Александр Галич – Галич Александр (страница 101)

Дюжиков. Так они же все равно не поверят мне, станут дожидаться вас.

Кирпичников. Нет, нет, нет, почему не поверят?! Они меня в лицо не знают. Только по фамилии. Они ведь с моим заместителем дело имели. Вы скажите им, что вы — Кирпичников, и точка!

Дюжиков(засмеялся). Ладно, попробую. Хоть бы не запутаться — что за кого говорить…

Кирпичников. Ничего, ничего, вы человек молодой, оперативный, разберетесь. Так, значит, условились?

Дюжиков. Условились.

Кирпичников. Желаю удачи!

Кирпичников уходит, и Дюжиков остается один. Долго покачивает головой и с ненавистью смотрит на телефон. Снизу, с улицы, доносится шум проснувшегося города. Снова появляется в дверях Дежурная горничная.

Дежурная. Уборочку у вас можно произвести?

Дюжиков. Пожалуйста. Я вам не помешаю?

Дежурная. Разве гость может помешать? (Принимается за уборку номера, искоса с интересом поглядывая на Дюжикова.) А что это вы — такой день замечательный, а вы в номере сидите? Не заболели случайно?

Дюжиков. Да нет, я телефонного звонка жду. Междугородного.

Дежурная. Издалека?

Дюжиков. С Таймыра.

Дежурная. Откуда?

Дюжиков. С Таймыра.

Дежурная(неопределенно и сочувственно). Да-а, это конечно… И вы что же, сами оттуда?

Дюжиков. Вот именно.

Дежурная. Нравится?

Дюжиков. Да. Очень!

Дежурная. Бывает… Вот, знаете, мне Кашкин Никодим Спиридонович тоже предлагал на подсобное хозяйство перейти. Потом еще меня в нижний буфет звали. А я отказалась. Из принципа. Я со своего этажа никуда не уйду. Про меня даже директор на общем собрании сказал: ну, товарищ Пуговкина, она энтузиастка тринадцатого этажа. Это правда! Я действительно энтузиастка. И работа мне нравится. По одним номерам пройдешь, и все равно как в путешествие съездила, честное слово! Вот вы, например, с Таймыра. А другой — из еще того пуще. А третий такое скажет, что и не выговоришь. Два раза так вот зайдешь, а на третий тебя уж и в гости приезжать приглашают… Приезжайте к нам, товарищ Пуговкина, в Биюк-Кирасу, честное слово… А я потом иду с работы домой и думаю: а ведь, может, и вправду я когда-нибудь поеду в это самое Биюк-Кирасу. Нет, я очень за свой этаж болею душой…

В дверь стучат.

Дюжиков. Прошу.

Входит Маленький человечек в клетчатом пальто и зеленой шляпе.

Человек в клетчатом пальто(бойко). Товарищу Кирпичникову — пламенный привет! Синтетический номер — икарийские игры с пением! Будете смотреть?

Дюжиков(испуганно). Нет, нет, не надо!

Человек в клетчатом пальто. Как — не надо? Вы — Кирпичников?

Дюжиков. Да.

Человек в клетчатом пальто. Вы Кирпичников и вам не нужны икарийские игры с пением? Смешно! А чем же вы разбавляете классику?

Дюжиков. А я ее ничем не разбавляю.

Человек в клетчатом пальто(опешил). Вот как. Ну, хорошо! Мы будем работать характерный танец. Это почти классика. Я не прощаюсь! Привет! (Поклонился и исчез.)

Дежурная. Симпатичный… Вот, знаете, тут в номере, до вас, на прошлой неделе один молодой человек жил. Тоже очень симпатичный. Между прочим, на вас похожий… Верно, верно… Все крыжовником меня угощал… Как-то его было звать чудно… Не то Шпинатов… не то Салатов… Нет, не помню! Я в понедельник утром прихожу на работу, а на Ольге Николаевне прямо лица нет… Этот, говорит, который крыжовником угощал, так он, говорит, уехал и за номер не заплатил… Придется нам за него рассчитываться! Так я даже заплакала, честное слово! Мне не денег жалко, а мне обидно, что на наш этаж такое пятно…

В дверь просовывается голова Кирпичникова.

Кирпичников(шепотом). Внимание! Дюжиков. Что такое?

Кирпичников. По коридору идет Люба Попова! Дюжиков. Кто?

Кирпичников. Люба Попова! Девушка нашего… этого — из Гудермеса! Я ее сразу узнал. Не забудьте ей сказать, что он ее полюбил с первого взгляда… Приготовьтесь! Желаю удачи! Прощайте! (Исчезает.)

Пауза.

Дежурная. Симпатичный! Ну, теперь у вас чистенько — сидите себе на здоровье.

Дюжиков. Спасибо.

Дежурная. Так откуда, значит, вы приехали? Дюжиков. С Таймыра.

Дежурная(запоминая). С Тай-мыра.

В дверь стучат.

Дюжиков. Да?

Дежурная. Не беспокойтесь — я отворю. (Открывает дверь, пропускает в номер Дуню Бабурину и выходит.)

Дуня. Здравствуйте.

Дюжиков(внимательно смотрит на Дуню). Здравствуйте. Входите, пожалуйста.

Дуня(нервно). Спасибо… Мне звонили от вас… Сказали, что я могу зайти…

Дюжиков. Да, да. Совершенно верно…

Телефонный звонок. Дюжиков хватает трубку.

Алло?.. Сижу, сижу… Сижу и не отхожу… Когда вы соедините меня? Алло… Алло… Ах, будьте вы там неладны. (Положил трубку и снова внимательно посмотрел на Дуню.)

Пауза.

Дуня(смутилась). Ну, что вы так смотрите на меня?

Дюжиков(тоже смутился). Извините…

Дуня. Ой, нет, что вы! Это вы извините…

Дюжиков. Heim тут рассказывали про вас.

Дуня. Ругали, наверное?

Дюжиков. Нет, наоборот.

Дуня(усмехнулась). Странно.

Дюжиков. Ну, почему — странно? А за что вас ругать?

Дуня(махнула рукой). Меня-то? Ох, меня есть за что! Я сама иногда так ругаю… Впрочем, это не важно!

Дюжиков. Да, конечно. Так, значит, я вам должен сказать…

Дуня. Да, непременно. Только честно скажите, ладно? Да или нет? Если — нет, плюну на все и уеду!

Дюжиков. Хорошо. Садитесь.

Дуня. Спасибо… Я ужасно волнуюсь, так что уж лучше сразу! Хорошо?

Дюжиков. Хорошо.

Дюжиков приготовился говорить, но, к его великому удивлению, Дуня быстро подходит к роялю, поднимает крышку и придвигает стул.