Александр Гончаров – Хроники Междуречья (страница 6)

– Ты не лез на рожон, – продолжил секретарь, – не пытался кого-то подчинить, был лоялен к его величеству. Твоя воинская повинность прошла хорошо. Ну, хапнул себе эльфийского золотишка, – Рик смущенно опустил глаза вниз, – но в целом все прошло гладко.

– И теперь, – перехватил инициативу император, – я хочу предложить тебе контракт. Согласен?

– Смотря какой контракт, – осторожно пожал плечами Рик.

– Резонно, – улыбнулся Преториан. – Давай-ка я расскажу, как обстоят дела на фронте. Ты год, как демобилизовался, поэтому многого уже не знаешь.

– Почему же, – ухмыльнулся Рик, – письма приходят регулярно из моего взвода. Да и товарищи, у которых закончился контракт, тоже привозят новости.

– То, что эльфы стали нас бить с воздуха, ты знаешь? – сурово спросил император. Рик отрицательно покачал головой. – То-то и оно. О способностях длинноухих воздействовать на животных ты знаешь. Лошади, волки, медведи, даже слоны, все это пушечное мясо. Да, неприятно, но не страшно. Теперь эльфы приноровились работать с орланами. Представь: тебе на голову падает заклинание огня или льда. А если идет фронтальная атака, то одновременно противостоять магии спереди и сверху тяжело. По земле еще как-то можно расставить магические сети и ловушки, а в небе как?

– А я чем могу помочь?

Император и его секретарь переглянулись.

– Ты знаешь, откуда у нас появились ружья, самоходки, кухонные и строительные агрегаты? – спросил Преториан.

– Артефакторы изобрели, – уверенно ответил Рик.

– Все так, но есть одна закавыка. Все технические моменты, чертежи, расчеты были… – император замялся, – позаимствованы магистром Коргиусом в одной старой библиотеке. Он ее откопал во время одной экспедиции. Он просидел в ней больше трех месяцев. Читал, переписывал, экспериментировал, а потом воплотил в своем труде, который изучают артефакторы в Школе магии.

– А вынести книги оттуда не позволяла магия? – спросил Рик.

– Совершенно верно, – кивнул головой император, отпивая ликер и крякая от удовольствия. – Я скажу больше. Все наши экспедиции, которые посылали после смерти Коргиуса, либо гибли, либо вообще не могли попасть в тут библиотеку.

– Так мне светит добраться в эту библиотеку? И что нужно мне там искать?

– Не спеши. Все не так уж и просто. Дело в том, что магистр Корвиус стал частью этой библиотеки.

– Это как?

– Скорее всего, он нашел какие-то записи там, – продолжил вместо императора Ван Лоддинг, – которые позволили его разуму, сознанию стать частью библиотеки.

– Тогда почему он противится получению знаний своими земляками, которые так необходимы в наше время?

– Он был противником войны с эльфами, – сказал Преториан. – Причем очень ярым противником.

– У него было много друзей среди длинноухих, – вторил секретарь. – Он даже хотел создать в Школе магии факультет по эльфийской магии, но эта идея провалилась. Ты же знаешь, что у нас с длинноухими разная природа и разные принципы вершить магию.

– Когда его наработки стали использовать в войне с эльфами, – закончил император, – он умер. Его тело нашли в кресле в его кабинете. Оно как-то высохло за ночь, но следов разложения нет до сих пор.

– Так он может еще вернуться? – удивился Рик.

– Это вряд ли. Наши медики много опытов провели с его телом и сделали заключение, что для жизни оно не подходит. Поэтому старину Корвиуса уложили в саркофаг и поместили в усыпальницу магистров Школы магии.

– И какую миссию на меня вы хотите возложить?

– В записях Корвиуса есть упоминание о неких летательных аппаратах. Об их принципах работы. Конкретики никакой нет, подсказок нет. Наши артефакторы постоянно экспериментируют, но добиться стабильности в полете не могут. Мы хотим послать экспедицию в эту библиотеку, чтобы найти книги по летательным аппаратам.

– А мне предстоит договориться с ментальной субстанцией магистра Корвиуса, чтобы нас он пропустил в библиотеку?

– И это тоже. Понимаешь, парень, дела на фронте у нас обстоят, мягко говоря, не очень. Эльфы в двух местах нас сильно отбросили назад. Так как у них пока мало обученных орланов, давить нас по всей линии фронта не получается, но это дело времени. Хотелось бы найти еще что-нибудь такое, что поможет нам продвинуться в военном деле. В магической силе мы проигрываем эльфам, но благодаря слиянию магии и техническим наработкам наши силы примерно равны.

– А кого вы еще хотите послать в эту экспедицию? – спросил Рик.

Император и его секретарь переглянулись: этот вопрос означал «да», и полдела было сделано.

– Состав группы, которая пойдет в экспедицию, будет небольшим. Мы ведь уже больше тридцати лет не посылали туда никого. Эльфы знают, откуда у нас технические наработки. Поверь, в моем дворце предостаточно их сторонников.

– Кто ж откажется от бессмертия, которое эльфы обещают своим шпионам из числа людей, – вставил Ван Лоддинг.

– Только наша СВБ не дает такого шанса им, – хмыкнул император. – Как только выявляется такой поборник прав эльфов, его сразу же в шахты направляем. Для поправки здоровья и поиска смысла жизни. Пусть уже и недолгой, но такой полезной для империи. Поэтому об экспедиции ты узнаешь первый. Я планирую, что группа будет состоять из шести человек и одного дварфа. Да-да, ты не ослышался. На кафедре артефакторов работает такой себе Скирилат Рыжебород. Он работает в лаборатории кафедры. Ему лучше кого-либо удается создавать чисто механические приспособления, в которые потом наши маги внедряют кобалит. Ты что-то слышал о нем во время учебы?

– И даже видел пару раз. Мы же проходим азы в артефакторском деле, чтобы можно было привести в действие вышедший из строя артефакт, если поломка на самом тривиальном уровне. Например, зубчик отошел, или расположение камня нужно привести в соосность с механизмом. Он настраивал соковыжималку и подъемный механизм.

– Понятно, – перебил его император, – тогда будем считать, что вы давние приятели. Скирилат будет водителем самоходки, на которой вы будете ехать до того места, где она сможет пройти, а потом, если тебе удастся договориться с Корвиусом, поможет с текстами книг библиотеки, чтобы отыскать максимально полезную информацию. Следующий участник – майор де Гронт.

– Ого! – вырвалось у Рика.

Майор де Гронт был легендой. Боевой маг, который неоднократно выходил победителем в боях с эльфами, когда никакой надежды уже не было. Он был настолько вынослив, что после полнейшего магического истощения умудрялся нанести внезапный удар, чем обескураживал противника. И восстанавливался он так быстро, как никто другой. Де Грон после истечения обязательного десятилетнего срока после окончания Школы магии уже дважды подписывал новый контракт. Император ему назначил такую оплату, что не у каждого графа получалось взять со своих имений. Кроме выдающихся способностей в магии он был одним из самых сильных фехтовальщиков в армии.

– Значит, ты о нем наслышан, – развел руками император, – тем лучше. Я думаю, что у вас будет много общих тем. Следующий член вашего отряда – Оливия Ле Монг. Слышал что-то о ней? – Рик отрицательно помахал головой. – Неудивительно. Она – внучатая племянница магистра Корвиуса. Вот уже десять лет она работает на кафедре артефакторства. У нее собственная лаборатория, целый взвод ассистентов. Оливии, конечно, далеко до своего двоюродного прапрапрадедушки, но определенные успехи есть. Она сейчас трудится над одним устройством, которое вам предстоит испытать в походных условиях. С помощью него… – император запнулся. – Я не слишком с ним откровенен? – посмотрел он на своего секретаря.

– Скрепите печатью верности и неразглашения, ваше величество, – как-то буднично пожал плечами Ван Лоддинг.

От этих слов у Рика по спине поползли мурашки. После установки таких печатей их носитель погибал мучительной смертью, если нарушал их. По сути-то и нарушить их трудно. Парню довелось встретиться с носителем такой печати неразглашения. Он поклялся молчать о своем происхождении в обмен на мелкий титул и небольшое поместье. Его папаша, имя которого так и осталось тайной, заплатил приличные деньги за установку данной печати. Эта процедура происходила в Школе магии в закрытом классе на кафедре артефакторства. Никто из участвовавших в ней, кроме носителя и заказчика, не знал подробностей. И носитель печати боялся даже думать о том, чтобы нарушить молчание. Только под воздействием большого количества алкоголя он начинал что-то варнякать о своей печати, но как только слушатели начинали подстрекать пролить свет на эту тайну, он сразу же трезвел, извинялся и уходил.

Становиться таким носителем Рику совсем не хотелось. Проскользнула даже мысль отказаться от участия в экспедиции, но он понимал, что тот объем информации, который был получен в кабинете императора, ставил под сомнение его беспечное и благополучное существование. Император же и его секретарь пристально смотрели на Рика, ожидая его ответа.

– Хорошо, – молвил Преториан, когда ожидание затянулось. – Я понимаю, что это очень радикальный шаг, но ты и так тут много такого услышал, что становишься потенциальной целью для эльфов и их приспешников. Ты же знаешь, на что они готовы пойти ради получения такой информации?

Рику довелось однажды встретить одного майора связи, которого поймали и пытали эльфы. У него не было ни одного ногтя, скальп был снят в трех местах и отсутствовал один орган. Какой, оставалось только догадываться. Майора лишили способности заниматься магией и отправили на покой. По слухам, он покончил с собой, не вынеся такой доли.