Александр Герасимов – Море, поющее о вечности (страница 100)

Преобразования, ранее начатые Пелием, за короткое время успели пошатнуться, и теперь царь упорно возвращал жизнь города в прежнее русло. Его твердая рука коснулась даже памяти, которую оставил о себе Ясон: в стенах дворца было не принято говорить о предводителе аргонавтов и его мстительной супруге.

Однако в близком кругу подданных Пелия ходил слух, что порой владыка Иолка встает раньше обычного, кутается в теплый плащ и тайно покидает город. Молва гласила, что он навещал небольшую гробницу на холме, где покоился пепел его племянника. Впрочем, правдивость этих рассказов не подтвердилась — Пелий не потерпел бы слежки за собой.

Асклепий провел три дня в горной деревне, исцеляя своими настоями больных лихорадкой. Двоим помочь не удалось, однако травник сумел облегчить им уход в иной мир. Остальные выздоравливали; когда молодой лекарь убедился, что им ничто не угрожало, то собрал вещи и двинулся в дальнейший путь.

На четвертый день он спустился к равнине, на шестой — преодолел большую часть лесной полосы между горами и морем. На исходе седьмого Асклепий дня добрался до краев, которые были хорошо ему известны с детства.

Небольшое селение расположилось на каменном выступе над береговой линией. С давних времен он служил для местных жителей естественной защитой от волн во время шторма. Асклепий прищурился, разглядывая покосившиеся хижины и россыпь лодок у воды.

Зачем он вернулся сюда? Ответа на этот вопрос не нашлось. Позади лежал долгий путь по суше и воде — Закинф, Керкира, златообильные Микены и даже Крит. За время странствий травник обогатился множеством знаний, а на Керкире обрел первого последователя.

Его звали Пеон. Мальчик стоял сзади, не издавая ни звука, — смуглый, кучерявый, с пронзительными черными глазами. Асклепий выходил его, когда тот страдал от кожной болезни. Благодаря мастерству лекаря на теле Пеона не осталось и следа от уродливых язвочек. Заметив, что учитель смотрит в его сторону, подросток жизнерадостно усмехнулся и поправил заплечный мешок, будто показывая, что ни капли не устал.

Асклепий вздохнул. Стоило ли вообще делать такой крюк, чтобы поглядеть на родную деревню? Изначально травник планировал идти строго на север — в края, которые были ему незнакомы. Однако глядя на привычную с малых лет картину, Асклепий чувствовал, как таяла прежняя решимость. Махнув Пеону ладонью, он направился в сторону морской глади и скопления рыбацких домиков.

Пройдя середину пути, он вдруг заулыбался, открыто и искренне. Навстречу ему спешил коренастый мужчина, нелепо размахивающий руками. Этот человек больше напоминал уродливого сатира, однако один его вид наполнил сердце Асклепия теплом.

— Кого я вижу! — воскликнул Арг, обхватив лекаря за плечи. — Вот уж не думал, что ты вернешься домой!

— Я тоже рад тебя видеть, — со смехом ответил Асклепий. — Только возвращением это назвать трудно.

— Тогда что тебя сюда привело?

— Даже не знаю. Может быть, глупая тоска по старым временам.

Арг отстранился и внимательно посмотрел на травника:

— Ты отощал… Кожа да кости! Но и возмужал тоже.

— За моими плечами много дорог и трудностей, а вот времени на себя никогда не хватало, — Асклепий развел руками.

Корабел уставился на смуглого подростка, который держался чуть поодаль:

— А это кто?

— Пеон, мой ученик.

— Будь здоров, малец, — обратился к тому Арг, но Пеон лишь часто закивал головой и сделал шаг назад.

— Оставь его. Он немой с рождения, хотя и все понимает, — покачал головой лекарь.

— И не сложно тебе с таким учеником? — понизив голос, осведомился Арг. Асклепий недоуменно приподнял брови:

— Вовсе нет! Парень очень умен, хотя и застенчив. Схватывает все на лету, ловок в обращении с травами… Я горжусь им, сказать по правде.

— Что ж, мои поздравления.

— Как мать и сестра? — помолчав немного, осведомился Асклепий.

— Здоровы, — Арг ухмыльнулся. — Я иногда их навещаю, чтобы помочь с домом и лодкой. Да и твой брат уже вырос, давно сам рыбачит в море. Голодать им не приходится. Вижу, ты все-таки волнуешься о семье, лучший лекарь мира!

— До этого прозвища мне далеко. Конечно, я беспокоюсь о родных.

— И то хорошо. Я уж боялся, что мы тебя больше не увидим. Надолго в наших краях?

— Переночую и хватит.

— Оставался бы подольше.

— Не могу. Боюсь, тогда моя решительность ослабнет. А в мире так много людей, которым нужна помощь, — Асклепий поднял взгляд к розовеющему вечернему небу, — и столько неизведанных тайн для целителя… Одной жизни мало, чтобы узнать их все.

— Вижу, я ошибся насчет тебя. Изменился ты только снаружи, но душа осталась прежней, — добродушно проворчал Арг.

Втроем направились в сторону деревни, поднимаясь по каменистым выступам. Под ногами то и дело хрустели обломки ракушек, мелкие кости рыб и черепки старой глиняной посуды — неизбежные спутники приморских поселений.

— Зайдешь потом в Иолк? — спросил Арг своего товарища. Тот кивнул:

— Покажу Пеону большой город. Он никогда не видел ничего подобного.

— Вот и хорошо. Иолк понемногу возвращается к жизни. У нас теперь другой царь.

— Я уже знаю о случившемся с Ясоном. Это меня поразило.

Они в молчании поднялись к деревне. Загомонила любопытная ребятня, зашлись в лае тощие собаки. Жители с интересом выглядывали из домов.

— Надеюсь, новый правитель приведет Иолк к процветанию.

— Теперь нами вновь правит Пелий, как и раньше.

Люди окружили их. Асклепия сразу признали, как земляка. Знакомые ему улыбались, приветственно махали руками. Некоторые пробились вперед и по очереди крепко обнимали лекаря. Он вдруг почувствовал, что действительно соскучился по дому.

— Расскажи нам о своих странствиях, — попросил кто-то. — Правда ли, что ты видел циклопов и лечил сирен?

Аталанта зачерпнула воду небольшой чашей и сделала несколько жадных глотков. День был жарким, а ей с самого утра пришлось трудиться на участке земли около хижины. Увы, крошечного хозяйства с трудом хватало для удовлетворения нужд даже одинокого человека. Поэтому девушка каждые два дня отправлялась на охоту с луком за плечами, расставляла силки на звериных тропах и собирала ягоды. Это был непростой труд, но со временем он прочно вошел в привычку.

Она посмотрела в окно и замерла: из зарослей кустарника вышел человек. Это был стройный и крепко сложенный мужчина, лица его Аталанта не видела, однако заметила клинок на поясе.

Чтобы добраться до этих мест, тому пришлось преодолеть долгий путь через лес. Случайности здесь быть не могло — гость наверняка явился за ней.

Аталанта нагнулась, схватила лежащий на столе маленький нож и прислонилась к стене у входа. Друг, враг — она была готова к любой встрече. Скрипнула дверь, таинственный незнакомец вошел в дом. И замер, когда лезвие коснулось его шеи.

— Не дергайся! Рассказывай, кто ты. Зачем пришел в эту глушь? — негромко спросила девушка. Нож она держала так, чтобы при малейшем проявлении враждебности одним движением перерезать незнакомцу горло.

— Успокойся, Ата. Это я, Меланион.

— О боги, прости! — она убрала оружие, едва услышав знакомый голос. Гость повернулся, теперь она смогла разглядеть его лицо. Меланион изменился: волосы отросли, на щеках вилась густая борода, а фигура стала гораздо крепче.

— Рад тебя видеть, — улыбаясь, сказал он.

— И я тебя, — девушка шагнула вперед, порывисто его обняв.

— Было бы обидно получить удар ножом прямо у порога. Ты всегда такая осторожная?

— Зато ты ужасно небрежен, — покачала головой Аталанта. — Кто же входит в чужой дом без предупреждения?

— Я думал, что хозяйка может быть на охоте или в городе. Хотел подождать здесь… Впредь буду вести себя более осмотрительно.

— Да уж, пожалуйста. Тут не привыкли ждать гостей с добрыми намерениями. Ты приятное исключение!

— Рад слышать, — с усмешкой сказал мегарец, а затем посерьезнел. — Значит, сюда уже приходили незваные посетители.

— Что-то вроде этого. Я вела себя слишком гостеприимно, о чем пожалела множество раз.

Между ними воцарилось молчание. Меланион был наслышан о смерти Ясона и мог представить ее обстоятельства. Аргонавт хорошо знал своего друга, поэтому причина кровавой мести Медеи живо представилась мегарцу. Глядя на потускневшее лицо Аталанты, он убедился в правоте своих догадок.

— Может быть, выйдем?

Девушка кивнула, и они покинули тесную хижину. Стоило выйти на воздух, как Аталанта взяла гостя под руку, словно нуждаясь в опоре. Так они направились в густой перелесок, окружающий маленькие владения отшельницы.

— Ты был в Иолке? — спросила Ата мегарца, когда деревья полностью скрыли дом и участок земли позади. — Ведь не ради одной лишь встречи со мной царевич Мегары покинул родные края?

— Верно, я пробыл в городе два дня, чтобы отдохнуть и узнать новости. Однако истинной причиной путешествия была именно ты. Разве не помнишь? Я обещал тебе, и теперь я здесь, рядом. Это единственное мое намерение, Аталанта.

Лесные тени и упавшие на лоб волосы стали для девушки спасением — они помогли скрыть замешательство. Она неловко улыбнулась и какое-то время хранила тишину — неожиданная прямота Меланиона сильно ее смутила.

«Я закалилась телом, пока охотилась и возделывала землю, но мой дух совершенно размяк!..»

Пока эта мысль крутилась в ее голове, отвлекая от более насущных рассуждений, мегарец задал вопрос: