на ночлег. Пастух с магом о чем – то разговаривал.

– …будет ночью сильная гроза, я не успею добраться до ближайшего города, разрешите переночевать у вас? – говорил пожилой человек, он держал своего красавца – коня за поводья, поглаживая его гриву, – Мы с Ангелом уже несколько суток в пути, ему тоже необходим отдых.

– Конечно, я буду рад видеть вас в своем скромном жилище, – ответил ему Амато.

Авион подошел ближе, поздоровался и поклонился путнику со всем известным ему уважением, тот радушно улыбнулся и представился:

– Ан – Фабиос.

– Авион.

– Это мой сын, – вмешался пастух.

– Я заметил, – сказал маг, – Вы с ним очень похожи.

Ан – Фабиос скинул капюшон, отпустил поводья и сел на землю, конь склонил голову и неспешно стал щипать траву. Волосы мага были седые, коротко острижены, морщины изрезали широкое лицо вдоль и поперек. Трудно сказать, сколько ему было лет, но выглядел он довольно крепким и сильным человеком. Его ясные серые глаза смотрели прямо на Авиона.

– Холодно, – заметил он, поежившись, – Осень вступает в свои права. Я еду из Калиона, – это к востоку отсюда, примерно в пятистах милях, в столицу, там меня ждут важные и очень срочные дела, заранее прошу прощение в связи с возможно доставленными неудобствами. Вам, наверное, будет интересно услышать последние новости, я с удовольствием вам их поведаю.

После короткой паузы он продолжил:

– Калион уже тринадцать лет является пограничным городом, близлежащие земли, которые когда – то принадлежали нашему королевству, после неудачной для нас южной войны перешли к ахгарам. Последние годы царила атмосфера добрососедства и даже развилась торговля между нашими государствами, но как может оказаться это всего лишь видимость. Разведчики докладывают, что император ахгаров Данет Второй подумывает расширить границы своей империи, и, в связи с этим, набирает себе армию. Сейчас во всех военных школах ахгарской империи идет набор новых рекрутов, сроки обучения сжаты вдвое. Поэтому все пограничные города с южанами укрепляют свои стены, запасаются водой и провизией; грядет новая война. Я еду в столицу к королю за советом и помощью.

– Значит еще одна война, – сказал Амато, как бы думая вслух. Прислонил руку к лицу, поморщив лоб, – Как скоро она может начаться?

– Этого никто не знает наверняка, вероятно ее можно будет избежать. Вся власть сейчас в руках короля Антимуна. Что он предпримет в связи со сложившийся ситуацией? – маг пожал плечами, – Наш монарх очень мудр и искушен в политике, возможно, ему удастся хотя бы отсрочить неминуемое. А время позволит нам подготовиться.

Внезапно раздался гулкий и очень громкий раскат грома.

– Гроза близится, – сказал пастух, – Авио, проводи гостя в шатер, мне надо успеть загнать скот в загоны до дождя.

– Да, конечно, – ответил он и обратился к магу, – Пойдемте.

Ан-Фабиос поднялся с земли, подозвал Ангела, тот послушно подошел и уткнулся мордой в плечо хозяину.

– Ну что, пойдем? – сказал он коню, погладив его по гриве, – Пойдем, красавец.

Стало совсем темно, время от времени их озарял свет от молнии, после чего небо сотрясалось от раската грома, ветер усиливался с каждым шагом так, что у Авиона даже свистело в ушах.

Он посмотрел вверх, все небо было укутано в одно огромное сине-черное одеяло. Тихо- тихо стал накрапывать дождь. Ан – Фабиос шел рядом, ведя своего коня под уздцы, он все время что-то шептал ему на ухо и тот словно отвечал ему, кивая головой или коротким ржанием.

– Вы разговариваете с ним? – спросил Авио, не выдержав.

– Будет сильная гроза, звери очень боятся грозы, я успокаиваю Ангела, он будет спать всю ночь, – ответил маг.

Вскоре они уже были в лагере, дождь набирал силу, ветер немного стих. Авион отвел коня во временную конюшню, которую кочевники всегда сооружали, когда приезжали на новое место. Ан-Фабиос проверил, чтобы его «красавцу» было удобно, а потом, после короткой беседы с ним, прошел в шатер.

Мать Авиона была рада гостю, поскольку как раз сегодня она приготовила особенное блюдо на ужин, которое точно придется ему по вкусу, а пока она собирала, маг присел к огню и протянул руки погреться. Авион заметил большую золотую печатку на мизинце его правой руки. Не у каждого мага была такая, это говорило о том, что их почтил присутствием важный маг, – член совета Гильдии Магов. Ан-Фабиос снял промокшую от дождя мантию и повесил ее недалеко от огня сушиться. На нем были надеты легкие доспехи. Короткий меч висел слева на ремне, который подпоясывал кольчугу, с другой стороны кинжал, украшенный драгоценными камнями. Рукоять кинжала так и сверкала в свете костра разноцветными огнями.

– Зачем вам меч? – спросил Авион, – Ведь вы маг.

– Для самозащиты, – ответил тот, улыбаясь, – А ты думаешь, как мне оборонятся от бандитов и негодяев, которых полно в последнее время на дорогах?

– Я… думал, вы их заколдуете, или ударите молнией.

– Нет, не того не другого я не умею, – он искренне засмеялся, и потормошил парня за волосы, – Зато умею нечто иное. Сколько тебе лет?

– Пятнадцать, – ответил он. Ему стало как-то неловко, что спросил у мага такую глупость.