Александр Гарин – Восстание Архидемона (страница 14)

Стражи переглянулись вторично. Отказываться после всего того, что для них сделали, было нехорошо. К тому же ничего сложного от них и не требовалось.

— Хорошо, мы согласны, — за двоих ответил Айан. Морриган поморщилась.

— А мне сказать нельзя?

Флемет не ответила. Ее дочь все поняла без слов.

— Можно, я хоть вещи соберу?

Глава 15

— … это, конечно, глупо, — чуть приотстав от идущей впереди Морриган, тихо говорил Алистер Айану, которого, по-видимому, уже считал своим другом. — Но мне хочется вернуться в Остагар. Я… мне хотелось бы найти тело Дункана. И похоронить его. Не могу представить, чтобы его пожирали эти… твари.

Айан поднял брови.

— Ты что-то такое говорил мне об осторожности, — напомнил он. — Флемет уверила, что основная Орда ушла из Остагара. Слишком холодно для них. Но осталось еще порядочно. На нас двоих с лихвой хватит.

— Да, ты, пожалуй, прав, — Алистер тяжело вздохнул. Как успел отметить про себя Айан, его товарищ вообще был склонен к пессимизму и меланхолии, которые временами успешно маскировал удачными шутками. — Но все же…

— Он был твоим другом? — ради приятеля решил поддержать эту тему Айан. Алистер на ходу сбил подобранной где-то палкой шляпку большого плоского цветка.

— Наверное. Не знаю… Дункан использовал Право Призыва. Я же не успел о себе рассказать. Я был отдан Церкви и проходил обучение на храмовника. Дункан призвал меня прямо перед посвящением. Этим он меня просто спас.

— Ты не хотел быть храмовником? — Айан не был удивлен, но история Алистера в конце концов его заинтересовала. — Зачем же ты тогда проходил обучение?

— Учиться мне нравилось, — еще один цветок стал жертвой настроения Стража. — Но, по правде говоря, у меня не было выбора. Я жил при церкви с десяти лет. Моя судьба была предрешена.

— Тебя в церковь отдали родители? — уже догадываясь об ответе, спросил Айан. Алистер невесело усмехнулся.

— Нет. Моя мать умерла в родах, а отец… видишь ли, я бастард.

— Вижу.

— О, — новообращенный удивился. — Это так заметно?

Кусланд дернул плечом.

— Когда я впервые тебя увидел — решил, что ты из благородных. Только не смог вспомнить, к какой именно семье ты принадлежишь.

Алистер промолчал. Айдан тоже не стал задавать следующего вопроса.

— Но в Остагар мы все же можем наведаться, — спустя пару сотен шагов внезапно подумал он вслух. Алистер вскинул на него изумленные глаза.

— Ты в своем ли уме, друг мой?

— А что здесь такого? — в тон ему ответил Айан, но безумная идея уже увлекла его. — Мы могли хотя бы проверить, как там сейчас. Хоть издали. Ведь обо всем, что произошло, мы с тобой знаем только со слов, — он понизил голос, — этих двух ведьм. Неумно верить на слово ведьме, пусть даже она спасла тебе жизнь.

— Мне многое показалось подозрительным, — Алистер тоже понизил голос, хотя они и до того говорили негромко. — Как-то они слишком уж старались. На тебя извели много снадобий. Я знаю, потому что помогал им с перевязками. И твои доспехи… им нет цены. Точнее, есть, но таких денег на руках я не держал никогда. И вряд ли буду. Да и ты, думаю, тоже. Они нам помогают так, как раньше никто другой. Но зачем?

— Мы ей для чего-то нужны. Я говорю о старухе, — Айан, прищурившись, бросил взгляд на скользящую впереди тенью Морриган. — Мы оба. Раньше мы с ней не встречались, да и кому могли понадобиться лишенный земель и титулов изгнанник и никому не известный бастард? Значит, мы нужны ей как Серые Стражи. Друг, я мало знаю об ордене. Зачем ведьме могут понадобиться Стражи?

Алистер метнул на него встревоженный взгляд и честно задумался. Думал он долго. Айан не торопил, уже зная, что стремительный полет мысли не был самой сильной стороной товарища.

— Не знаю, — наконец выдохнул бастард, вытирая взмокший лоб. — Я сам обращен не так давно. Дункан был занят — искал рекрутов. Постоянно в отъезде. Старшие Стражи не просвещали нас сверх необходимого для новопосвящённых. У них без того хватало забот. Может, это как-то связано со скверной в нашей крови? Старуха наверняка балуется магией крови. Но из тебя ее вытекло столько, что она могла бы набрать целый кувшин, а потом дать тебе умереть. Прости, друг. Я понимаю так же мало, как и ты.

— Эй, Стражи! — дождавшись, пока они подойдут, Морриган махнула рукой на северо-запад. — Сюда — дорога незаметная до Остагара прямо. Та, о которой мама говорила. Там лес, а потом горы. А здесь кончаются болота. Если все время в эту сторону идти, — она указала на северо-восток, — через день выйдем на дорогу в Денерим. Ваш знакомец, тейрн, Логейн, туда своих людей увел. Хотите вы идти за ним? Или у вас другие планы?

Алистер и Айан в раздумьях оглядывали окрестности. Болота действительно кончились. Вокруг, насколько хватало глаз, тянулись холмы, поросшие перелесками. Величественная горная гряда с затерявшимся в ней Остагаром, осталась в стороне. Но достаточно близко, чтобы, если не останавливаться, дошагать до нее ближе к ночи.

— Морриган, — взял на себя переговоры Кусланд ввиду того, что Алистер смущался открывать рот перед молодой ведьмой. Почему-то светлоголового Стража она не жаловала. — Нам нужно в Остагар. Ты сможешь помочь пробраться как можно незаметнее мимо оставшихся там порождений тьмы?

Глава 16

Айан хорошо запомнил день, который он провел в Остагаре перед посвящением в Стражи и битвой. Тогда в руинах древней крепости стояла поздняя осень. Золотая листва и пышное желтеющее разнотравье подчеркивали красоту и величие этого могучего каменного фортпоста, удерживавшего скверну от распространения из южных земель. За ту неделю, которую Стражи провели в гостях у ведьм, в лесах и болотах земель Коркари почти ничего не изменилось. Все так же пышные лишь местами ставшие желтеть болотные травы застили от глаз путников топкие трясины, а зелень их непролазных лесов собиралась стоять еще долгие недели. Однако в горах зима наступает всегда раньше и длится дольше, чем в долинах. Чем ближе к Остагару подходили Стражи, тем холоднее становилось вокруг. Постепенно становившийся пронизывающим ветер гнал серые клочья облаков. Осыпавшуюся листву он давно унес прочь, а та, что осталась, чавкала под ногами, подмоченная то ли подтаявшим за день инеем, то ли вчерашним дождем. По всему было видно, что еще две-три недели — и горы станут непроходимыми до весны.

— Чтоб их демоны унесли, этих порождений тьмы, — выразил общую на двоих с Айаном мысль Алистер, кутаясь в подаренный ведьмами плащ из шкур. — Если б они чуть позже подошли к Остагару! Тогда б и биться не пришлось.

— Пришлось, но не так, как летом, — внес ясность Айан. В отличие от Алистера, попеременно шмыгавшего носом, сам он пока не мерз. Погоды в Хайевере осенью были немногим мягче. — Мы бы просто дождались их и перестреляли со стен. Хотя, они бы не пошли по снегу. У нас на севере зимой снега наваливает столько, что бывает, сойдешь с крыльца — и провалишься по пояс. А здесь в горах… боюсь предположить.

Морриган, как и раньше, шла впереди. В дороге она молчала. Молодая ведьма все сказала еще у развилки, когда узнала об их намерении идти в Остагар. И теперь, видимо, закрома ее разговорчивости были исчерпаны, хотя бы пока они не уберутся из опасных мест.

Это могло показаться странным, но ни одно порождение тьмы так и не встретилось Стражам на их пути в горы. Должно быть, тварям действительно не понравилась резко испортившаяся погода. А может, дело было в другом. Айан думал об этом с тревогой, но вполне допускал, что твари могли уйти из гор совсем. Вероятно, они не пробыли в Остагаре больше, чем было нужно, чтобы обобрать тела павших солдат. Надолго оставаться вдали от людных мест не было им свойственно.

К месту, где был разбит королевский лагерь, они добрались, когда солнце уже перевалило за полуденную черту. Дорога через болота, которой вела их Морриган, из-за недавнего дождя сделалась почти непроходимой. Оборачиваясь на поскальзывавшихся в чавкающей грязи Стражей, молодая ведьма цедила сквозь зубы, что без двух сопящих недотеп она прошла бы гораздо быстрее и незаметнее. Но скорости передвижения ее ругательства не помогали никак, и на дорогу они потратили гораздо дольше, чем рассчитывали.

Лагерь королевской армии, некогда поразивший Айана своей величиной и продуманностью, исчез. На его месте Стражи обнаружили вытоптанное в грязи месилово, какое бывает только на месте вычищенных городских свалок. Кое-где валялись покрытые грязью гниющие трупы людей и порождений тьмы. Из-за разложения порой трудно было понять с первого взгляда кому чей принадлежал.

Соблюдая все предосторожности, Стражи добрались до самого великого моста. Дымы они заметили еще издали. Поэтому для них не стали сюрпризом несколько разложенных ближе к середине моста костров, возле которых кучковались фигуры порождений тьмы. Насколько можно было судить, твари не пылали боевым духом, сидя почти вплотную к огню. На промозглом ветру они действительно мерзли. С северного берега Ферелдена к горящим кострам приближалась еще одна небольшая процессия низкорослых порождений тьмы, нагруженная огромными охапками хвороста и веток.

— Их около пятнадцати у костров и четверо с дровами, — негромко подсчитала Морриган, даже несмотря на сырую погоду не пожелавшая прикрыть тело более необходимого. — Вы все еще хотите вниз спускаться? Неужто не видно вам, что нет там уже трупов никаких? Все, что могли, они забрали. Да посмотрите сами!