Александр Гончаров – Хроники Междуречья (страница 7)

– Поэтому, пока будешь думать о принятии или непринятии этих печатей, тебе суждено оставаться во дворце, – с металлом в голосе сказал Преториан. – С тобой будут два сотрудника СВБ. Твое перемещение тоже будет ограничено. Поверь, лейтенант, это диктует нынешнее положение дел в империи. Итак, следующий член команды – мой племянник, полковник в отставке, герцог Николас Кожарский. Да-да. Это дело государственной важности, и я не могу вас отправить без присмотра. Николя хороший боевой маг, хорошо владеет стрелковым оружием, хорошие навыки в медицине. Во время службы, – Рик недоверчиво хмыкнул, – да-да, он прослужил пять лет в регулярных войсках, неплохо проявил себя в боях, пока его мама, моя достопочтенная кузина, не выела десертной ложечкой мне мозги и я не отозвал парня в столицу. Он сейчас курирует одно крыло внешней разведки, но предстоящая экспедиция поважнее сбора данных об урожаях, торговых судах и погодных аномалиях. Уверен, вы подружитесь, и ты сможешь заполучить товарища из императорской семьи. Вот, пожалуй, и все.

– А кто шестой? – спросил Рик.

– А! Точно! Это не совсем человек. Это омертвелый. Его зовут Эван Ле Сток. Он давно служит короне.

– Эта экспедиция больше напоминает военный поход, – заметил Рик.

– Отчасти это так и есть. Пойдем к карте.

Император встал, прихватив с собой рюмку с ликером. Подойдя к большому столу, на котором лежала огромная карта, Рик сразу же нашел и Междуречье, и эльфийское государство, и Каменный Хаос, и Песчаные Пустоши, и Желтый континент.

– Вам предстоит добраться вот сюда, – император ткнул пальцем в точку на карте.

– Но это ж… – начал Рик.

– Да, – не позволил ему закончить Преториан, – библиотека лежит за пределами Междуречья. Но это нейтральные земли. Никто не предъявлял своих прав на Каменный Хаос. Он никому не нужен. Пока.

– Но, может быть, уже кто-то успел проникнуть в эту библиотеку за то время, пока вы никого туда не посылали?

– Поверь, – сказал секретарь, – туда никто не проник за это время.

– Мик лично курирует этот вопрос, – подхватил Преториан. – Там находятся наши наблюдатели. Каждые пять дней оттуда прибывает гонец с известиями.

– Позавчера оттуда прибыл мой лис…

– Мик так называет своих парней, – ухмыльнулся император.

– Так вот, – продолжил секретарь, – там никто не появлялся.

– А сколько туда добираться? – спросил Рик.

– На лошади – десять дней, – ответил император. – Если сначала на самоходке, а потом верхом, то в пять дней можно уложиться.

– Вообще-то, – чопорно заметил Ван Лоддинг, – мои лисы тоже за пять дней могут добраться.

– Ага, загнав десяток лошадей, выхлестав флягу камквота, а потом пребывать в бессознательном состоянии три дня.

– Но ведь могут, – не сдавался секретарь.

– Довольно! – оборвал спор Преториан. – Вводная часть завершена, де Волонтай. Надеюсь, что мы договорились. Сейчас ты идешь в выделенные тебе покои. Отдыхаешь. А я соберу остальных участников экспедиции.

– Да, – закатил глаза Ван Лоддинг, – предлагаю позвать Оливию. С ней будет тяжелее всего.

– Согласен. Все, лейтенант, иди. Тебя проводят.

Рик встал и поклонился императору. Выйдя в коридор, он наткнулся на старого слугу, тот молча кивнул парню, мол, иди за мной. Де Волонтаю не оставалось ничего другого, как подчиниться столь немногословному приказу.

Глава 4

Рик шел следом за слугой, полностью погруженный в свои мысли. Обычный день заканчивался совсем непредсказуемо. То, что его способности в ментальной магии были известны столь обширному кругу людей, уже совсем не пугали парня. Пугала неизвестность. Еще и необходимость установки печати верности и неразглашения слегка будоражила его разум. В принципе, он и сам понимал, что его независимость закончилась, как только он вошел в императорский дворец, но с установкой печати Рик терял свою индивидуальность еще больше. А экспедиция? Чем она светит ему, обычному магу из обычной семьи? И вернется ли он из нее вообще? Одни вопросы, и ни одного внятного ответа.

Рик так глубоко ушел в себя, что не заметил, как за ним пристроились два парня. Если таких встретишь в толпе, то просто пройдешься по ним взглядом и не запомнишь. Обычные куртки, обычные штаны, простоватое выражение на лицах, полуприкрытые глаза. У одного даже были веснушки на лице. Де Волонтай приостановился и вопросительно посмотрел на них. Парни также уставились на него, не понимая, что он хочет.

– СВБ, – проговорил молчавший до этого слуга-проводник.

Рик молча кивнул и показал рукой, мол, я готов идти к своему месту заключения. Покои, которые ему были выделены, находились в другом крыле дворца. Надо сказать, что это были трехкомнатные апартаменты с большой ванной комнатой. Апартаменты состояли из прихожей с креслами и диванами, гостиной с камином, большим столом, двумя большими диванами и спальни с большой кроватью и гардеробным шкафом.

– Здесь когда-то жил герцог Авановский, – сказал перед уходом слуга. – Выходить из дворца пока нельзя до особого распоряжения.

– Чьего распоряжения?

– Всем необходимым вас обеспечат эти ребята, – проигнорировал вопрос слуга. – Советую хорошенько выспаться. Доброй ночи.

Как только слуга вышел, соглядатаи, приставленные к Рику, тут же поставили кресла полуоборотом так, чтобы контролировать и вход в апартаменты, и дверь из гостиной. Де Волонтай прошел в ванную комнату. Там он быстро принял горячий душ и уже собирался лечь спать, как его взгляд наткнулся на юнца, развалившегося в кресле, которое стояло около кровати. Он сидел, закинув ноги на подлокотник, и с иронической улыбкой наблюдал за реакцией Рика.

– Ты привидение? – устало спросил де Волонтай. – Или стажер-безопасник?

– Ни тот, ни другой, – ответил юноша.

– Как тогда прошел сюда? Или ты эльфийский шпион, отравил моих нянек и теперь решил меня грохнуть? – Рик выглянул в прихожую, но оба его соглядатая сидели на креслах, правда, не в таких расслабленных позах, в которых он их оставил перед уходом в душ.

– Успокойся. Никто тебя не собирается грохать, – беззаботно махнул рукой паренек. – Скажи, это правда, что ты ментальный маг? Без тараканов в голове?

– И куда катится Междуречье, если каждый юнец знает то, что является государственной тайной? – удивленно спросил Рик, присаживаясь на край кровати. – Или император это уже предал огласке, чтобы на меня началась охота? Или разыгрывается какая-то дворцовая интрига?

– Я не каждый юнец, – сухо вымолвил ночной гость, вставая с кресла. – Разреши представиться, принц Рамберт. И никаких интриг против тебя нет. Можешь расслабиться.

Рик встал с кровати и невольно вытянулся перед юношей. Внешний вид, конечно, был непрезентабельный, но и время с местом были соответствующие.

– У отца нет от меня тайн, – пояснил принц. – Он не вечен, и мне нужно быть в курсе всех дел. Так, говоришь, потребовали с тебя печатей верности и неразглашения?

– Я такого не говорил.

– Значит, мне послышалось. Да ты присаживайся. Устал, поди, за день. С этим оболтусом Ле Борренгом провозился, чтобы на путь истинный направить. Потом заварушка по дороге во дворец, папаша добавил тем для размышления. А тут я нарисовался. Кстати, у меня плохо получается с геометрией. Совсем не понимаю, что чертить, куда и как. Учителя бьются, мама с отцом в панике. Поможешь по-приятельски?

– Ого! Мы уже приятели? – удивленно поднял брови Рик. – Это здорово заполучить принца в таком качестве.

– Брось, Тяжелый Рик. Если можешь чем-то помочь, то я в долгу не останусь.

– Учебник с собой? – пробурчал устало де Волонтай.

– Конечно, – заулыбался принц, доставая из-за спины учебник по геометрии.

– Что именно не понятно?

– Все! – радостно улыбнулся Рамберт.

– Тогда предлагаю начать с начала. Читайте, ваше высочество, первую теорему.

– Наедине можешь звать меня Берт, – сказал принц. – Просто читать?

– Просто читать, – подтвердил Рик.

Если с историей, географией, литературой и правописанием нужно было просто внести в память ученика информацию для запоминания, то с точными науками приходилось сложнее. Рик «прорезал» в сознании образы, ход построения графиков и тому подобное, чтобы его ученик мог не только проговорить теорему или формулу, но и использовать ее для решения задач.

За час они прошли десятую часть учебника. Рамберт попытался было применить полученные с помощью ментальной магии знания, но Рик предложил сделать это самостоятельно.

– Уже далеко за полночь, – сказал он, отчаянно зевая. – Попробуешь утром порешать.

– Понял, – ответил, вставая, принц. – Прикажу не трогать тебя до десяти утра. Выспишься?

– Да. Я еще не утратил военных привычек. А его величество разве не позовет меня раньше десяти?

– Успокойся. Ты целый день будешь никому не нужен. Просто поверь. Доброй ночи.

Принц ушел, что-то сказав вскочившим с кресел безопасникам. Рику уже было все равно. Он просто упал на кровать, не снимая халата, и уснул, словно младенец.

Пробуждение Рика было такое же необычное, как и предыдущий день. Парню во сне показалось, что он летит. Ощущение было точно такое же, как и в детстве. Но тогда мама объясняла, что во сне дети растут, поэтому им и снятся такие необычные сны. Но что теперь-то происходит, в тридцать два года? Рик открыл глаза и замер. Он парил на расстоянии локтя над кроватью. «И кто это тут такой бессмертный?» – пронеслось в голове парня, но сдерживаемое хихиканье поставило все на свои места: в кресле сидел его высочество принц Междуречья, закинув по привычке ноги на подлокотник.