Александр Галич – Галич Александр (страница 100)

Кирпичников. Тем более! Вы считаете, что наш полуостров Таймыр ваша личная собственность и никого, кроме вас, не может интересовать?

Дедушка(грозно). Как-то это прямо даже неудобно получается.

Дюжиков(улыбнулся). Извините!

Кирпичников. То-то! Давайте быстренько: с кем я должен увидеться и по какому вопросу?

Дюжиков(расстегнул портфель, вытащил папки с делами, положил на стол). Глядите, вот эту докладную записку надо сдать в расчетный отдел Северопроекта и попросить их не позже чем к завтрашнему дню составить примерную смету…

Кирпичников. Будет исполнено. Что еще?

Дюжиков. У них там есть типовые проектные альбомы инженеров Яковлева и Полторацкого. Надо постараться выпросить у них комплектов десять-пятнадцать..

Кирпичников. Двадцать вынем! Что в Министерстве народного хозяйства?

Дюжиков(начинает понемногу увлекаться). Там есть некий Николай Николаевич Синицын. Крупнейший специалист по морозоустойчивым культурам. Маг и волшебник. Его надо уговорить приехать к нам. Непременно! Хотя бы на полтора-два месяца…

Кирпичников. А на что брать?

Дюжиков. В каком смысле?

Кирпичников. Деньги или романтика?

Дюжиков. Романтика.

Кирпичников. Ладно. Попытаемся. Все?

Дюжиков. Все.

Кирпичников. Так. Товарищи, подходите, получайте задание. Кто следующий?

Гришко. Я. П-пожалуйста. Я очень с-спешу…

Дюжиков(просматривает бумаги). Минуточку… Так… Ага… вот она! Эту бумажку вы вручите под расписку в Центральную бухгалтерию Главсевморпути. Ни в коем случае не забудьте взять расписку!

Потом вам нужно будет узнать, когда переведены деньги по госдотации и номер авизо…

Гришко. Есть.

Дюжиков. У Геолого-разведочного управления постарайтесь вырвать двух человек.

Кирпичников. Просите трех!

Дюжиков. А зачем трех?

Кирпичников(снисходительно улыбнулся). Просить надо трех, а соглашаться на двух. Ясно?

Гришко. Ясно! А кого и-именно?

Дюжиков. Одного инженера-нефтяника и одного консультанта по черным рудам. Напомните, что они нам обещали. Передайте привет Полякову от Талалая.

Гришко. Все?

Дюжиков. Все.

Гришко. Ладно. Я, в таком случае, бегу… Да, кстати…

Дюжиков. Что такое?

Гришко(взяв Дюжикова под руку, отвел в сторону). Тут с-скоро зайдет одна моя знакомая… Люба Попова…

Дюжиков(кивнул головой). Так. И что же?

Гришко(растерянно). Она зайдет, а м-меня не б-будет… Впрочем, может быть, это и х-хорошо, что меня не б-будет! Вы п-понимаете, я н-не виделся с нею целый год… Только п-письма п-писал… Но зато я очень часто представлял себе, как мы встретимся с нею и я ей скажу… Ну, вы сами понимаете… о чем… скажу ей все, а она вдруг засмеется… Что тогда?

Дюжиков. Тогда скверно.

Гришко. И вот я х-хочу в-вас просить — скажите ей! Скажите ей, что ее очень любит о-один человек. Можете не называть моего имени — она с-сама догадается… Скажите ей, что он, этот человек, постарается на этот раз остаться в Москве… Потому что она живет здесь, и он хочет быть… Ну, вы понимаете? Вы не с-серди-тесь н-на меня з-за эту идиотскую просьбу, но ведь мне больше н-некого…

Дюжиков(серьезно). Все понимаю. Поговорю с нею обязательно. Счастливого вам пути, и не волнуйтесь! Товарищи, кто следующий?

Дедушка. Я.

Дюжиков. У вас что?

Дедушка. У меня эти… как их… Главлес и Стальконструкции!

Гришко. Я ушел. До свидания, товарищи!

Дюжиков. Не забудьте расписку!

Гришко. Не з-забуду… Вы тоже не забудете, да?

Дюжиков. И я не забуду!

Гришко. До свидания. (Уходит.)

Кирпичников(вздохнул). Нервничает! Любовь! Нет, нет, нет, он очень хороший человек! Кто следующий?

Дедушка. Я, что ли?

Дюжиков(командирским тоном). Значит, с вами, товарищ!

Дедушка. Слушаю.

Дюжиков. В Главлесе, в отделе заготовок, необходимо устроить скандал.

Дедушка(записывает). «Устроить скандал…»

Дюжиков. Сможете?

Дедушка. А что ж тут такого особенного?

Дюжиков. Сначала вы им заявите, что до тех пор, пока они нам не пришлют механизированных установок по сплотке, выгрузке и погрузке, — ни одного кубометра древесины сверх плана они от нас не получат! Заявите?

Дедушка. Будьте покойны! Ничего они от нас не получат.

Дюжиков. Ну, по плану-то получат.

Дедушка. А я говорю — ничего не получат! Ни по плану, ни сверх плана! Дальше.

Дюжиков. А дальше так: когда они начнут извиняться — вы им покажете это письмо…

Дедушка. Оно про что?

Дюжиков. Про то, что мы теперь сами освоили производство перегружателей и в их благодеяниях не нуждаемся!

Дедушка. Освоили! Молодцы, хвалю! Еще что?

Дюжиков. Самое важное — получить в Сталь-конструкции наряд на подшипники. Наряд дело нехитрое, чернильное — выписать его, и все! Но у них там путаница с очередями, и они бессовестно тянут…

Дедушка(записывает). «Бессовестно…» Все? Дюжиков. Все. Учтите, что это не так просто. Дедушка (высокомерно). Это смотря для кого! Дозвольте откланяться — побежал на конференцию! (Уходит.)

Кирпичников(осторожно покашлял). Между Прочим, товарищ Дюжиков, у меня к вам тоже будет одна небольшая просьба…

Дюжиков. Пожалуйста! Все, что угодно!

Кирпичников. Видите ли, я обычно езжу в командировки с моим заместителем. Я хозяйственными вопросами занимаюсь, а переговоры с артистами ведет он… Я, знаете, не люблю, когда весь день поют… Не выдерживаю… Час или два — ничего, а больше не могу. В голове шумит, в глазах темнеет, и подташнивать начинает… А между прочим, артисты к нам так и рвутся! К сожалению, главным образом плохие! За хорошими мы сами бегаем, а плохие за нами бегают. Так вот, поскольку я сейчас ухожу по делам, а они уже наверняка разузнали, что я в Москве, и в скором времени начнут появляться, так вы им всем объясните, что прием артистов на этот раз крайне ограничен.