Александр Демидов – Товарищ Грейнджер (страница 5)

Катя молча уставилась на книгу.

Теперь вопросов добавилось. Она только что сделала что-то неестественное. Но раз она это сделала, то это возможно. Только как?

А ведь это еще не все! Она не знала, где именно лежит книга, она собиралась ее искать. А та сама прилетела к ней. Книга разумна, что ли? Бред. Но у Кати просто не было нужных сведений. Если оставить за скобками способ, которым она добыла книгу, то остается вопрос, как она без поиска добыла нужную? Кто искал книгу вместо нее?

Катя нервно зашагала по комнате.

Строго говоря, рассудила она, это далеко не первая странная вещь, случившаяся с ней. Самая главная — само по себе ее существование в чужом теле. Множить сущности глупо, следовательно, ее способности — дело рук… ну или ложноножек тех же сил, что отправили ее сюда. Это совершенно логично. Как это работает — да мало ли как, может, на Луне какая-то машина стоит, которая все это и делает. А может, эта машина размазана по всей атмосфере Земли. Уровень возможностей несоизмерим, так что и гадать глупо. В любом случае, очевидно, Катя — не единственный оператор это машины. Есть еще. И она таких операторов видела. Видела не поодиночке — значит есть целое сообщество. И они как-то засекли использование этих возможностей ею. Надо быть осторожнее.

Она настороженно прислушалась. Никаких хлопков не было. Следовательно, они появляются или когда действие очень мощное, или если происходит оно в публичном месте. Неужели так уважают частную собственность? Нет, Катя в данном случае не против, но это полный кретинизм.

Она твердо решила научиться владению этими своими способностями. Что с того, что она не знает, как они действуют? Уже здесь ознакомившись с работами Эшби, она в полной мере оценила метод «черного ящика». Такие навыки ей очень пригодятся, какое бы будущее ни расстилалось под ее ногами. Стоит потратить время, чтобы овладеть ими.

Катя попробовала заставить книгу зависнуть в воздухе, но ничего не получилось, хотя старалась она до вечера. Единственное, чего ей удалось достичь — заново ощутить знакомое тепло.

Читать в этот день она ничего не читала.

День за днем Катя пыталась работать с этим «теплым шариком». Теперь он отзывался послушно. Словно Катя поймала то неуловимое ощущение, которое и ответственно за его восприятие. Но он очень редко что-то делал… Нет, не так. «Что-то» он мог делать регулярно, достаточно просто отпустить его, вытолкнуть за пределы организма. Просто Катя его не отпускала, ей не нужно было «что-то», ей нужно было «нечто». Не флюктуации. И иногда он делал именно то, что Катя хотела.

К апрелю ей удалось заставить книги самостоятельно летать по кругу, подпрыгивая в такт неслышному ритму. У нее захватило дух, ведь это происходило даже без контроля с ее стороны! По правде говоря, Катя испугалась, что не сможет заставить книги прекратить полет и родители что-то увидят, но достаточно было приложить к книгам обыкновенную физическую силу, чтобы они послушно позволили Земле притянуть их. Незнакомцев с палками не появлялось, по всей видимости, мощность воздействия не превосходила некоего порога.

Между прочим, теперь Катя не тратила все свое время только на тренировки по управлению своими способностями. Физическим упражнениям она тоже уделяла достаточно много внимания. Теперь она была несколько крепче, чем летом. Многие делали пробежки по утрам, Катя решила, что вот это и есть то немногое, что у буржуев действительно стоит позаимствовать. Сама она бегала с начала марта. Было сперва тяжело, но оно того стоило. Тело обретало форму.

В школе дела наладились. В конце концов Катю перестали задирать: ответ всегда следовал незамедлительно. Правда, теперь она больше не считалась «пай-девочкой», и общение родителей с директором и учителями стало не чтобы обычным явлением, но и нередким. Хотя ярлык «хулиганки» на нее все-таки не повесили. То ли прошлые заслуги зачлись, то ли не дотягивала Катя до этого звания, что вполне справедливо, раз первой она ни к кому не лезла…

Зато ей удалось подобрать двоих ребят и одну девочку для организации пионерской ячейки. Вот только она пока не знала, как к ним подступиться. Ведь ячейка должна быть подпольной! А как проверить, можно ли доверять им такое важное дело? Есть и преимущества у них, и недостатки. С одной стороны, у одного мальчика мать тоже была врачом, а отца у него не было, но он был немного расхлябанным. Еще один был круглым сиротой, но наследником целого состояния. Ну а у девочки родители хоть и работали на руководящих должностях в торговой фирме, но сама она обладала повышенным чувством справедливости. Собственно, за это ее почти что начали травить вместо Кати, но та не позволила и решительно пресекла подобное.

И еще Катя много училась. Не в школе, нет, уж там-то она скорее проводила время, нового было очень немного. Просто она продолжала нагонять новое время на своем уровне, а не на уровне трехклассницы. Да и другая причина была.

Периодически по телевизору показывали новости про СССР. Так Катя узнала, что ликвидация одного врага народа ничего не решит. В верхах вызрел заговор. Да чего уж тут говорить, если даже ВКП(б) переименовали в КПСС, а в марте Горбачев стал называться президентом? Так-то это мелочь, не заслуживающая внимания, но в сочетании со всеми переменами видно горячее желание откреститься от прошлого. Катиного недавнего настоящего.

Она не сдержалась и выругалась, когда узнала об этом. Хорошо, что негромко и по-русски, удалось отбрехаться от родителей.

С того дня она стала пропадать уже в городской библиотеке, зарывшись в газетные архивы с головой. Надо было разобраться, что происходит с СССР, как это можно исправить, и как в этом может поучаствовать она лично. А ведь ей еще только предстояло получить доступ к русскоязычным источникам.

К лету Катя уже ориентировалась в Великобритании как рыба в воде. Но тем не менее, она оставалась патриоткой своей страны — СССР. Здесь, конечно, было интересно. И это, вроде как, теперь ее дом. Но дом какой-то… Неполноценный. То ли дело Москва!

Еще она стала жутко скучать по небу. Хорошо, конечно, когда оно мирное… Но ведь как это прекрасно — летать! Записаться, что ли, в аэроклуб какой? Так тут все за деньги. Это если вообще малявку вроде нее хотя бы к планеру подпустят.

Может, главное в подпольной пионерской ячейке — организация досуга для детей? Нет, это само собой. Главное — чтобы они не платили за этот досуг. Вот. Только где средства брать на его организацию? М-да, как все сложно.

Вообще-то Катя не стала пока организовывать подполья, хотя еще не перегорела, зато подружилась с кандидатами: нужно было хорошо узнать их, всячески проверить, понаблюдать за ними, в конце-то концов. Катя решила, что связь поддерживать будет с ними и летом. К ее удивлению, жили многие дети не слишком близко от школы. Это ей всего полчаса туда идти, а некоторым — столько же времени ехать. Но телефоном она и дома пользоваться умела, так что большой беды в том не было. А еще она взяла слово, что ее товарищи будут не только созваниваться, но и переписываться. Это чтобы повысить уровень грамотности ее друзей. Да и им занятие.

К началу июля Катя попробовала проделать новый эксперимент с теплым шариком. Она привычно вызвала его и стала силой воли расталкивать по телу, не выпуская за его пределы. Получилось легко, но тот ли результат был достигнут? Для проверки Катя попробовала согнуть специально прихваченную с улицы железяку.

И у нее получилось! Именно на этот результат она и рассчитывала. Правда, через пять минут сгибания-разгибания железяка вдруг перестала поддаваться, а руки страшно затряслись, но Катя не расстроилась. Теперь она повторяла подобные упражнения каждый день. В отличие от манипуляций с посторонними объектами, работа с телом осечек не давала. И, как заметила Катя, с каждым разом ее выносливость чуть-чуть увеличивалась. Шарик будто рос. Для этого следовало работать до тех пор, пока не перестанет получаться.

Попробовала Катя и бегать таким образом. Тут было сложнее поддерживать концентрацию, но ведь недаром она была летчицей! Зато результат очень ее впечатлил. Километров сорока в час ей удалось достичь. На пике, правда, всего на несколько секунд, но ведь это пока она ребенок!

Тридцать первого июля, по сути в свой второй день рождения, Катя пробыла в это теле уже год. Пора было принимать активные шаги по достижению своих планов.

Она сняла с телефона трубку и несмело набрала номер посольства СССР в Лондоне.

— Здравствуйте, товарищ секретарь! — искренне улыбнулась Катя.

— Э-э… А ты к кому девочка? И как тебя зовут?

— Гермиона Грейнджер, товарищ секретарь. Я звонила три недели назад, мне сказали, что сегодня меня смогут принять. Вот я и пришла.

— И по какому же вы вопросу, товарищ Грейнджер? — несколько напыщенно сказал секретарь.

Катя только мысленно улыбнулась, ее пока воспринимали как слегка необычного ребенка. Ну что же, нельзя сказать, что это плохо. Только надо не слишком выбиваться из роли. И легкий-легкий акцент не помешает. То, что сейчас самую малость иначе произносят некоторые слова, как удалось понять из коротких речей советских дикторов, на которые накладывали перевод, только поможет делу.