Здесь никого воспитывать не нужно,
и это с нами было не вчера.
Но замечаю – слишком равнодушно
глядит на ветеранов немчура.
Германия покаялась как будто.
Вопрос закрыт, но мною не решён.
Возможно, что я сам себя запутал,
и всё же, как скажу им: данке шон?
Возможно, нам, войны не пережившим,
такая настороженность вредит,
Но только память раной незажившей
всё время кровоточит и саднит.
Круизный лайнер, в порт зайдя сегодня,
сверкал в лучах от носа до кормы.
Мне показалось: немцы нас свободней,
хоть были победителями мы.
«О, Россия моя! Край берёз и рябин!..»
О, Россия моя! Край берёз и рябин!
Всё мне дорого в ней —
деревеньки, часовенки…
Я Россию люблю, как и раньше любил.
Мог любить и сильней,
но мешают чиновники.
Бессмертный полк
Мы очень мало знаем о войне,
в ней белые ещё остались пятна,
зато детишкам нашим всё понятно,
и фактов им достаточно вполне.
Они своим путём идут давно
и путают события и даты.
Для них слова «солдаты», «медсанбаты» —
абстрактные понятия. Кино…
Нам осуждать не надо молодёжь,
наверно, мы её учили скверно.
Слова – такие, как «гестапо», «вермахт» —
не режут слух ей, не бросают в дрожь.
Как интересно с ней порассуждать
о том, как воевать нам было надо.
Спросите о блокаде Ленинграда:
«Сдались бы – не пришлось бы голодать…»
Всё в мире перевёрнуто сейчас.
И где-нибудь во Львове или в Риге
уж кто-то переписывает книги
и учит толерантно мыслить нас.
И надо же, есть те, кто вторит им,
кого колонной пятой именуем.
Мы слышим:
«…Нет войны, а всё воюем!..»
Ну сколько можно?
И «…отдайте Крым!»
Как хорошо, что есть другой настрой.
Другие люди есть, их миллионы.
Бессмертный полк несёт свои знамёна,
свои победы, дух геройский свой.
И этот дух нам всем необходим,
а главное, подросткам – для подпитки.
Бандеровцам, фашистским недобиткам,
ни Ленинград, ни Крым мы не сдадим.
Война… Не всё рассказано о ней.
Не всё мы объясним потомкам внятно.
Зато всем нашим недругам понятно,
что стали мы сильнее и мудрей.
И в наших устремлениях есть толк:
всё то, что нам назначено, исполним.
Людей объединил Бессмертный полк. 
