Александр Чубарьян – Европа нового времени (XVII—ХVIII века) (страница 126)

Подобные объединения являлись, кроме всего прочего, важными формами зарождавшегося национально-освободительного движения. По мере развития и расширения его социальной базы, на исходе XVIII в. наряду с культурно-просветительскими объединениями у некоторых народов ареала создаются конспиративные кружки и союзы, в которых все большее влияние приобретали радикально-демократические настроения. На их рост заметное воздействие оказывали революционные события во Франции, особенный отклик получившие на польских землях и в Венгерском королевстве, где возникли организации и группы, участники которых получили название якобинцев.

Сохранявшиеся в XVIII в. различия в темпах и уровне духовного развития отдельных стран весьма ощутимо отразились на народном образовании. В Польше и Габсбургской монархии оно к началу рассматрияаемого периода контролировалось католической церковью и почти полностью находилось в руках монашеских орденов, прежде всего иезуитов и пиаров. Между тем нужды социально-экономического развития требовали распространения грамотности и придания школьному делу светского характера. Сам ход исторического развития подводил правящие круги к столкновению с церковной иерархией, подрывал один из устоев политики Контрреформации. Ранние симптомы конфликта выявились еще в первой половине XVIII в. В Польше С. Конарский (1700–1773), возглавивший учебные заведения ордена пиаров, добился в 1740-е годы важных преобразований, которые усиливали светский характер образования. В 1740 г. в Варшаве была открыта по инициативе С. Конарского средняя школа Коллегиум Нобилеум с хорошо оборудованными физическими кабинетами, в 1747 г. открылась библиотека Залусских, насчитывавшая около 300 тыс. томов книг. Эти усилия были продолжены затем польскими просветителями, услугами которых в этом отношении решил воспользоваться король Станислав Понятовский. В 1773 г. в Польше была учреждена так называемая Эдукационная комиссия, явившаяся первым в Европе министерством культуры и просвещения. Благодаря усилиям передовых польских ученых и общественных деятелей Г. Коллонтая и Я. Снядецкого (1756–1830) на рубеже 70—80-х годов была проведена реформа старейшего Краковского университета, в котором преподавание стало осуществляться на польском языке и в просветительском духе.

Сложную картину представляло собой дело народного образования в землях Австрийской монархии, где университеты и средняя школа находились в руках католической церкви, исключая отдельные районы Венгерского королевства и Трансильвании, в которых существенную роль играли протестантское и православное духовенство. В начале 1750-х годов австрийское правительство предприняло первые и весьма робкие шаги по реформе программ университетского образования. В 1760 г. в венгерском университете в Надьсомбате (Трнава) было введено чтение ряда естественнонаучных предметов, в 1769 г. открылся медицинский факультет, а в 1777 г. университет был переведен в Буду.

Для подготовки реформы всей системы народного образования в Австрийской монархии в 1760 г. в Вене была образована специальная учебная комиссия. Однако практическое осуществление реформы началось только в 1773 г. после официальной ликвидации на основании папской буллы ордена иезуитов. В 1774 г. был издан закон о государственной школе, вводивший обязательное обучение. Если в 1775 г. в Чехии насчитывалось около 1000 школ и около 30 тыс. учащихся, то на рубеже 80—90-х годов количество школ возросло в 2,5 раза и число учеников — в 6 раз. В итоге обучением было охвачено около 75 % всех детей школьного возраста. Преподавание, кроме первых классов начальной школы, велось, однако, на немецком языке. Возникшая в связи с этим угроза германизации, усугублявшаяся другими мерами австрийского правительства, встречала сопротивление, особенно в Венгерском королевстве, сохранившем достаточно широкую автономию и организовавшем, например, издание школьных учебников на венгерском языке. Не уступая в главном, Вена вынуждена была делать мелкие уступки. Так, в 1793 г. при Пражском университете была учреждена кафедра чешского языка и литературы, которую возглавил известный чешский историк Ф.М. Пельцль (1734–1801). В 1790-е годы преподавание географии и богословия на румынском языке началось в трансильванском городе Блаже.

Труднее обстояло дело у южнославянских народов, хотя в Воеводине, которая входила в состав австрийской монархии, положение было все же более благоприятным, нежели в сербских землях Османской империи. Именно поэтому Воеводина стала центром притяжения сербских культурных сил. Важную роль играла и помощь со стороны России. В 1726 г. в г. Сремски Карловцы прибыл русский педагог и переводчик Максим Суворов, который с 1716 по 1720 г. жил в составе группы русских переводчиков в Праге, где, по собственному почину, окончил полный курс философского факультета. С собой из Петербурга М. Суворов привез отпечатанные в России книги — 100 экземпляров «Грамматики» М. Смотрицкого и 400 экземпляров «Букваря» Феофана Прокоповича. Они явились учебниками первой сербской светской школы, созданной М. Суворовым и работавшей до 1731 г.

Затем воспитанники Киевской академии основали четыре сербские школы, причем одну в Белграде. Директором восстановленной школы в Карловцах в 1733–1737 гг. был киевлянин Эммануил Козачинский. В эти же годы некоторые представители сербской молодежи ездили для получения образования в Киев. В 20—80-е годы XVIII в. в Киевской академии обучалось около 20 южных славян, в том числе сербский историк Йован Раич (1726–1801). Австрийское правительство весьма подозрительно смотрело на усиливавшиеся русско-славянские контакты. Запретив ввозить русские книги, оно распорядилось создать в Вене в 1771 г. типографию, которая призвана была печатать книги для сербского населения монархии.

Что касается земель европейской Турции, то там положение с народным образованием оставалось примерно таким же, как в XVII в. К середине XVIII в. на территории Болгарии имелось всего 2 городских и 12 сельских училищ, находившихся в руках православного духовенства. Первая высшая школа в Бухаресте открылась в 1678 г., однако преподавание велось на греческом языке. Во второй половине XVIII в. Георге Шинкай (1754–1816), Георге Лазер (1779–1823) и другие румынские просветители начали борьбу за высшее образование на родном языке. Но их замыслы были реализованы только в начале XIX в. открытием Инженерной школы в Яссах (1814 г.) и высшей школы в Бухаресте (1816 г.).

Активными проводниками просветительских идей становятся в XVIII в. книга, периодическая печать и библиотеки. Как и в остальных областях культуры, в книжном деле преобладающей делается тенденция приближения к потребностям и задачам национального развития. Одним из ярких выражений этой тенденции было создание национального книгопечатания, отказ от инонациональной языковой формы и переход к публикации на языках славянских и балканских народов.

Первый в Польше журнал на польском языке появляется в 1758 г. Он выходил всего три года и назывался «Новые экономические и ученые ведомости, или Собрание вещей, для счастья человеческой жизни необходимых». Подлинным родоначальником польской журналистики в прямом смысле этого слова стал журнал «Монитор» (1765–1785), в котором пропагандировались умеренные просветительские идеи. К исходу XVIII в. польская журналистика достигает значительного развития, причем в ней все более уверенно звучали прогрессивные, радикальные требования.

Первая газета на чешском языке начала издаваться в Праге в 1719 г. известным типографом К. Розенмюллером (1678–1727) под названием «Чешский почтальон». Хотя информация, помещавшаяся в газете, в том числе и о России, сыграла определенную роль в оживлении культурной жизни Чешских земель, она прекратила свое существование в 1772 г. из-за недостатка подписчиков. В 1790 г. Вацлав Крамериус (1753–1808) создал издательскую и книготорговую фирму «Чешская экспедиция», которая возобновила издание газеты на чешском языке и выпускала книги для широкого народного читателя.

В Венгрии печатная газета появилась впервые в период освободительной антигабсбургской войны под руководством Ференца Ракоци. Она называлась «Венгерский Меркурий» и весьма нерегулярно выходила на латинском языке в 1705–1710 гг. (всего вышло семь номеров). На венгерском языке газета «Венгерский вестник» стала издаваться в 1780 г. В последующие годы появляются первые научные журналы, а в 1789 г. — первый литературный журнал на венгерском языке «Венгерский музей».

Перед национальным книжным делом на Балканах, как и прежде, стояли непреодолимые трудности, в связи с чем южнославянское и греческое книгопечатание могло, да и то в весьма скромных масштабах, существовать только вне пределов коренной этнической территории или за рубежом. В Венеции, например, приступил в 1768 г. к выпуску первого сербского журнала «Славяносербский магазин» 3. Орфелин. Первая греческая газета «Эфирис» издавалась в Вене в 1790–1797 гг.; первые газеты на румынском языке появились только в 1829 г. В таких условиях рукописная традиция сохраняла свою жизненность и господствовала не только в пределах Османской империи, но в первой половине XVIII в. и в Воеводине. Здесь, в г. Сремски Карловцы монахи братья Киприан и Еротей, прибывшие из сербского монастыря Рачи-на-Дрине, и их сподвижник Таврило Стефанович Венцлович организовали мастерскую по изготовлению рукописных книг и положили начало так называемому славяносербскому языку, сочетавшему элементы народного сербского и книжного старославянского языка.