Александр Егоров – Девять дней Демона (страница 10)

– Почему нет, – сказал Андрей. – Где встречаемся?

Дэн подумал.

– Ладно, сиди и жди, – сказал он. – Собери вещи, за тобой придут… шутка. Короче, скоро буду. Спускайся.

И повесил трубку.

В комнате ничего не изменилось, разве что стало светлее. Равномерный гул моторов доносился с улицы, и стекла еле заметно звенели. Андрей встал у окна, как был, в одних трусах. По проспекту катились темные грузовики с решетками на окнах – туда, на север.

Андрей поежился.

Отыскал джинсы и футболку. Поглядел на красиво расставленные кроссовки – и не стал трогать.

Надел белые кеды. Вздохнул и запер за собой дверь.

* * *

Фонари мерцали в тумане. Казалось, будто они плывут по воздуху, покачиваясь и сталкиваясь. Ранние прохожие жались к домам, стараясь слиться с тенью. Это было похоже на американский фильм про войну, тупой и сентиментальный, с длинными планами, снятый каким-нибудь Шпильбергом с прицелом на «Оскара».

Андрей стоял под аркой, провожая взглядом автомобили. Те пролетали мимо, не задерживаясь.

«Гольф» притормозил рядом, просигналил нетерпеливо. Андрей отделился от стены и отворил дверцу. Дэн улыбался.

– Я бы и один сгонял, – сказал он. – Но вдвоем надежнее. Опять же, будешь хвост прикрывать. Как стрелок-радист, понял?

Кивнув, Андрей уселся рядом с ним.

Несколько радиостанций крутили песенки по плэйлисту. Утренние диджеи только собирались на работу. А может, уже никуда и не собирались.

У виадука на Черной Речке неожиданно образовалась пробка. Дэн уперся в хвост старому «мерседесу». Побарабанил пальцами по рулю. Не говоря ни слова, поставил машину на ручник и вылез. И тут же пропал куда-то.

Андрей вышел тоже.

В воздухе висел бензиновый дым. Над железной дорогой поднималось солнце, и небо там розовело, словно занавес приподнимался над миром. На северо-западе небо еще оставалось темным, но и в этом лиловом небе уже виднелись сизые, клочковатые клубы дыма и как будто даже сполохи пламени. Что-то в этом было непривычное и неприятное.

– Я у людей поспрашивал, что случилось, – сказал Дэн, вернувшись. – Никто не знает. Ноль информации. Говорят, взрыв видели с последних этажей.

Из «мерса» вылез мужик в мешковатом спортивном костюме, по виду – нормальный бомбила-нелегал. Не спеша закурил. Глянул на них красными глазами.

– Хреново день начинается, – заметил он. – А может, и не только день.

Он сплюнул и продолжил:

– Вчера гонял весь день до Пулково и обратно. Люди целыми семьями улетают. Билеты прямо в аэропорту берут, за любые деньги. Никогда такого не видел.

– Куда летят-то? – поинтересовался Денис.

– А куда угодно. Сразу несколько чартеров подогнали. Откуда что и взялось.

Он снова плюет, как будто с досадой.

– И если бы только чартеры… часов с двух, смотрю, господа пожаловали. Ну, этих на лимузинах в вип-зону подвозят, к старому терминалу. С охраной, с мигалками. Через каждый час обычные рейсы откладываются, литерные взлетают, видите ли…

Тут он отгружает еще кое-что весомое в адрес улетающих господ. Дэн уважительно кивает.

– Вот вы телевизионщики, – глазастый мужик кивает на камеру (она лежит наготове на заднем сиденье). – Как вы думаете, к чему бы это всё?

– К чему? – Дэн умеет притворяться простачком, когда хочет.

Но таксист не ведется.

– Нихрена-то вы не знаете, – морщится он. – Только языком треплете в своих новостях. Вчера по первому что сказали? Обеспечение безопасности в зоне экономических интересов. Ну, ладно. Хорошо. Только у нас-то здесь, блин, что за спецоперация?

Он глядит куда-то мимо. Бросает сигарету, присвистывает.

На севере, за высотными домами, в светлеющем небе медленно проявляются силуэты дальних высоток.

Но кое-что изменилось.

Одна из двадцатипятиэтажек на Пионерской укоротилась на треть. Теперь она завершалась черным дымящимся обрубком. По краям что-то искрилось и неярко горело.

Соседние высотки казались целыми. Они понемногу выступали из тумана, и оранжевое солнце отражалось в серебристом металле.

– С добрым утром, Нью-Йорк, – объявляет Денис.

– П[…]ц, приехали, – отзывается кто-то сзади.

Оказывается, все смотрят в одну сторону. Позади кто-то нервный отчаянно сигналит и мигает фарами.

– Тэ-эк, – говорит таксист. – Клиенты будут.

Не глядя больше по сторонам, он лезет в свой «мерс». Выкручивает руль. С хрустом выворачивает на газон, оставив полбампера на асфальте. Поддает газу. Из-под колес летят комки грязи. «Мерс» ревет дизелем и срывается с места, прочертив на газоне четыре черные борозды.

Трое или четверо на внедорожниках следуют его примеру. Остальные суетятся, подают задом, маневрируют и разворачиваются.

– Подберемся поближе, – говорит Дэн, закусив губу. – CNN запись с руками оторвет.

* * *

Битые стекла хрустят под ногами. Сильно пахнет газом и гарью. Милицейские мигалки вертятся как-то безнадежно. Омоновцы в редком оцеплении – растерянные. Вокруг слышны крики и ругань. Воет сирена «скорой помощи».

Денис тащит штатив с камерой. Он старается не споткнуться о какую-нибудь дрянь на дороге. Дряни здесь дополна. Обломки и обрывки разлетелись на сотни метров. Страшно даже подумать, чем они могут быть.

Дэн отпихивает зевак. «С дороги, телевидение», – злобно цедит он.

Ему все пофигу. Он ищет выгодный ракурс.

– Стой, – говорит он. – Вот отсюда нормально.

Штатив установлен. Дэн делает панораму. Громадное обезглавленное здание – прямо перед нами. Ему снесло крышу, а вместе с крышей – пяток верхних этажей. Снизу не видно, что там. Что-то горит там и чадит, и вонь ужасная.

Нижние ярусы завалены грудами бурых обломков, будто дом растет из муравейника. Люди, как муравьи, снуют по обломкам. Спасатели ищут раненых. Может, и хорошо, что деталей не видно.

– Дрон, скажи что-нибудь, – просит Денис.

Он разворачивает камеру. Нажимает кнопку.

– Мы ведем репортаж с места событий, – говорит Андрей очень спокойно. – К сожалению, сотрудники МЧС не пускают нас в зону оцепления и комментариев не дают. Но, по предварительным данным, обрушение многоэтажки на Пионерской явилось следствием внешних причин.

Дэн слушает и кивает.

Точно так же с четверть часа назад они выслушивали МЧС-ников. Те были немногословны, говорить на камеру отказались. Прибывшие позже военные вообще ничего не стали объяснять и прогнали всех за оцепление. Вид у них был ошалелый.

Народ вокруг и вовсе ничего не понимал. Из проезжавших мимо машин ничерта не было видно. К тому же, те, кто на самом деле что-то видел, поспешили убраться подальше. На месте остались просто любопытные бездельники, да еще бомжи, приковылявшие от закрытого метро – короче, всё как обычно.

Денис машет рукой: пауза. Местные давно уже порываются что-то сказать. «Поехали», – кивает Дэн.

– Итак, очевидцы выдвигают самые разные версии, – это Андрей дает подводку. – Давайте их послушаем.

– Я проезжал мимо, – начинает один очевидец. – Верхние этажи уже рушились. С таким грохотом, как будто сразу со всех сторон.

– Это звук от других домов отражался, – подсказывает кто-то не в меру умный.

– А до этого, говорят, был взрыв. Сразу же окна везде погасли. Горело? Не знаю, я не видел. Гореть уже потом начало.

– Отчего же произошел взрыв? – спрашивает Андрей.

– Заминированная квартира, – предполагает кто-то.