Александр Харников – Дунайские волны (страница 35)
– Очень хорошо. Простите меня, виконт, я немного отвлеклась. Что же пишет ваш Каттлей?
– Ну, во-первых, у приятеля этой журналистки нашли тетрадь с записями, которые мы пока не смогли полностью расшифровать. Но в любом случае там содержатся данные, связанные с планами русских в отношении Дунайских княжеств – оказывается, этот человек – корреспондент их газеты при штабе эскадры, и в тетради – наброски будущих статей. И то, что там написано, подтвержает информацию из Одессы.
А во-вторых, он попросил поздравить тетю Терезу с днем рождения, который у нее будет второго ноября. Написал, чтобы ей передали, что он в гостях у друга.
Виктория посмотрела на Пальмерстона с раздражением:
– Виконт, сейчас не время для глупых шуток.
– Ваше величество, простите, я не успел вам объяснить, что означает эта фраза. «День рождения» – это то, что у Каттлея есть определенная информация, ради которой он лично прибудет к нам. Про друга – означает, что не один, а с человеком, который представляет для нас интерес. Полагаю, что речь идет о приятеле журналистки. Второго ноября они будут в точке рандеву, которая находится в порту норвежского Трондхейма. Если бы это был Копенгаген, он попросил бы поздравить тетю Катерину, если Христиания, то тетушку Христину…
– И что же это может быть за информация? – с любопытством спросила королева.
– Вот этого я не знаю, а раз он прибывает лично и ни словом не обмолвился о том, что она собой представляет, то это означает, что эта информация особой важности, и что о ее содержании никто не должен знать.
– Интересно, виконт. – Королева была заинтригована. – А кто придумал этот код?
Пальмерстон замялся – код предложил Каттлей, и достаточно долго разъяснял его Пальмерстону. Но отдавать все лавры юнцу не хотелось. Он решился сказать полуправду:
– Мы с Каттлеем обсудили его перед тем, как он отбыл в Краков. В любом случае наш пароход сегодня вышел из Абердина и направился к Трондхейму. Пароход везет груз ячменя и шотландского виски, а обратно повезет рыбу. То, что на него сядет пара-тройка пассажиров – обычное дело в тех краях. Дорога из Трондхейма в Эдинбург займет примерно пять-шесть дней, а оттуда мы доставим дорогих гостей в Лондон за десять часов.
Виктория неожиданно перебила своего министра:
– Виконт, мне кажется, что лучше им для начала побыть у нас в Холирудском дворце. Когда они прибудут в Эдинбург, примерно шестого-седьмого ноября? Шестого ноября я отправлюсь в Эдинбург; надеюсь вас там встретить – я распоряжусь о гостевых покоях и для вас, и для наших русских гостей. Если эта информация действительно так важна, то будет лучше, если вначале о ней узнаем только мы с вами. А то в Лондоне практически у любой стены имеются уши, разве что здесь, в оранжерее…
– Очень хорошо, ваше величество. Охрану я обеспечу. Тем более в Холирудский дворец провели телеграфную линию.
– Именно так, виконт. Я довольна вашей работой. Держите меня в курсе всех дальнейших событий.
Королева встала со скамейки, показывая своему премьер-министру, что аудиенция окончена.
– Разрешите идти, ваше величество? – Пальмерстон почтительно поклонился.
Виктория кивнула и улыбнулась. Виконт еще раз поклонился и вышел из оранжереи.
Историческая справка
С 1792 года революционная Франция вела постоянные войны. По мере развития военных успехов Парижа состав коалиции, вдохновительницей которой была Англия, менялся. Постепенно все европейские державы признали Французскую республику, и лишь британцы с присущим им упрямством продолжали войну. Первая коалиция распалась, но мирные переговоры были сорваны Австрией, которую всячески поощряли из Лондона.
Англия, исторически враждовавшая с Францией и видевшая удобный повод разгромить ослабленную революцией соперницу, снова нашла желающих повоевать. Но вторую коалицию ожидала участь первой. Несмотря на успехи русской армии Суворова в Италии и бегство Наполеона из Египта, союзники опять начали терпеть поражения. Поворотной точной стал захват власти во Франции Бонапартом. Сначала в 1800 году из войны вышла Россия. Потом была разгромлена и вынуждена подписать мир Австрия. Участники блока помельче разбежались после первых неудач. К февралю 1801 года в состоянии войны с Францией оставалась одна Англия.
Но на этот раз ситуация для британцев была хуже некуда. Французы не только сохранили свой флот, но заполучили еще и большую часть голландского. Причем с хорошо подготовленными экипажами: голландских моряков не нужно было долго уговаривать сражаться против своих извечных врагов – британцев. Прочным союзом с Парижем была связана Испания, располагавшая незначительными силами на суше, но внушительными на море.
Англия оказалась в изоляции. Пруссия твердо держалась нейтралитета. Австрия под страхом окончательного разгрома боялась сказать хоть слово против Наполеона. А Россия начала с ним откровенное сближение. Павел I был возмущен отказом британцев передать Мальту ордену госпитальеров, гроссмейстером которого он являлся. К тому же русские генералы обвиняли британцев в неудаче десанта в Голландии. Павел даже решил по договоренности с Бонапартом дотянуться до британской Индии по суше, коли по морю это сделать невозможно.
При этом в Лондоне упорно отвергали все мирные предложения, которые поступали от французов. Это была сознательная политика британского премьер-министра Уильяма Питта-младшего. Он возглавлял британское правительство с 1783 года. Поначалу Питт взирал на Французскую революцию вполне благосклонно и даже высмеял Уильяма Берка, автора брошюры о зверствах якобинцев.
После захвата Бельгии французами под давлением парламентского большинства он вынужден был объявить войну. Поначалу Питт старался тормозить активные действия британской армии и флота, но все изменило ирландское восстание 1798 года.
Франция пыталась помочь ирландцам. Высадка десанта сорвалась, но несколько транспортов с оружием дошли до адресатов. Более того, бретонские мятежники, до последнего дравшиеся против республики, были помилованы при условии, что прекратят борьбу против Парижа и отправятся в Ирландию помогать своим братьям-кельтам. Вот этого Питт уже стерпеть не мог.
Англия имела возможность блокировать порты Франции и ее союзников. Она господствовала на всех морях, и ее владычество переходило в тиранию. Британия бессовестно обогащалась захватами торговых судов, и не только французских, но и принадлежавших нейтральным государствам, что и произошло с датским фрегатом «Фрейя» в 1800 году.
Но и над Британией нависла серьезная угроза. Павел I предложил Пруссии, Дании и Швеции заключить Договор о вооруженном нейтралитете. За 20 лет до этого то же самое предприняли европейские страны с подачи Екатерины Великой. Тогда Англия вела войну против своих мятежных североамериканских колоний и пыталась задушить их с помощью морской блокады.
Даже когда на стороне американцев выступили Франция и Испания, англичане не теряли надежду пресечь торговлю восставших колонистов. В Лондоне считали возможным останавливать, досматривать и задерживать любое нейтральное судно по одному лишь подозрению, что оно идет в американский порт или из него.
В принципе, французы с испанцами готовы были поступать так же, если речь шла о портах британских. Но когда Россия предъявила свой ультиматум, Париж и Мадрид пообещали вооруженный нейтралитет уважать. Англичане высокомерно ответили отказом, за что и поплатились. Им пришлось иметь дело с флотами практически всего мира, защищавшими и поддерживавшими друг друга. Экспедиционный корпус в Америке оказался отрезанным от метрополии и в 1783 году сложил оружие. Теперь история грозила повториться.
Тем временем по предложению Павла I в Петербурге с 4 по 6 декабря 1800 года Россией были подписаны договоры о возобновлении принципов вооруженного нейтралитета с Данией, Пруссией и Швецией. Документ 1780 года был дополнен требованием специального оповещения нейтральных судов о блокаде конкретного порта и обязательством отказаться от досмотра нейтрального судна, если его капитан заявит, что на борту нет контрабанды.
В качестве первого шага Павел I приказал арестовать все английские суда в российских портах (около 300), а также приостановить платежи английским купцам до расчета их по долговым обязательствам с запретом продажи английских товаров. Дипломатические отношения между странами были прерваны.
Не нужно вспоминать предысторию, чтобы понять: такие договора заключаются против сильнейшей державы. Таковой на море была Англия.
Как только британскому кабинету стало известно о союзе четырех нейтральных государств, Питт отдал приказ захватывать принадлежавшие им суда. В течение нескольких недель было захвачено до 400 вымпелов. Англичане угрожали также сообщению Дании с принадлежавшими ей Гренландией и Норвегией.
В ответ на эти агрессивные действия датский корпус оккупировал Гамбург, главный перевалочный пункт английской торговли с Германией, и закрыл для англичан Эльбу. Пруссаки вторглись в Ганновер и закрыли британцам доступ в Везер и Эмс. Коалиция наложила эмбарго на экспорт товаров в Англию, и в первую очередь зерна, надеясь на то, что недостаток хлеба сделает англичан сговорчивее. Важнейшие европейские порты были закрыты для британских судов.