Александр Федоров – Башни Койфара. Хроники Паэтты. Книга VIII (страница 8)

– Ну я не думаю, что стоит всерьёз воспринимать слова каждого пьяницы! – возразил Пайтор.

– Не скажи! Мессир Ваган при всех его недостатках – вполне умный и толковый маг, и я бы не стал отмахиваться от его советов.

– Тогда, может, подадимся в Латион? – предложил Пайтор. – Сомневаюсь, что Латионская академия обнесена такой же стеной! Полагаю, там у нас будет больше шансов!

– И отказаться от возможности однажды войти в Деканат5? – вскричал Паллант. – Выпускников Академии неохотно принимают даже в Орден, а уж в Деканат – тут и думать забудь!

– А ты уже нацелился попасть в Деканат? – рассмеялся Пайтор.

– Надо всегда замахиваться на большее, – Палланта явно задел этот смех. – Я не утверждаю, что сумею сделать это, но если не ставить подобных целей – тогда уж точно ничего не выйдет!

– Меня учили иначе, – примиряюще проговорил Пайтор. – Все эти звания и тёплые места не имеют значения для учёного, а зачастую даже и мешают ему. Так говорил мессир Сурнар.

– Никому не известный маг из захолустья? – презрительно скривился Паллант. – А ты не думаешь, что сам он в юности, как и мы, пытался вступить в Орден, но получил отказ и разобиделся на весь свет? Да и потом – сильно ли он продвинулся в научных изысканиях? Помогла ли ему его безвестность?

– Ну то есть ты не рассматриваешь вариант с Латионом? – Пайтор решил пропустить мимо ушей эти довольно обидные слова, понимая, что приятель сейчас заведён настолько, что у них есть все шансы впервые серьёзно поссориться, чего ему совсем не хотелось.

– Ни при каком раскладе! – безапелляционно объявил Паллант. – Ну разве что пройдёт много лет, а я всё ещё не сумею вступить в Орден, и надежды на это совсем не останется. Но я не верю в такое развитие событий. Мы обязательно что-нибудь придумаем, мессир Пайтор, вот увидишь! В башне Кантакалла ещё узнают о нас, и очень скоро! А пока пойдём, перекусим чего-нибудь, пока у меня от тоски не сделалась изжога!

Пайтор тоже почувствовал, что у него разыгрался аппетит. Молодой организм требовал своё, и даже переживания и волнения не могли заставить его надолго позабыть о еде. В конце концов, он теперь не один, а это – уже несомненный плюс. Вдвоём они наверняка что-то придумают!

И он отправился вниз по лестнице вслед за приятелем, стараясь не думать о всё скудеющем день ото дня кошельке.

Глава 4. Поиски

Теперь друзья снимали убогую комнатушку, расположенную в верхнем этаже одного из множества домов, окружающих Койфар. Их квартал был одним из тех, что принято было считать благополучными – на улице здесь было относительно чисто (в понятии жителей Шатра это означало, что нечистоты не текли прямо по ней, предпочитая имеющуюся сточную канаву), а также можно было выйти вечером из дому, имея вполне приличные шансы вернуться обратно живым и здоровым.

Тут не было вездесущих притонов, где курили дурную траву, хотя сладковатый запах дыма и здесь преследовал повсюду. Но главное – здешние обитатели не выглядели вырвавшимися на свободу демонами Хаоса – их лица, быть может, и не были обременены излишним интеллектом, но всё же были лишены сифилисных пятен и тех признаков деградации, что обычно присущи жителям трущоб.

Комната была небольшая и едва вмещала пару лежанок, которые хозяин гордо именовал кроватями. Мелкое окошко почти не впускало воздух с улицы, что, говоря откровенно, возможно было и к лучшему. Над их комнаткой имелся небольшой чердак, но он нисколько не спасал от жара раскалённой на солнце крыши, так что здесь была извечная духота и днём, и ночью. В том же доме вполне можно было снять комнату и в первом этаже, но стоила она вдвое дороже. А здесь, по крайней мере, молодые люди были избавлены от того, что какой-нибудь прохожий может просто заглянуть в их комнатушку через окно.

Прошло больше трёх недель с момента их встречи у ворот Садов, и до сих пор они продолжали оставаться по эту сторону стены. Ни тот, ни другой так и не получили вожделенных пропусков. Тот самый мессир Тербьен, покровитель Палланта, так и не соизволил, видимо, замолвить словечко за далёкого и неведомого провинциального родственника. А письмо, написанное в день приезда Пайтором, похоже, не особенно впечатлило какого-то клерка из секретариата Ордена.

По новому обиталищу молодых людей нетрудно было догадаться, сколь быстро таяли в этом жадном до денег городе их скромные накопления. Паллант уже успел написать отцу жалобное письмо, пронизанное, однако, надеждами на светлое будущее. Там он, разумеется, просил ещё немного денег. Впрочем, поскольку он не мог позволить себе отправить письмо нарочным, доверившись императорской почте, можно было не сомневаться, что адресат получит депешу уже тогда, когда его отпрыск будет вовсю бедствовать в нищете.

Пайтор же прекрасно осознавал, что ему писать отцу не имеет ровным счётом никакого смысла. Несчастный старик и так, похоже, отдал сыну последнее, и сам теперь жил неизвестно на что. Так что оставалось лишь потуже затянуть пояса, что выражалось в первую очередь в том, что они съехали из памятного читателю трактира гораздо ниже, к самому подножию Койфара, где и сняли небольшую комнатушку на двоих.

Сам Пайтор считал, что это даже и к лучшему. Угроза скорого полного безденежья должна была подстегнуть обоих начинающих волшебников поскорее найти себе занятие, которое не только откроет перед ними врата к вершине, но и материально обеспечит их в достаточной степени, чтобы иметь возможность найти себе жилище получше, а соседей – поприличнее.

Сам он активно работал в этом направлении. Тайком от приятеля он продолжал рассматривать военную службу как один из перспективных вариантов. Да, теперь, в отсутствие войн, нечего было и думать о том, чтобы снискать себе скорую и громкую славу на этом поприще, но всё же место в армии давало не только доход, но ещё и казённое жильё, что позволяло двигаться в направлении намеченной цели даже и в более спокойном темпе.

Пайтор даже пару раз наведывался в пункты вербовки, однако у него начинало сводить скулы уже от одного вида этих служак, словно вырубленных из одного и того же куска дерева. Он понимал, что стоит ему поставить свою подпись на одном из этих листов, и они с Паллантом окажутся запертыми вместе с этими солдафонами где-нибудь на границах с Латионом на долгие годы.

Едва лишь осознавая это, молодой маг тут же уходил прочь, провожаемый равнодушными взглядами скучающих солдат. После второго раза он окончательно понял, что не хочет себе такой судьбы, и решил пытать удачу где-нибудь ещё.

Всегда была возможность предложить свои услуги какой-нибудь конторе или даже частному лицу. Некоторые держали при себе личного мага из соображений безопасности, но большинство – как символ собственной значимости. Среди богачей Шатра было модно иметь в качестве помощника или телохранителя волшебника – так же, как среди великосветских дам не так давно в моду вошли маленькие белые собачки, которым по дурному примеру одной «светской львицы» стали красить в голубой или пурпурный цвета спинку и хвост.

Именно поэтому ни Паллант, ни Пайтор не заговаривали об этой возможности, хотя, казалось бы, это был самый простой путь на вершину Койфара. Быть может спустя какое-то время, отощав достаточно, чтобы избавиться от лишних запасов гордости и предрассудков, они и испробуют этот путь, но пока что даже думать об этом молодым людям было тошно.

Что касается Палланта, то его растерянность и уныние затем сменились кипучей деятельностью. Он то и дело загорался какими-то прожектами, идеями. Он бывал в десятках разных мест, иногда даже встречаясь с какими-то личностями, не внушающими приятелю особого доверия. Хвала богам, положение обоих друзей покамест было не столь отчаянным, чтобы хвататься за столь сомнительные шансы и участвовать в предлагаемых авантюрах.

Тем удивительней, что идею, захватившую обоих, нашёл всё-таки не он, а Пайтор, который, казалось, делал вдесятеро меньше друга, встречаясь с вдесятеро меньшим количеством людей и бывая во вдесятеро меньшем количестве мест. Хотя можно сказать и иначе – эта идея словно бы сама нашла юношу, когда тот меньше всего этого ждал.

В тот день он всего лишь отправился на местный рынок за рыбой – жена хозяина комнаты соглашалась готовить для них за небольшую дополнительную плату, но продукты «мальчики», как ласково называла их эта немолодая полная женщина, должны были приносить ей сами.

Выбирая среди обилия рыбы ту, что была бы достаточно хороша, свежа и жирна, но при этом не сильно била по карману, он невольно стал свидетелем разговора двух женщин, встретившихся возле тех же прилавков.

– Ты ли это, Суанна? – воскликнула одна из них, подслеповато вглядываясь в довольно молодую, а главное, достаточно прилично одетую женщину. – Ничего себе! Выглядишь как одна из наложниц императора! Где ты раздобыла такой наряд?

В голосе женщины восторг густо перемешивался с завистью, но она даже не пыталась это скрыть. Да и та, которую назвали Суанной, похоже, была как раз польщена этими нотками зависти даже больше, нежели вполне искренними восторгами.

– Боги одарили меня работой, Брули! – самодовольно отвечала она, намеренно повышая голос так, перекрыть гул, стоящий на рынке. Ей явно хотелось, чтобы это слышали все. – Я теперь – кухарка у одного волшебника! Управляюсь на кухне, хожу за продуктами, прибираю посуду за ним.