Александр Горбов – Человек государев 5 (страница 12)
Звуки, которые доносились до меня, помимо воркующих голосов, были какими-то странными. Определить их источник не получалось. Да ещё руки Захребетника проделывали малопонятные движения.
— А чего это ты глаза закрыл? — удивилась Хозяйка.
Захребетник, мысленно выругавшись, открыл глаза.
«Что? — буркнул он. — Я тебя, между прочим, просыпаться не заставлял. Сам влез».
«Э-э-э», — только и смог ответить я.
Захребетник и Хозяйка сидели бок о бок на уютном диванчике и играли в ладушки.
Ладони Захребетника нежно касались рук Хозяйки. А она, перекинув на грудь длинную косу и розовея щеками, томно смотрела на него.
— Али утомился ты? Так приляг, отдохни.
— Да я бы рад, — Захребетник вздохнул. — Но увы, дел невпроворот. Там пригляди, тут присоветуй. Люди эти, сама знаешь, — такой народ, что глаз да глаз за ними. Оглянуться не успеешь, как они искусственный интеллект создадут и научат его атомными бомбами кидаться.
Хозяйка понимающе кивнула.
— Ох, это точно. Чисто дети малые. Слыхала я, что шахту копают к центру земли. А на кой ляд им та шахта сдалась, сами не знают. Или вот, цветок загубить решили. Кабы не ты…
Она помрачнела
— Ну всё, всё. — Захребетник поймал руку Хозяйки, ободряюще погладил. — Выручили твой цветок, лучше прежнего расти будет. А теперь мне идти пора. Там, наверху, уже поди утро скоро. И Мишке не терпится княжну свою порадовать.
Глава 7
Фикус
«Княжна не моя!» — возмутился я.
«Ничего, это вопрос времени», — отмахнулся Захребетник.
И продолжил вслух, обращаясь к Хозяйке:
— Теперь-то пустишь сюда царского сына с племянницей? То, что цветок вянуть начал, — уж точно не их вина.
— А чья?
— Разберёмся. И когда найдём виноватого, мало ему не покажется. А мальчишку с девчонкой понапрасну не обижай. Я их видел, чистые души. Такие никому зла желать не станут.
— Ладно, уговорил. — Хозяйка улыбнулась. — Скажу горняку, чтобы передал: пускай приходят. А тебя с пустыми руками не отпущу.
Хозяйка встала.
Я понял, что диванчик, на котором сидят они с Захребетником, стоит в круглом зале, где растёт из колодца Каменный цветок. То, что прежде я тут никаких диванчиков не видел, в этом сказочном мире не означало ровно ничего. Хозяйка подошла к светящемуся посреди зала цветку. Протянула к нему руки.
Один из узких длинных листьев, окружающих стебель, изогнулся вниз. Он вытягивался и рос, светясь всё сильнее — до тех пор, пока не коснулся ладоней Хозяйки. Она принялась что-то шептать. Закончив, поклонилась.
Лист, коснувшийся рук Хозяйки, качнулся, будто поклонившись в ответ, и выпрямился. Но свечение из ладоней Хозяйки не ушло. Когда она подошла к Захребетнику, я увидел в её сложенных ковшиком ладонях точное подобие Каменного цветка.
Этот цветок повторял тот, что рос из колодца, и формой, и свечением. Только был очень маленьким, в кулаке поместился бы.
— Вот, — сказала Хозяйка. — Я попросила цветок поделиться силой с тем, кто его выручил. И цветок мне не отказал. Теперь его сила будет с тобой всегда.
Захребетник с поклоном принял дар. Пока он расшаркивался с Хозяйкой, мысленно попросил:
«А ну-ка, Мишань, опробуй. Работает?»
Я потянулся к цветку, который держал в руках, — так же, как тянулся когда-то к родовому источнику, а на государевой службе к малахириуму. И цветок отозвался похоже. Только поток, льющийся из него, был намного сильнее и чище, у меня даже голова закружилась.
Магия оказалась такой манящей, что перед искушением я не устоял. Магический огонёк, вспыхнувший передо мной, взмыл вверх и рассыпался на сотню огоньков. Они заплясали в воздухе.
Хозяйка рассмеялась.
— Неужто темно тебе стало?
— Прошу прощения, — пробормотал я. — Захотелось испытать.
Хозяйка понимающе кивнула и хлопнула в ладоши. Прибежавшие на зов ящерки принесли миниатюрный малахитовый ларец с высокой крышкой. Хозяйка открыла ларец и бережно поставила туда цветок.
«Поздравляю, Миша, — гоготнул Захребетник. — Обрастаешь хозяйством. Вот и фикусом в горшке обзавелся».
— С собой цветок не таскай, — строго наставляла Хозяйка Захребетника. — Чужому глазу не показывай, в укромном месте храни.
— А как же им пользоваться, если с собой не таскать?
— Вот так.
На ладони Хозяйки образовался кубик малахириума. Она положила кубик в ларец. Листья цветка обхватили его, словно обняв.
— Полежит маленько и полный будет, — пояснила Хозяйка.
— Ага, — обрадовался Захребетник. — Ну, теперь уж точно с голоду не помрём. Спасибо. Одарила так одарила!
Мы вернулись в тот зал, где Хозяйка встречала Захребетника. Она хлопнула в ладоши. В стене открылся коридор.
— Ступай, — вздохнула Хозяйка. — Помни меня.
И исчезла.
А коридор, оказавшийся на удивление коротким, вывел нас прямо к выходу из шахты.
«А давай я опять засну? — предложил я, утомившись шагать от рудника к посёлку. — Ты ведь и без меня прекрасно дойдёшь».
«Да вот ещё, — отказался Захребетник. — Я и так сюда один тащился, тебя не будил! Ничего. Побольше побегаешь, быстрее автомобиль купишь».
«Не буду я покупать никакие автомобили! Тем более что их здесь и покупать-то негде. Скажи лучше, что ты думаешь о нефрите в колодце. Кто его туда бросил и зачем?»
«А вот этот вопрос, Миша, состоит из двух. И первый, главный — зачем. Если мы поймём, чего добивался этот человек, вычислить его труда уже не составит».
«А я бы начал с другого конца. Определил бы человека, который это сделал, и у него бы спрашивал зачем».
«Да как ты его определишь?»
«Ну мне почему-то кажется, что когда о нефрите узнает государь, виновника он определит быстро».
«Ты что, собрался государю об этом докладывать⁈» — изумился Захребетник.
«Конечно, а как же? Ну то есть не ему самому, — поправился я. — Доложу Коршу, а уж он…»
«Так-так-так. И что же ты доложишь Коршу?»
Тут я задумался. И понял, что докладывать Коршу о нефрите, найденном на дне колодца, из которого растёт Каменный цветок, не упоминая при этом Захребетника, будет чрезвычайно трудно. К примеру, первый же вопрос, который задаст мне Корш, — откуда я вообще узнал о существовании Каменного цветка и о том, что царское семейство приносит ему дары?
Последнее, чего мне хотелось, это приплетать к служебным делам Елизавету. Которая ясно дала понять, что делится со мной семейными тайнами, рассчитывая на то, что дальше меня эта информация не уйдёт.
«Даже и бог бы с ним, с докладом, — продолжил рассуждать Захребетник. — Здесь ещё можно что-то придумать. Сказать, например, что Хозяйка явилась к тебе во сне, она такое практикует. Но вот сама идея лезть во внутрисемейные царские разборки — это, я тебе скажу, так себе идея. Ты ведь знать не знаешь, что там у них в Кремле происходит. Какие у государя отношения с братом и племянницей. Для чего-то ведь он собрался выдавать Елизавету за Лопухина! Это явно не её желание. Ну и вообще…»
Захребетник многозначительно замолчал.
«Что?» — поторопил я.
«Да то, что не забывай: ларец с дарами в колодец бросил не кто-нибудь, а сам государь! И скажи мне — если бы ты рассматривал ситуацию абстрактно, без привязки к конкретным личностям, — кого в данном случае назначил бы первым и главным подозреваемым?»
«Ох…» — пробормотал я.
«Вот то-то и оно, Миша, что „ох“. И я тебе больше скажу: мы понятия не имеем, что там у Его Величества на уме. Какие многоходовки и далеко идущие планы».
«Хочешь сказать, что это действительно он бросил в колодец нефрит⁈»