Александр Горбачев – Не надо стесняться. История постсоветской поп-музыки в 169 песнях. 1991–2021 (страница 115)
Ефремов: Олег нам прислал сольную демку Оли, я написал туда куплет. А Васе изначально она не очень понравилась – он нашел сходство с каким-то R’n’B-инструменталом. И мы, что называется, закусились. Олег на нас тогда, наверное, подъобиделся. А помимо нас у него был проект 23:45 – и он взял и в исходную песню вписал парней из 23:45. Может быть, это был бизнес-ход такой. Такая вышла история за кулисами: песню предполагалось нам дать, но из-за того что мы друг друга не поняли, она стала дуэтной. И в итоге с ней гастролировали два коллектива: мы и 23:45.
У вас не было потом сложностей с названием? Первый большой хит, а там и 5sta Family, и 23:45 – куча цифр, кто эти люди?
Косинский: Да-а, был кринж, как сейчас говорят. Все пытались эту конструкцию произнести. С другой стороны, в этом была своя фишка. Мы не использовали какие-то похожие слова, как у миллиона групп. Мы были «вот та группа со сложным названием, что-то с пятеркой» – так нас идентифицировали, а потом уже выучили наше правильное написание и произношение.
Ефремов: Поначалу было очень много путаницы – никто не понимал, кто из 23:45, кто из 5sta Family, кто поет. Особенно с гастролями и корпоративами была неразбериха, когда говорили: «А мы хотим, чтобы на нашей свадьбе были те люди, которые в клипе», – и приходилось лететь и ребятам из 23:45, и Лое. Мы не понимали, какое будет развитие с точки зрения бизнес-процессов – либо нам надо объединяться, либо отделяться. Пошли по второму пути.
Засульская: Когда нас закрутили на радио, мы начали снимать клипы. Сняли клип на «Зачем», потом – на «На расстоянии звонка», потом – на «Просыпайся». В общем, пошла конкретная работа над коллективом.
Ефремов: Да, мы все в это погрузились. Я еще частично дорабатывал по профессии, но уже понял, что гораздо больше удовольствия получаю от музыки, и планировал оставлять карьеру. Я работал в табачке, на очень хорошей международной позиции; мне предлагали переехать, заниматься капитальными инвестициями. Но потом, когда клип «Зачем» уже крутился везде, ко мне подходили топ-менеджеры и говорили: «Видел тебя на MTV!»
Когда успех на нас свалился, были определенные нюансы в его принятии. У Олега, к сожалению, было слабое здоровье. И однажды [в 2010 году] – я очень хорошо помню тот момент – мне позвонила наш концертный директор и говорит: «Олег умер». Я с работы поехал к нему, и пока мы дожидались всех формальностей, уже понимал, что у нас впереди непростые времена, что будет мясорубка. Нам звонили представители одного лейбла, второго, третьего – все хотели с нами работать. В то же время, была полная неразбериха по правам: все было подписано с юрлицом, учредителем которого был Олег. Завещания он не оставлял, его родная сестра должна была вступить в права… В общем, целая вереница юридических моментов плюс давление со всех сторон – и у нас не хватило какой-то терпимости и взаимопонимания на тот момент. Какое-то время мы еще просуществовали в том составе, который есть сейчас, – но потом поняли, что придется расстаться. У нас были непреодолимые разногласия.
Засульская: Мне хотелось одного, а ребята говорили о другом. Мы просто не могли быть вместе в этот момент. Плюс произошел большой конфликт с концертным директором.
Ефремов: Кончилось тем, что я встал и сказал: «Все, я больше не могу».
Засульская: Я тоже сидела вся в слезах. Ну, было время. Зато есть что вспомнить.
У вас же после Ольги пела Юлианна Караулова, которая тоже потом стала успешной сольной певицей.
Ефремов: Тогда было очень много вопросов – потому что вроде как «Фабрику звезд» Юлианна уже прошла, но после этого абсолютно выпала из поля зрения. Кстати, когда мы снимали последний клип до ухода Оли, Юлианна как журналистка брала у нас интервью – а буквально через полгода уже солировала в группе. Первое время у нас не было уверенности, что это сработает. Я никогда не забуду, как мы приехали на корпорат в Киргизию, меня посадили в машину, ко мне организатор поворачивается и спрашивает: «А это кто?» – в смысле, кто это вместо Лои прилетел? Это длилось приблизительно полгода и сошло на нет, когда мы выпустили хит «Вместе мы».
Расставание с Юлианной было болезненным. В определенный момент она по популярности нас переросла, но при этом не стремилась нас за собой подтянуть. Хотя когда мы только взяли ее в коллектив, мы в этом направлении очень много работали, поднимали ее медийность. Это немного давило, безусловно. Плюс мы с Васяном были и остаемся продюсерами 5sta Family, а Юлианна была солисткой на других условиях, скорее как наемный сотрудник – но при этом участвовала во всех творческих обсуждениях.
До конца не понимая финансовую сторону вопроса, она говорила: «А давайте сделаем вот это и вот это!» А я, прекрасно зная всю кухню изнутри, понимал, что мы не можем себе этого позволить, – потому что тогда у нас не останется денег на жизнь. И вот из таких микромоментов начали складываться раздражители.
Короче, получилось так, что в какой-то момент Юля приняла решение уйти в соло – и мы с Васяном об этом узнали последними. Знали все: вся тусовка, весь шоу-бизнес, какие-то другие артисты. Если мне не изменяет память, уже была написана и записана песня «Ты не такой». И это тоже было не очень приятно.
В общем, когда Юлианна нам об этом объявила, мы стали думать о замене и вспомнили «Делаем деток», где Лера [Козлова, еще одна вокалистка 5Sta Family] была главным действующим лицом «Ранеток». Как раз в этот момент она из Киева переехала в Москву обратно, и мы с ней созвонились.
А потом Ольга вернулась.
Косинский: Золотой состав – от него, как видите, не убежишь.
Засульская: Мне, конечно, нравилась сольная карьера. Больше внимания. В коллективе много мнений, каждый что-то на себя берет. Но когда ребята сказали «Давай comeback», я очень обрадовалась.
Ефремов: Каждый из нас прошел определенный путь как личность: мы стали более сговорчивыми, стали прислушиваться друг к другу. И сейчас мы очень кайфуем, потому что абсолютно не зависим от сторонних мнений. Долгое время мы работали в партнерских отношениях с лейблом – а сейчас полностью сами себе продюсеры и креативщики.
Ставропольцы из «Градусов» с начала 2000-х пытались сделать хит и в итоге провели ловкую операцию по скрещению эстрадного хип-хопа и R’n’B с безобидной гитарной лирикой примерно в духе «Умытурман». Первое слышнее в их прорывной песне «Режиссер», где даже есть дансхолльный бридж на английском языке, второе – в закрепившей успех «Голой». В итоге «Градусы» стали лидерами краткосрочного тренда на задушевные мужские песни про обычную жизнь с ее не менее обычной философией («Любимая, люби меня, / Нелюбимая, прости меня»). За ними последовали «Пицца» и «30.02», и у всех у них в той или иной форме звучал примерно один мотив: «Вот так и живем, и если мы живем вот так – значит, так надо».
Роман Пашков
вокалист, автор песни
Я приехал в Москву с другой командой вообще. Она называлась «10 ног» – это был танцевально-певческий бойз-бенд, играли поп. Мы приехали из Ставрополя покорять просторы России. С [продюсером Олегом] Некрасовым нас познакомил Назим (фамилию не помню, это было 20 лет назад) – музыкант, который придумывал нам аранжировки и решил себя попробовать в продюсировании. Она занимался нами, но не потянул – и решил нас сдать Олегу Некрасову. Вот, собственно, тогда мы и познакомились. Мы записали альбом, сняли клип, который даже крутили в «Утренней почте». Ну после этого все начало угасать, не поперло – группа «10 ног» развалилась. Но буквально через десять лет мы с Некрасовым опять встретились: я был уже с «Градусами». Меня смущал его бэкграунд как продюсера, но в нашем бизнес-проекте еще участвовал Вячеслав Мартыненко – как раз участник «10 ног». Славик пришел на концерт уже новой группы и говорит: «А давай, я хочу попробовать себя в качестве продюсера». Я улыбнулся, а Слава добавил: «Но я один не потяну, вот поговорил с Олегом Некрасовым». Договорились снова попробовать в течение года – двух: если ничего не получается, то мы жмем руки, расходимся и никаких обязательств у нас не будет. С этим расчетом оно и поперло.
Я вообще думал о сольном проекте. Сочинял песни после распада первой группы, с Русланом [Тагиевым, вторым фронтменом «Градусов», так же известным как Бакс] мы дружили, периодически общались. Какие-то у нас были творческие посиделки, и он мне помогал с аранжировками. Однажды он пришел в гости, я ему показал «Режиссера» – у меня был куплет и припев. Мы записали демку на какой-то минус – и потом Руслан напел: «Ла-ла-ла-ла-ла», – и придумал рагга-абракадабру. Вот так она и получилась. А «Голая» – моя полностью песня. Ну, мелодию бриджа придумал Руслан, а остальное – мое.
На кого мы ориентировались? Надо просто перечислить то, на чем вырос, наверное: Red Hot Chili Peppers, Jamiroquai, Ленни Кравиц. Еще Nirvana и Radiohead. Из наших – банально Земфира, «Мумий Тролль». Если раньше прям, в детство смотреть – «Моральный кодекс»… Ну и еще много кто. «Крематорий» я вот тоже слушал.
Если бы «Градусы» не выстрелили, я бы бомжевал, наверное (смеется). Дело в том, что у меня не было вариантов других. Считаю, что мне суперповезло – и я заскочил вообще в последний вагон. Редко у кого так получается выстрелить, когда тебе за тридцатку. Я думаю, это и продюсерская работа, и везение. И в песнях тех, может быть, была энергия, которую я долго копил: они сразу зашли, с первого трека.