Александр Герасимов – Море, поющее о вечности (страница 101)

— А ты не выбираешься в Иолк? У тебя там осталась семья.

— Выбираюсь, но не ради родных, — Аталанта пожала плечами. — Лишь затем, чтобы выменять мясо и птицу, которые добываю на охоте. Хоть я и живу одна, но все еще остаюсь молодой девушкой! Мне нужна новая одежда, а иногда страсть как хочется вкусной еды или вина… Тогда я иду в город.

— Хорошо, что ты заговорила об этом. Ведь у меня есть для тебя небольшой подарок.

Меланион пошарил рукой в небольшой заплечной сумке и достал драгоценный камень, мерцающий всеми оттенками голубого каждый раз, когда на него падал свет.

— Какой красивый!.. Разве не такие камни мы привезли из Колхиды?

— Именно. Один из них я забрал при дележе груза между моряками «Арго». Все хотел подарить его тебе, но не представилось случая… А может, не хватило храбрости.

Он вложил камень в ладонь Аталанты. Та подняла его на уровень глаз и принялась рассматривать.

— Его нетрудно вставить в ожерелье или браслет, только скажи. Тебе очень пойдет, — со знанием дела заметил мегарский царевич.

— Ожерелье для простолюдинки… — девушка улыбнулась. — Ты верен себе, Меланион. Умеешь удивлять.

Какое-то время они шли в дружелюбном молчании. Изумрудные стены вставали слева и справа, деревья перемежались с плотными зарослями узколистного кустарника. Под ногами шелестела мягкая трава. Меланион заговорил снова:

— Ты собираешься и дальше жить здесь, в окружении гор и лесов?

— Не знаю. Иногда мне не хватает человеческого общества. Чувствую, что понемногу теряю себя в этом постоянном одиночестве. Сложно сказать, сколько еще смогу протянуть в таких условиях… Но этот путь я выбрала сама и не намерена жаловаться.

Говоря это, Аталанта смотрела прямо на Меланиона. Царевич невольно залюбовался ею. А затем, помолчав немного, спросил:

— Если захочешь однажды вернуться, это ведь не обязательно должен быть Иолк, правда?

— Храни меня Афина! Ни за что на свете, — воскликнула она. — Никогда не задерживаюсь надолго, когда прихожу туда. Это место будит плохие воспоминания.

— Связанные с Ясоном?..

— Ты все правильно понимаешь.

Они и сами не заметили, как одновременно замедлили шаг, а затем вовсе остановились. Солнечный свет играл между стволами и кронами деревьев, но мужчина и девушка уже не замечали красоты леса.

— Я любила его, Меланион, — вздохнула девушка. — И теперь чувствую себя виноватой. Словно собственными руками убила дорогого мне человека.

— Вовсе не так, — возразил мегарец. — Ты же знаешь, что это ложь! Всему виной были страсти и желания, с которыми он не сумел совладать.

— Он заслуживал лучшего. Ясон так и не смог прожить счастливую жизнь! Вечно терзался сомнениями, был изгнан собственным дядей, совершал ошибки и терял соратников. Даже с семьей у него не заладилось. А ведь он любил этот мир, Меланион. И дорожил Иолком, как никто другой.

— Да, предводитель был верен этой земле, — задумчиво сказал мегарец, подняв лицо к верхушкам деревьев и щурясь от света. — А еще Ясон был верным другом для всех нас. Ты права.

— Но он умер.

— Всем придется умереть рано или поздно. Тебе, мне, другим аргонавтам. От последнего нищего до всесильного царя. Гони прочь эти мрачные мысли, Аталанта! Важно лишь то, что происходит сейчас и то, что останется после нас. Старайся больше думать об этом. Ведь у тебя столько всего впереди…

Она посмотрела прямо на него. В ее повлажневших глазах горел огонек.

— Ты говоришь смелые вещи, Меланион, будто знаешь все на свете. Порой это даже раздражает. Но я все равно благодарна, ведь ты всегда готов помочь.

— Это не то, что я хотел бы услышать, — негромко заметил юноша.

— Я знаю, что именно ты хочешь услышать. Знаю.

Девушка замялась на мгновение. А затем повернулась к Меланиону спиной, словно боялась взглянуть ему в лицо. Она знала, что ее слова могли ранить влюбленного мужчину:

— Смогу ли я дать тебе то, чего ты ищешь? Мои чувства к царевичу Иолка повлекли за собой страдание и гибель. Так будет ли счастливым союз с царевичем Мегары? Я дочь бедняков, и я же победительница игр, Аталанта-охотница!.. Та, что сражалась со львом, бросала вызов мужчинам, добралась до края ойкумены. Много раз я гадала: неужели боги отказали мне в праве на любовь, определив иную судьбу?.. Пойми, я не хочу, чтобы с тобой случилась беда, если мы сойдемся.

— Как с Ясоном? — мягко спросил мегарец. Ата молча кивнула. Даже на расстоянии Меланион видел, как были напряжены плечи девушки.

Вместо ответа он решил просто подойти и обнять ее сзади. Аталанта вздрогнула, но ничего не сказала.

— Я не Ясон, — заговорил он, не повышая голоса, но со всей возможной твердостью. — Со мной ничего не случится. И если ты захочешь, я буду рядом с тобой… Везде и всегда.

Так они и стояли какое-то время. Ничто не прерывало воцарившейся тишины — лишь шуршали покачивающиеся от ветра ветки деревьев, а где-то в вышине раздавалось щебетание птиц. Меланион хотел было обойти Аталанту и заглянуть ей в лицо, но та внезапно сама освободилась от его объятий. Удивленный мегарец увидел, что на ее лице расцвела улыбка.

— Хочешь услышать мое согласие? Хорошо, но с одним условием. И тебе оно известно! Попробуй догнать меня, Меланион. Справишься, и тогда я не буду противиться твоей настойчивости.

Озабоченность на лице мегарца уступила место довольной усмешке:

— Бег, значит?.. Как тогда, на играх! Тебе стоит кое-что узнать, Ата. Я долго готовился к этому дню.

— Конечно. Это же ты, иначе и быть не могло, — она отошла в сторону. Подняла руки, освобождаясь от одежды, стянула с запястья кожаный шнурок и собрала волосы в высокий хвост. Затем подобрала сброшенное одеяние, сложила ткань в несколько раз и туго перевязала грудь. Теперь она была готова мчаться наперегонки с самим ветром. Меланион тоже не бездействовал — снял сумку и пояс с мечом, отбросил украшения, поправил на ногах завязки сандалий.

Они остались налегке, Аталанта пригнулась, словно готовясь к прыжку. Мегарский царевич с трудом заставил себя не смотреть на изгибы ее сильного тела — это определенно помешало бы ему бежать изо всех сил.

— Я обещала тебе еще одно соревнование. Так покажи, чему ты научился!

С этими словами девушка рванулась вперед. Она летела, словно Артемида, с легкостью лавируя между деревьев и развивая поразительную скорость на прямых участках. Меланион бросился следом, но между ними сразу наметилось приличное расстояние. Царевич отставал, однако не снижал скорости, будто выжидал подходящего момента.

И он наступил. Стоило им выбежать на просторную поляну, как мегарец начал быстро сокращать расстояние до бегуньи. Это стоило ему больших усилий — икры ног начали гореть огнем, а тело покрылось потом. Зато и Аталанта мчалась уже не так легко, как прежде.

Меланион почти ее догнал, однако поляна закончилась — вновь перед бегунами раскинулись стволы деревьев и колючие, хлесткие ветки кустарников. Аталанта прекрасно знала местность и потому двигалась уверенно. Меланион заметил, что девушка опять отдалилась — увы, он проигрывал это состязание. Злость захватила мегарца, придавая тому новые силы.

«На этот раз я не уступлю. Мне есть что терять!»

Ныли уже не только икры — боль зарождалась и в грудной клетке. Однако Меланион не зря изнурял себя тренировками — он продержался достаточно, чтобы вымотать и Аталанту. Присмотревшись, царевич заметил, что движения девушки стали не такими точными и утратили легкость. Она устала. Если продержаться еще хоть немного, то наверняка получится догнать ее…

Но хватит ли сил? В груди от долгого бега пульсировал сгусток боли. Кто же сдастся первым: он или Аталанта?

Меланион пошел на риск. Он не стал ждать, пока его тело окончательно ослабнет от нагрузки, а совершил рывок, вложив в него остатки всех сил. Передвигаясь едва ли не прыжками, напрочь сбив дыхание, мегарец нагонял бегущую впереди девушку.

Перед глазами плясали огненные круги… Но вот он смог протянуть руку и коснуться волос беглянки. Еще миг, и Меланион наконец-то схватил ее за плечо! Вышло грубее, чем он ожидал — Аталанта споткнулась и потеряла равновесие. Следом за ней на землю полетел и царевич. К счастью, трава смягчила падение.

— Извини, — задыхаясь, с трудом прошептал он.

Она ничего не ответила — просто лежала и смотрела на Меланиона широко раскрытыми глазами, в которых отражалось далекое небо. Не задумываясь более о приличиях, юноша обнял Аталанту, прижав к себе разгоряченное бегом тело.

Он ощущал, как бешено колотилось сердце девушки. Щеку мегарца опаляло жаркое, прерывистое дыхание — они были близко друг к другу, как никогда прежде. Меланион широко улыбнулся, не скрывая ликования. Это чувство было совершенно новым, и он сполна им наслаждался.

— Я победил! Ты обещала…

Она кивнула и вдруг сама прижалась к нему так крепко, словно хотела целиком и полностью раствориться в объятиях. Аталанта ничего не говорила, но юноша и сам понимал: слова были не нужны.

Они успеют наговориться позже. Будут учиться пониманию и узнают друг друга заново.

Впереди их ждали долгие счастливые годы.

Эпилог

— Вот такая она, история аргонавтов, — закончил Одиссей, поглаживая бороду и глядя на бледную полоску дыма, поднимающуюся в небо от погасшего костра. — Ну как, понравился мой рассказ?

— Прекрасное повествование, царь, — улыбнулся Мелетий.