Александр Головкин (Пеший) – КОКОБУКО (страница 7)
И на лугах цветами пахнет,
А не чинарик мой дымит.
Шестой я закреплю картину,
Я брошу холод долгих зим.
А завтра встану и небритый
Пойду за Летом в магазин.
Дюна
Давным-давно, веке так в XIII, в тех местах кипела жизнь, стояло несколько деревень, местные князья собирались покутить, справить праздники и просто на игрища, потом крепко шалили разбойные людишки, совершая ватагами налеты на проходящие суда, позднее там содержали пленных немцев, много чего видели эти песчаные дюны, теперь- просто огромный остров посреди Волги. Изредка забредают сюда рыбаки или охотники, а уж поисковик в этих краях и вовсе зверь неведомый.
Начинался август, пожалуй, самый грустный летний месяц. Еще ничего не выдает приближающейся осени, он где-то глубоко внутри меня уже потянул холодный ветерок.
Лета ждешь 9 месяцев, а пролетает оно незаметно, не успел оглянуться, вот уже и первые снежинки и лед на лужах царапает душу своими острыми краями. Снова ждать, загадывать, надеяться…
Будильник вырвал меня из сна. На автомате поднялся, стараясь не шлепать тапочками, пошел чистить зубы. Сегодня отправляемся на далекую Дюну. От дома 386 километров, потом на лодке через Волгу и пешком. Меня ждало настоящее приключение, даже самому себе завидно.
Снаряга была собрана с вечера, все упаковано в один рюкзак, руки должны быть свободны, ничего лишнего. Старался минимизировать вещи, но получилось килограмм на 30, не меньше. Дальше по отработанной схеме: холодный чай, ключи, подъезд, машина, радио, плошадь Гагарина, SMS Валерке, чтобы выходил из дома, остановка с киоском «Цветы», Валерка, привет, сигаретный дым в нос, Володькин дом, Володька, привет, лодка, канн, рюкзак с едой, светофор, рассвет и, наконец, трасса! Тут можно немножко успокоится и, пока мы едем, рассказать подробности.
Мы с Валеркой- самые обычные кладоискатели, теперь много таких шатается по заброшенным урочищам, а следовательно, приходится забираться все дальше и дальше в поиске гнилой медной монетки, да погнутого крестика. В настоящее время ищут уже не клады, а информацию о них, ведь это самое ценное. Обладая точной наводкой и новичок с садовой лопаткой найдет великие сокровища копать – дело нехитрое. В этот раз мы решили забраться на остров посреди Волги, весь иссеченный старицами и наносным песком он представляет огромный интерес с нашей точки зрения, хотя сейчас там не найдешь даже кола вбитого человеком, все давно сгнило, сгорело или занесено песком. В свои разливы Волга покрывает почти весь остров водой, двигая с места на место песчаные дюны. Пейзаж ежегодно меняется, только редкие сосны да дубы на вершинах самых больших дюн остаются на прежнем месте.
История этого острова богата событиями, движуха (на нашем сленге- жизнь) проходила здесь еще с домонгольских времен, и уж наследили наши предки изрядно.
Володька- наш третий товарищ не поисковик, он больше специализируется по рыбалке, охоте и прочим радостям жизни, которые поисковику и неведомы.
Машинка резво бежит по шоссе, подъемы, спуски, повороты, кафе, проститутки. Ребята задремали. Солнышко поднялось достаточно высоко и уже пригревает. Ночи в августе холодные, не забалуешь. Проезжаем поля, леса, городки, иногда стоим на редких светофорах. Ничего интересного. Рулю, слушаю музыку. Так проходит несколько часов, подъезжаем, мужики проснулись. Валерка показывает дорогу. Вот ориентир – деревня Битюгово, у магазина направо. Сворачиваем и делаем остановку- нужно перекусить и размять косточки, за пять часов пути все засиделись хуже некуда, да и организм делает весьма не двусмысленные намеки.
Открываю багажник, и вот оно- счастье! Термос с горячим чаем, колбаса, хлеб! Что еще нужно после долгой езды натощак? Весело завтракаем, обсуждая планы дальнейших действий- впереди переправа, почему-то вспоминается Твардовский: «переправа, переправа, берег левый, берег правый… кому тёмная вода…». Но до этого нужно навести мосты с местным населением и поставить машину, лучше кому-нибудь прямо во двор. Для этих целей припасен пузырь хозяину и коробка конфет его мадам.
Год назад Валера и Володя уже были здесь, договаривались с местным агрономом и ставили машину у его дома. Пытаемся сделать так же и теперь, но как только я поворачиваю на главную улицу мои надежды тонут в грязи. Центральная улица Битюгово представляет из себя несколько канав, местами засыпанных ботвой от помидоров, видимо для придания им колорита, так как на качество покрытия данный факт влияет мало. В конце этого великолепия облезлой стеной синел дом агронома. Шансов не было. Но мы не привыкли отступать и поэтому через минуту сидели на брюхе на краю живописной лужи.
Спасение пришло неожиданно, лязгая всеми шестеренками и извергая черный дым, из проулка выполз ржавый и одноглазый трактор «Беларусь» под управлением бравого тракториста по имени Витек! Виктор был сильно нетрезв, а оттого весел и общителен.
–Сели, пацаны? Спросил Виктор и добродушно протянул руку.
– Как видишь. Дернешь нас?
– Да не вопрос. Витек опытным глазом посмотрел на московские номера и прикинул, что на утро еще, пожалуй, и останется…
– А у тебя можно машинку поставить на пару дней?
Тут Виктор и вовсе расплылся в улыбке, а я, не теряя времени, достал трос. Трактор закряхтел, пробуксовал для порядку и стал пузом моей машинки ровнять дорогу. Витек жил на самом дальнем конце деревни, и взялся за дело с таким энтузиазмом, что я уже прикидывал, во сколько мне станет оторванная морда, радиатор и бампер. Но, к великой моей радости, я отделался только испугом, а машинка перепачканным кузовом. Взамен мы получили место у Витька в огороде за деревянными воротами и охрану в виде флегматичной сявки неизвестной породы и загадочной масти.
Быстро выгрузились, торжественно вручили пузырь, попрощались с хозяином и двинулись в сторону реки. Солнце тем временем поднялось в зенит и пекло немилосердно.
Пройдя по краюшку оврага и собрав неистовый восторг местных двортерьеров мы попали на обрывистый речной берег, а как вышли, так и замерли.
Внизу, у наших ног, неторопливо, с достоинством, как бы подчеркивая, что знает себе цену, текла Волга, на противоположном берегу за зеленью ивняка развернулись поля, их разгульную ширь местами пересыпали зеленые рощицы или просто шапки кустов, у самого горизонта темной полоской виднелся могучий лес, а над всем этим великолепием в прозрачном небе плыли облачка. Тени от них скользили по земле, приводя всю картину в движение.
Такая ширь открылась перед нами, такой простор наполнил, что нет ему сравнения ни с чем увиденным. На том берегу нас ждали невероятные приключения, а мы стояли на пороге, искусно выполненном самим Творцом.
– Красота то какая! Услышал я из-за спины.
– Да-а, ответил, а про себя подумал: «*+&?(;%^$#@!!!», потому, как приличных слов выразить свой восторг, не нашел.
Каждому из нас досталось по два рюкзака: один с личными вещами, один с общими. Тащили на себе лодку, запас продуктов на три дня, палатку, воду. Специфика дюны такова, что подходы к воде мало того, что заросли густейшим ивняком, так еще и берега заболочены. Вот и получается, что сидишь на острове, а с водой проблемы.
По узенькой тропке, намоченной ночным дождиком, рискуя сломать шеи спустились к воде. Весь берег порос густыми кустами, Володька романтично называл их «Сельва», на самом деле просто страшный чапыжник. Сквозь него не пройти ни человеку и зверю, если просунуть руку, то пальцы уже плохо видно, настолько он густой. Даже с мачете там делать нечего, ведь это не лианы, а жесткий ивняк. Отойдя метров сто от крутой тропинки, мы обнаружили разрыв в сельве, грязная, растоптанная дорожка вела прямо к реке, где на мелкой ряби покачивались несколько самодельных челноков. Там развернули лодку и стали накачивать. Насос несколько раз вылетал со страшным шипением, лодка надувалась, издавала загадочные звуки, но, в конце концов, мы ее одолели, спустили на воду и Валера сел на весла.
Накидали рюкзаки, уселся Володя и лодочка отчалила. Я остался на берегу, т.к. троих этот лайнер не выдержит. На той стороне в кустах был еле заметный разрыв и Валера стал править прямо на него. Минут через 10-15 ребята причалили и удачно выгрузились, а я приготовил свой рюкзак и уселся на краешек челнока.
Медленно приближалась лодочка, денек разгуливался не на шутку, пекло уже совсем по взрослому. Вот тебе и август!
Поразительная тишина висела над рекой, ни треска моторок, ни скрипа уключины, вообще ничего не нарушало гармонию этого места. Тишина как мед, лилась с прибрежных холмов, стекала по овражкам, переплывала реку и уходила в бесконечные поля на том берегу. Около челнока покачивалась в воде желтая кувшинка. Только Валера бессовестно мутил воду веслами и все ближе и ближе подплывал ко мне, не давая сосредоточится на созерцании бытия.
Лихо развернув лодку бортом к берегу он сказал: «Залазь», и я, закинув остатки снаряги, уселся поверх них. Крутой разворот и мы отчалили. Течение неспешно сносило нас прямо на нужный промежуток в прибрежных зарослях, Валерка оказался неплохим гребцом, поэтому видами с воды я любовался недолго. Через некоторое время резиновый нос мягко ткнулся в прибрежный песок. Володя ждал нас, зачем-то расчехлив ружье.