Александр Чубарьян – Европа нового времени (XVII—ХVIII века) (страница 128)

Специфическим средством пропаганды национально-просветительских идей в массовой аудитории стал у многих народов в то время театр. Осуждение и осмеяние реакционных кругов польского общества, проповедь идей добра и социальной справедливости звучали, например, в пьесах польских драматургов Ф. Богомольца (1757–1784), В. Богуславского (1757–1829), Ю. Немцевича (1757–1841). В 1765 г. в Варшаве был открыт Национальный театр. Борьба за создание профессионального театра, который стал бы общественно-политической трибуной, занимает одно из важнейших мест и в усилиях чешских просветителей второй половины XVIII в. Среди них значительную роль сыграли В. Там, К. Там (1763–1816) и В. Стах (1754–1831).

В таких сферах художественной культуры, как живопись и музыка, все большее значение приобретали произведения национально-патриотической тематики, прославлявшие прошлое своих народов, показывавшие жизнь не только аристократов, как обычно было прежде, но в первую очередь простых людей — крестьян, ремесленников, интеллигенции. Преимущественно по заказу средних городских слоев, например, работали польские художники К. Войняковский (1771–1812), чешский художник Н. Грунд (1717–1767), словенский портретист Ф. Берган (1721–1769) и др. В ряде городов Центральной Европы создаются в эти десятилетия школы живописи и рисунка. Значительного размаха достигает и музыкальная культура, в которой ведущее место занимают опера и инструментальная музыка, например, знаменитые полонезы М. Огиньского (1765–1833). В музыкальной культуре особенно наглядно проявляется взаимосвязь и взаимовлияние культур. Так, видный композитор Ю. Козловский (1757–1831) позднее переехал в Россию и принимал участие в местной художественной жизни. Существенный вклад в польское оперное искусство внес словак М. Коменьский (1734–1821). Тесные связи с чешской средой установились у гениального В. Моцарта. Большой известностью в Польше и землях Австрийской монархии пользовалась музыка итальянских, французских и других зарубежных композиторов. В то же время ввиду неблагоприятных условий, существовавших на родине, многие деятели искусства были вынуждены жить и творить в Германии, Италии, Англии, России и других странах Европы. Так, замечательный чешский композитор и дирижер, учитель и друг Моцарта, «божественный чех» Й. Мысливечек (1737–1781) с 1763 г. работал в Италии. В Россию переехал чешский музыкант Я.А. Мареш, организовавший в середине XVIII в. в Петербурге оркестр роговой музыки, получивший затем широкую известность не только здесь, но и во многих странах Европы.

Характерной чертой культуры славянских и балканских народов XVIII в. было развитие фольклора и различных жанров искусства, ориентированных на народную среду и получавших в ней значительную популярность. В Чешских землях, например, в первой половине этого столетия создавались сатирические произведения из жизни горожан, а затем сложилось направление так называемой полународной литературы. В середине XVIII в. в Моравии родилась «Ганацкая опера», представлявшая собой народную вариацию комической европейской оперы. В Венгерском королевстве появился вербукон, сочетавший элементы мадьярского, славянского, балканского и ближневосточного мелоса. Наряду с труппами бродячих актеров у многих народов Центральной и Юго-Восточной Европы важную роль играл кукольный театр, нередко являвшийся средством пропаганды передовых, свободолюбивых идей. Примечательной чертой культурной жизни южнославянского и восточнороманского населения было возрождение эпического творчества, основным жанром которого был гайдуцкий эпос. Наряду с исполнением традиционных произведений фольклора, в XVII–XVIII вв. возникают новые его образцы — цикл песен о Косовской битве в сербской среде, о царе Шишмане у болгар и т. д. Характерно обращение фольклора того времени не только к наиболее важным, драматическим событиям жизни народа в прошлом, но и к войнам европейских государств с Османской империей, воспевание подвигов народных героев. Переосмысление истории с точки зрения современности отразило свободолюбивые устремления славянских и балканских народов, их веру в конечное торжество социальной справедливости. Народная культура сыграла необычно важную, во многом решающую роль в складывании системы национальной культуры, формировавшихся наций в Центральной и Юго-Восточной Европе.

Этот процесс, на который влияли идеи Просвещения, протекал в упорной борьбе с реакционными и консервативными силами — приверженцами феодально-клерикальной идеологии в различных ее разновидностях, а также с гегемонистскими устремлениями правящих кругов австрийской монархии и Османской империи в отношении подвластных и зависимых от них народов. Поэтому в целом борьба за развитие культуры этих народов имела в XVIII в. прогрессивный, общедемократический характер.

С социально-экономической точки зрения эта борьба, отразившая начальный этап формирования буржуазного общества, не могла не нести в себе будущих классовых конфликтов. Это со всей очевидностью и в немалой степени под влиянием событий Французской революции стало проявляться на рубеже XVIII–XIX вв. и в последующие десятилетия, но зародыши подобных антагонизмов наблюдались уже в культурной жизни XVIII в., которая отражала не только идейно-эстетическое, но и общественно-политическое развитие своей эпохи. Поэтому борьба за просветительское истолкование задач науки и искусства, усилия по развитию и совершенствованию национальных литературных языков и созданию на них литературы, стремление создать основы целостной системы национальной культуры — все это оказывалось важнейшим (а для значительной части славянских и балканских народов единственно возможным) способом развития национально-просветительской общественной мысли.

Примечательным аспектом деятельности сторонников просветительских идей были усиливавшийся интерес к философской проблематике и к опыту европейской общественной мысли XVII–XVIII вв. Прежде всего это проявилось в ознакомлении с многими трудами английских, французских, немецких и других европейских просветителей и в распространении ряда их произведений как в оригиналах, так и в переводах. Это было тем более примечательно, что в Польше до середине XVIII в., а в Австрийской монархии отчасти и позднее важнейшие труды передовых европейских мыслителей были под запретом. Во второй половине XVIII в. положение постепенно начинает меняться. В Габсбургских землях, например, с 1752 по 1790 г. на немецком (в Вене и Праге) и венгерском языках было выпущено 56 переводов сочинений Вольтера, два раза в Вене (1779) и один раз в Праге (1781) выходили произведения Ш. Монтескьё, а продажа его «Духа законов» на французском языке была дозволена еще в начале 1750-х годов.

Одновременно появлялись и первые опыты самостоятельной разработки философских вопросов, хотя они носили еще робкий характер и несли на себе печать непоследовательности и компромисса между философским рационализмом и религиозным провиденциализмом — таковы, например, работы Я. Бергхауэра (1684–1760) в Чешских землях, А. Яслинского (1715–1784) и Я.Б. Хорвата (1732–1800) в Словакии, хотя у последнего уже встречается критический подход к учению Канта. Более характерным, однако, для просветителей в Центральной и Юго-Восточной Европе было включение общефилософской проблематики в труды по истории, филологии и естественным наукам, а также в публицистические выступления. Об этом, в частности, свидетельствовало творчество таких выдающихся общественных деятелей, литераторов и ученых, как Г. Коллонтай, Ф. Езерский и С. Сташиц в Польше, Д. Бешеньеи, Ф. Казинци и Г. Берзевици в Венгрии, И. Борн, Й. Добровский и И. Прохазка в Чешских землях, А. Линхарт в Словении, Д. Обрадович в Сербии и т. д. Общефилософская проблематика получила отражение в трактате Паисия Хилендарского и в воззрениях ближайшего его предшественника Д. Брадати (ок. 1690–1760). Спецификой этого процесса было то, что значительная часть просветителей у славянских и балканских народов либо принадлежала к духовному сословию, либо была связана с ним по происхождению и воспитанию. Это не могло в ряде случаев не накладывать отпечатка на развитие общественной мысли, ослабляя или сглаживая остроту борьбы с клерикализмом, которая за немногими исключениями велась не против религии как таковой, а против некоторых устаревших и ставших одиозными церковных институтов.

Наиболее целостным феноменом общественной мысли XVIII в. в остэльбском регионе было польское Просвещение. Наряду с ним высокого уровня развития достигли идеи просветительского типа в венгерской, чешской, словацкой и греческой среде, а также у сербов и словенцев. При этом у ряда балканских народов задачи просветительского этапа общественной мысли решались порой с использованием некоторых приемов поэтики барокко, что придавало процессу идейного развития черты регионального своеобразия. Таким образом, если далеко не во всех случаях представляется возможным говорить о национально-просветительских воззрениях как о всеохватывающей идейно-культурной системе, в главных, основных чертах это течение общественной мысли у всех славянских и балканских народов ареала имело все же немало сходного. Представители этого направления подвергали критике феодально-клерикальную идеологию, осуждали суеверия и религиозный фанатизм, отстаивали требования духовной свободы и веро-терпимоств, эмансипации личноств как части национального коллектива, а в ряде случаев высказывались за смягчение или отмену крепостного права и проведение реформ, которые объективно отвечали развитию буржуазных отношений.