Александр Гера – Набат 1 (страница 17)
Минуты не прошло, охранник появился снова:
— Милицейский майор в камере повесился!
Он протянул Бехтеренко листок бумаги.
— Твою мать! — выругался полковник, читая: «Я использовал свой последний шанс. В моей смерти прошу никого не винить». И ниже приписка: «Руководство отрядами «юных христиан» контролирует помощник президента Гуртовой».
— Как это случилось? — поднял глаза на охранника Бехтеренко. — Не уследили?
— Я же подсказывал! — оправдывался охранник. — Думал, он пишет, а оно вон как…
— Подсказывал, — помассировал затылок Бехтеренко, отходя с письмом к окну. — А я не поверил.
— Мотвийчука в СИЗО отправлять?
— С утра отправляйте. Этот не повесится, напрочь отмороженный. Твою мать… — выругался он еще раз.
«Надо Судских сообщить. Еще один подарок», — нехотя набирал Бехтеренко мобильный номер Судских.
Генерал откликнулся из машины: от Зверевых направлялся домой. Бехтеренко кратко сообщил о случившемся с майором и более подробно о посмертной записке, дабы смягчить трепку за недогляд. Судских самого мучили угрызения совести, и рассказ Бехтеренко он выслушал без комментариев. Заметил единственное о Гуртовом:
— Я догадывался. Кое-какие факты были. Это потом. Ты что-то, Святослав Павлович, о Мотвийчуке молчишь.
— Наглеет малый, — живо откликнулся Бехтеренко. — Я его до утра поразмыслить оставил.
— А надо бы в оборот взять. Меня не столько сынок интересует, сколько его мать. Она у нас давно на примете. Дама очень любопытная, имеет крупные связи. Я сейчас согласую с генеральным ордер на обыск квартиры Мотвийчуков, а ты просмотри информацию на мамашу. Как только ордер будет получен, выезжай. Нужен компромат, Святослав Павлович. Если мы не прижмем мадам Мотвийчук, она еще с ночи подымет такой хай…
— Обоснованный компромат или…
— Святослав Павлович, ты со мной не первый день работаешь и знать бы должен, что Судских законов не нарушает. Этических и моральных тоже. Просмотри информацию и найдешь прямой ход.
— Понял, — отвечая, покраснел Бехтеренко. Вспомнилось хамоватое поведение Мотвийчука, его остренькая физиономия, по которой он прошелся от души пятерней. Руки распустил! Не мог гаденыша морально придавить?
Все происшедшее за сегодня выбило из колеи, если не сказать точнее, что пятнадцать лет на службе в органах постепенно приближали день его душевного разлада. Все, чему его учили, что наработано практикой, разом свелось к нулю. Девчонка стреляет в своего защитника, великовозрастный балбес не боится ответственности, а за этим явно невидимые силы иезуитски перекраивают законы, без оглядки, по чьей-то прихоти.
В органы Бехтеренко пришел накануне ломки, но лейтенантом его несло в общей стремнине, старшие подсказывали фарватер, майором он лавировал самостоятельно, считая, что вот-вот вернутся стабильные времена веры в непогрешимость органов. Случилось другое: органы сами приспособились к обстоятельствам, неслись по стремнине вместе со всей страной, и многое, на чем держалась стабильность, растерялось в хаотичном плавании.
Ему представилась битва, знаменосец впереди. Вот он сражен, падает, но знамя подхватывает другой…
«А в этих странных передрягах, когда неизвестно, где враг, кто в кого стреляет, до знаменосца ли? Упал, и ладно, свои руки не заняты обузой, себя бы спасти…»
Можно вписать смерть Миши Зверева в трагическую случайность, хамовитость Мотвийчука — в закономерность смутного периода, но поступок милицейского майора не вписывался в обыденные рамки.
Бехтеренко никак не мог заставить себя взяться за дела, все пытался додумать главное: что заставило майора наложить на себя руки? Совесть? Да было, чем ему защититься, оправдаться!
«У этого тамбовского бедняги противоядия не осталось. Не захотел в дерьме со всеми полоскаться. Чище нашего ушел…»
2 — 9
Среди постоянных обитателей комплекса в Ясенево полковник Бехтеренко занимал кабинет заместителя начальника Управления по оперативной работе. Он и считался первым заместителем генерала Судских, хотя кабинетных бдений не любил и при первой возможности исчезал с оперативной группой. Возможностей хватало, и Судских не корил его за отлучки. Бехтеренко был уважаем за опыт, знание всех видов оружия, техники, за смекалку в конце концов. Мозговики Судских, его сотоварищи по НИИ, позволяли себе подшучивать над нелюбовью Бехтеренко к компьютерам, но всегда приходили на помощь, если полковник путался в программах.
Ему всегда казалось, что информация сотрется, затеряется, куда привычнее картотеки, папочки, магнитофон; однако Судских всю информацию велел загнать на дискеты, создал систему ключей и допусков, к скрытому недовольству Бехтеренко. Всякий раз он подсаживался к экрану компьютера, как садятся в кресло дантиста.
С третьей попытки он пробился в общую картотеку: на дисплее появилась информация, длинный список фамилий убегал вверх, и Бехтеренко стоически дожидался момента, когда появится нужная. Он мог бы спуститься этажом ниже, где колдовали мозговики, а в этот день с раннего утра присутствовал ас-компьютерщик Гриша Лаптев, но профессиональная гордость не позволяла. В свое время война в Чечне научила его полагаться сугубо на себя: не можешь сам — справятся подчиненные, не справятся они — всем хана. По-своему он ревновал Судских к разведке. Выходец из знаменитой «Альфы», Бехтеренко видел свою задачу несколько иначе, чем теоретически подкованный шеф: он должен получить четкую информацию, а раскапывать ее, стыковать узлы могли бы подчиненные. Это, мол, пройденный этап, не царское это дело в клавишах ковыряться.
«Вот она, голубушка!» — с облегчением остановил поток фамилий Бехтеренко и выделил нужную: Мотвийчук Н. В. Компьютер вознаградил его за терпение, и с первой попытки Бехтеренко получил досье на экране. «Все о Еве», так сказать.
«Мотвийчук Нина Владимировна, 1949 года рождения, не замужем, проживает в Москве с сыном. Четырежды была замужем: в 1967, 1974, 1979, 1988 годах. В 1997 году создала «Ассоциацию Великих Магов», является ее генеральным директором и главным магом. Образование: заочное отделение Педагогического института им. Крупской в 1969 году, вечернее отделение Университета марксизма-ленинизма в 1978 году. Послужной список: 1969–1970: 126-я школа, г. Москва, преподаватель начальных классов; 1974–1977: Ленинградский райком КПСС, г. Москва, секретарь-машинистка, завотделом, 4-й секретарь; 1977–1980: горком партии, помпомзавотделом, смотритель архива; 1980–1990: администратор санатория ЦК КПСС «Коммунист».
«Карьера рядовой партийной раскладушки!» — заулыбался понимающе Бехтеренко и стал считывать дополнительную информацию, штрихи, так сказать, к портрету:
«Из партии вышла в 1990 году, тогда же уволилась по собственному желанию. На самом деле была уличена в краже мебели санатория. Дело о краже прекращено по личному распоряжению Лигачева Е. К. Гаданием и магией занимается с 1991 года. Ее услугами пользуются многие высокопоставленные лица, в том числе и служители культов. Прекрасная интуиция, наблюдательна, хитра, по складу ума- авантюристка. На учете в КГБ с 1971 года: валютная проституция. Работать осведомителем дала согласие без принуждения в 1972 году. Псевдоним «Штучка». В 1990 году с помощью работника КГБ подполковника Рыжнова В. И. пыталась выкрасть свое личное дело из архива. Расследование не проводилось. В 1991 году предсказала Крючкову поражение в случае путча. В 1993 году предсказала победу Ельцину в случае решительных действий. Ее фраза: «Танки не должны приближаться к Белому дому, вижу много крови», подсказала решение обстреливать Белый дом с моста.
Мотвийчук Н. В. приглашалась рядом известных политических деятелей, финансистов и коммерсантов к сотрудничеству в качестве советника. С 1992 года она принимала участие в различных крупных аферах. См. раздел Х-5. В 1992 году она проходила по делу о «фальшивых авизо», в 1993 году по делу банка «Возрождение и прогресс», в 1995 году по делу ассоциации «Благо», в 1997 году по делу МММ. Во всех случаях обвинения сняты за недоказанностью. Тесно связана со многими криминальными структурами. См. раздел IX-8. В 1996 году приговорена группировкой «Бамат» к физическому уничтожению за подлог и разглашение коммерческой тайны. В 1997 году аналогичный приговор получила от рус-ско-польской мафии. В обоих случаях откупилась. Суммы выкупа — около полутора миллионов долларов. Мотвийчук Н. В. имеет личные счета в нескольких зарубежных банках, где содержит более двух миллионов долларов. См. раздел Х-17.
Мотвийчук Н. В. лично знакома со многими важными чиновниками госаппарата. Имеет практически прямой выход на президента через помощника Гуртового Л. О. С ним она познакомилась в Швейцарии в 1993 году, когда открывала счет в банке «Империал», в котором тогда работал Гуртовой Л. О. Она предсказала ему блестящую карьеру в случае возвращения в Россию. Она же способствовала его скорейшему продвижению. См. раздел XXV-3.
Сын, Мотвийчук А. В., 1970 года рождения. Постоянно проживает с матерью. Официально никогда и нигде не работал. Разведен. Семь классов образования. С 1988 по 1990 годы служил в СА, ВДВ в г. Каунасе. Служил в рембате, хотя любит рассказывать о своих невероятных подвигах десантника. До 1998 года постоянно носил камуфляж. За время службы сына мать много раз приезжала в Каунас, сделала все возможное, чтоб оградить сына от тягот армейской службы. Практически ему была создана синекура под видом лаборатории КИП.