Александр Горбачев – Не надо стесняться. История постсоветской поп-музыки в 169 песнях. 1991–2021 (страница 81)
Точно так же не существует поэзии и профессиональных авторов. Существуют только герои. Тебя не сделает героем профессиональный автор – только ты сам. «Тату» выстрелили потому, что попали в точку: оказалось, что мир ждал такого проекта с двумя девочками-подростками, поющими о любви. «Тату» выстрелили потому, что у них не было профессиональных авторов: автором была сама жизнь. Но тут, конечно, нужен дирижер. Все оказались на своих местах – Лена и Юля, Ваня, Валера, Лена Кипер, Серега Галоян. Не уверен в подобном успехе каждого по отдельности – но все они большие молодцы, это факт.
Лена Катина
вокалистка
Песню «Нас не догонят» написал Сережа Галоян – примерно тогда же, когда и «Я сошла с ума». Она была как продолжение истории, вторая серия: сначала мы сошли с ума, а потом мы решили убежать, и нас никто не догонит.
Очень хорошо помню, как она записывалась, потому что Юльке надо было орать эти безумные ноты страшно сильным голосом, на которых она тогда сорвала себе глотку. И еще я приводила туда половину своего класса, потому что для ремикса нам нужно было записать хор «мальчиков-зайчиков» – чтобы люди просто прокричали «Нас не догонят». И съемки клипа я тоже помню отлично, потому что это был какой-то кошмар. Ужасно холодно, февраль, минус двадцать. У нас был человек, который нас перед съемками закалял: мы с ним бегали в парке зимой – сначала в куртках, потом только в свитере, потом уже до футболок раздевались. И эта огромная фура-бензовоз, и снег в лицо – какое-то безумие. Я помню, у нас лица были обмороженные, щеки – красные, горят. Мы потом ходили в сауну, прыгали в снег… и я даже не заметила, что снег был покрыт коркой. Я потом зашла в баню, и Юлька мне говорит: «Лен, а почему у тебя все тело исцарапано?» Оно реально все в кровоточащих царапинах было.
Я вообще считаю, что это совершенно гениальное творение, и не зря песня была очень долгое время гимном даже этих… Ну, как они называются, которые гоняются на машинах? Cтритрейсеров! И до сих пор я даже иногда, когда по Москве езжу, вижу машины с табличкой «Нас не догонят». А главное – она оправдала себя, потому что действительно нас еще никто не догнал.
Учитывая то, что мы позиционировали себя как люди, выносящие проблему однополой любви на всеобщее обозрение, «Только без них, / Только не с ними» – это только не с теми людьми, которые все еще отказываются это воспринимать; угнетают, гнобят представителей гей-сообщества. Мне кажется, что никто никогда не делал настолько откровенный и честный проект. И если уж даже после этого «они» не хотят развиваться и менять свои взгляды на вещи, на которые уже давно пора их поменять, то… Ну, что здесь поделаешь?! Поэтому люди и уезжают из этой страны, к сожалению.
У нас очень многое было провалено, к сожалению, потому что… Видимо, Иван не смог пройти через медные трубы, и слава вскружила ему голову. Я думаю, он переоценил значимость и свою, и нашу; почувствовал себя богом. Это было очень неправильно – а мы, к сожалению, были слишком юны, чтобы как-то влиять на ситуацию. Потому что для нас Ваня – это было все. Человек, который нас сделал, создал, и мы никак не могли его ослушаться. В «Поднебесной»[104] начался совсем кошмар, потому что все эти наркотики, все эти люди, которые приходят и хотят получить кусок славы, кусок человека… Падают ему в ноги и говорят: «А-а-а-а! Ты – бог! Ты – гений!» Конечно, если нет внутреннего стержня, крыша начинает ехать.
Валерий Полиенко
соавтор текста
Я поставил клип «Нас не догонят» своим дочкам, семи и пяти лет. И они были изумлены. Ничего не поняли, что происходит. Они меня спрашивали: «Куда они убежали?»
Ну, к аэродрому. Как [соавтор текста песни] Лена Кипер написала.
Второе, что их волновало, почему машина едет без водителя, а они наверху.
Вот умницы, а. Ну это такое… Вообще, что касается произведения, блядь, поп-культуры: в «Нас не догонят» мой любимый момент – как Шаповалов исполнил роль рабочего, которого сбивает бензовоз.
Он там постоянно куда-то улетает.
Да, эта роль прекрасна. А песня… В английском переводе лучше. Мне эта песня не супер, как нравится. Она рассыпается, не кажется цельной.
Почему? Это же самый хит был.
Первый хит был «Я сошла с ума». Она сильнее намного.
А как сочинялась «Я сошла с ума»?
Хрен его знает. Как-то сочинилась. По системе Станиславского. Видишь девочек, представляешь; выходишь на улицу, смотришь, как они себя ведут. Знаешь, как в Щепкинском училище тебе говорят – выйди на улицу, сделай этюд «Кондуктор». Вот я и сделал.
А Шаповалов давал задания, какие делать этюды?
Нет, конечно. Он давал девочкам. Надо сказать, что Ваня вообще очень… Мне кажется, он как мотылек. Взлетел и ошеломился от всего этого. Первая история про Ваню у меня любимая – у него стояло пианино. И он научился играть «Крейсер “Аврора”». Научился – а публики нет. Играл – и бегом на балкон, есть публика? Нет? Вторая история: он в детстве боялся – думал, что яичница-глазунья живая. Шкворчит. А третье – когда он работал в военкомате, было Рождество, пришел к нему человек и попросил освобождалку от армии. Ваня говорит: «А вот можешь гуся мне принести? Рождественского». И чувак принес ему гуся через пару часов. Шаповалов же Поднебесный сейчас. Он себе такую фамилию в паспорте сделал. Я люблю его за такие поступки.
А какие у вас тогда были отношения с девочками, дружеские?
Они для меня такие молодые. Я себя ощущал как пионервожатый, поехавший в лагерь. Ну может, и не совсем так, но почти. Я с ними, к сожалению, проводил даже слишком много времени, как я сейчас понимаю.
Очень приятно, что это стало международно востребованным и звучало во всем мире.
Ну «Ламбада»[105] звучала во всем мире. И хули? Какого рода эта приятность должна быть? Я был рад, когда узнал, что педагоги русского языка начали больше получать за границей, котироваться. Налоговой инспекции опять же я много денег отдал. Хер его знает. Нет, ну приятно, конечно. Те годы были шальные – но они заканчивались. Рейверские пиздатые года. Институт мы заканчивали. Уже семьи. Все такое. Вторая молодость началась попозже, чем эта песня. Она началась, когда закончились деньги за эту песню и кокос. Началась здоровая жизнь. Бокс и так далее.
А кокоса было много в то время?
Кокоса было до хуя! Я как-то года на два вышел за хлебушком из-за этого препарата. Сейчас бы я по-другому поступил. Сейчас… Если бы я знал, как в мире дела обстоят, у меня сейчас было бы 25 детей. И миллионы долларов.
Иван Шаповалов-Поднебесный
продюсер
«Нас не догонят» – это был второй большой хит «Тату».
Это была шестая или седьмая готовая песня. Сначала была «Югославия» с одной Катиной, была песня «Досчитай до ста», потом – «Робот», «Скажи, зачем я жду звонка» – а потом уже «Я сошла с ума» и потом «Нас не догонят».
И сразу было понятно, что это всем хитам хит?
Да. Сразу. Автор музыки Сережа Галоян принес демомелодии – и сразу в моей голове как-то это уложилось; сразу я увидел, как ее нужно делать. В этом слове «нас» было то, что объединяет. Стадион был в этом «нас». Я не видел этот стадион, конечно, таким уж большим – но стадион увидел сразу. И еще этот брейкбит. До этого он жил только в андерграунде, даже у The Prodigy, а вот этой песней я сделал брейкбит попсой (смеется).
То есть ритмическая идея была ваша?
Да. Идея. Но рисовали ее [сопродюсеры песни Алексей] Хардрам и Женя Курицын. Сережа давал темп укладки – современный, школьный; он был мостиком к аудитории. Сережа был совершенно без опыта, и мне именно это нужно было. То есть в темпе я слепо ему доверял, темп – это то, как стучит твое сердце, понимаешь? У всех людей оно по-разному стучит, у разных поколений оно стучит по-разному. У школьников оно стучит по-другому, чем у взрослых людей. И когда песню пишут взрослые для школьников, школьники не верят. Чтобы писать песни для девочек в исполнении девочек и не ошибиться, нужен был проводник. Проводником к девичьему была Лена, а проводником к школе был Сережа. В таких моментах я им доверял: приходилось себя ломать, чтобы не сломать что-то большее. А все остальное – запись, сведение, форматирование, соединение, аранжировки, корректировка мелодии, бэки – я забирал и никого не пускал.
В «Нас не догонят» текст Валеры Полиенко.
Да. И как мы с Леной не пытались испортить припев, никак у нас не получалось – Валера не дал (смеется). Мне не хватало провокации в припеве: «“Небо уронит ночь на ладони”, – ну что за поэзия?» – думал я. То есть образ прекрасный – но после «Я сошла с ума» мне было недостаточно этого, градус провокации хотелось увеличивать. В «Нас не догонят» протест сохранялся, а вот этой провокативности не было. Поэтому я пытался менять опорные строки – мы с Леной вертели и так, и так, в результате я добавил в куплет чего-то; Валера нехотя так согласился. Многие строчки в других песнях я выкинул, вы их не услышали – а вот в этой песне припев не получилось поломать, что-то уберегло (смеется).
Я слышал, что на самом деле Лена Кипер издавала на записи вот эти высокие и резкие звуки, а Юля их не могла спеть. Это правда или нет?
Нет. Такого не помню. Лена Кипер была до этого корреспондентом программы «Впрок» и пела романсы (смеется). Вокал писался на трех студиях, и потом еще что-то дописывали, переписывали. Волкова и правда не сразу открылась.