Александр Чиненков – Честь вайнаха (страница 31)

– Что с ним?

– Простуда…

– И как долго он собирается лечиться?

Главврач пожал неопределённо плечами:

– Не могу сказать. Только вот… С простудными заболеваниями хирургам категорически запрещено делать любого рода операции.

Ахмат-Хаджи с сомнением покачал головой:

– Вы проверяли, действительно ли он болен? А может быть, просто не хочет возлагать на себя ответственность за возможный печальный исход?

– Он опытный врач и лучше любого артиста может изобразить больного, – уныло ответил главврач. – Я думаю, вы правы, Ахмат Абдулхамидович, кардиолог боится ответственности за старика.

– Такое поведение врача я считаю безответственным и преступным! – возмутился Ахмат-Хаджи. – Чего вы ждёте? Чтобы какая-то случайность освободила вас от обязанности исполнить свой врачебный долг? Откуда у врачей республиканской больницы такое равнодушие?

Главврач остолбенел. Он шёл на приём к президенту, ожидая всё, что угодно, но такой вспышки не предвидел.

– Никогда бы не подумал, что в нашей республиканской медицине есть такие безответственные люди! – с горечью высказался Ахмат-Хаджи. – Вы считаете, что я беспокоюсь за старика и его жизнь? Правильно считаете, беспокоюсь. Он герой! В свои преклонные годы он смог противостоять целой банде шайтанов и победил их! Такие, как он, должны служить примером для нашей молодёжи, особенно для тех, кто ещё сейчас находится в горах! А у меня болит душа не только об Алихане Завгаеве, а о всех, кому заморочили головы ваххабиты и подчинили себе! Ну а вы, врачи, должны в свою очередь способствовать оздоровлению наших людей! Подчёркиваю, всех жителей Чечни, без исключений! Сколько пролилось крови, сколько погибло в этой бессмысленной войне! И потому, и я, и вы, и все мы должны позаботиться о каждом оставшемся в живых! Вы должны самоотверженно бороться за каждую жизнь наших сограждан, а не сочинять какие-то хитрые отговорки!

– Да-а-а… Но-о-о… – главврач запнулся, помолчал мгновение, собираясь с мыслями, а затем продолжил: – Сейчас Алихан Завгаев чувствует себя удовлетворительно, подготовка к операции идёт полным ходом. Вот только…

– Что ещё? – хмуро глянул на него Ахмат-Хаджи.

– Для проведения операции можно было бы пригласить военного хирурга Дроздова из госпиталя, – ёжась под его взглядом, высказал свою мысль главврач. – Одну удачную операцию он уже провёл старику, думаю, что и другую выполнит не менее профессионально.

– А что, у вас в больнице других специалистов нет, кроме того, кто больничным листом прикрылся? – сверкнув глазами, поинтересовался Ахмат-Хаджи.

– Есть, но… Они недостаточно опытны, да и оборудование хуже, чем в госпитале, – вымученно улыбнувшись, ответил главврач.

– Ну, хорошо…

Ахмат-Хаджи вернулся за рабочий стол, взял телефонную трубку и набрал необходимый номер.

– Говорит президент Чечни Ахмат Кадыров, – сказал он, когда вызываемый абонент снял трубку. – Сергей Петрович, моё почтение… Дело вот в чём, – с болью и тревогой в голосе он объяснил суть дела. – Старик уже готов к операции. Да-да, ввиду болезни нашего специалиста прошу вас поручить проведение операции военному хирургу Дроздову. Операция назначена на понедельник. Спасибо, Сергей Петрович, я знал, что встречу от вас понимание…

Положив трубку, Ахмат-Хаджи посмотрел на притихшего главврача и сказал:

– Иди и проверь сам лично состояние старика ещё раз. Надо сделать всё, чтобы во время операции не случилось каких-то неожиданностей. И ещё… Я сам сегодня навещу Завгаева и поговорю с ним. Только, чтобы никто не мешал нам и не мелькал перед глазами.

Первую половину дня группа врачей не отходила от кровати Алихана. Его осматривали, ощупывали, замеряли давление, задавали вопросы, на которые он отвечал уже привычно коротко. Чувствовал он себя сравнительно хорошо, сердце не беспокоило, и голова была ясной, как у молодого. Ближе к полудню врачи покинули палату, и им на смену вошли две санитарки с тряпками и вёдрами.

– Эй, чего это вы вдруг? – удивился Алихан, глядя на женщин с недоумением. – Обычно вечером приходите убираться, а сейчас только полдень.

– Сегодня сам президент тебя навестить придёт, – шёпотом сказала одна из них. – Вот нам и велено прибраться к его приходу.

«Президент? Ко мне придёт сам президент? – заволновался Алихан. – Такого быть не может… Нет, я не верю своим ушам?!» Услышанная новость никак не укладывалась в голове. Мысли путались, прыгали, скакали. «Да нет, не ко мне придёт президент, – пытаясь справиться с хаосом в голове, убеждал себя Алихан. – Кто я такой, чтобы ко мне сам президент пожаловал? У него и без меня дел хватает и забот тоже. Но… А вдруг и правда в мою палату заглянет? А я тут… Как же я смогу, лёжа поприветствовать столь важного гостя?»

Вспомнив о сумке, которую захватил с собой, уходя из дома, Алихан забеспокоился.

– Эй, подойди! – позвал он санитарку, которая сообщила ему о возможном визите главы республики. – Со мной сумка была, где она?

– Я не знаю, – искренне удивилась она. – Это реанимация, и никаких лишних вещей при себе больным держать не положено.

– А мне всё равно, что тут у вас положено, а что нет! – возмутился Алихан. – Мне нужна моя сумка, прямо сейчас принесите её!

– Я… Я сейчас, – растерянная женщина выбежала в коридор, и пару минут спустя в палату вошла медсестра.

– Мне нужна моя сумка! – едва не закричал Алихан, краснея от гнева. – Принесите её мне немедленно, или я пойду сам искать её.

Медсестра тоже исчезла за дверью, и скоро в палате появился дежурный врач.

– Про какую сумку вы спрашиваете, больной? – поинтересовался он, беря Алихана за руку и нащупывая пульс на запястье. – Вам говорили, что в реанимационной палате…

– Верните мою сумку! – повысил в сердцах голос Алихан и отдёрнул руку. – Я хочу видеть её, немедленно!

Дверь открылась, и в палату вошёл ещё один человек. Не раздумывая и не спрашивая разрешения, он встал рядом с врачом и, посмотрев на старика, поинтересовался:

– Уважаемый воккьа дада, что-то случилось?

– Да вот, сумку какую-то требует, – увидев его, вытянулся в струнку и побледнел дежурный врач. – Мы объясняем, что в реанимационной палате не положено…

– Верните ему сумку, – хмуро посмотрел на него вошедший. – Этому человеку всегда, везде и всё можно!

С трудом проглотив подкативший к горлу ком, врач нелепо кивнул и выбежал из палаты.

– Спасибо тебе, – хмуро глянул на него Алихан. – Только ты не вовремя зашёл. Разговаривать с тобой у меня сегодня нет времени.

– Вот как? – округлил глаза гость. – А я вот как раз зашёл к тебе побеседовать.

– Поверь, ты очень хороший человек, и я всегда рад поговорить с тобой, – вздохнул Алихан. – Но сейчас в больницу приедет сам президент, и кто его знает, может, и заглянет сюда, хоть на минуточку.

– Заглянет, обязательно заглянет, – стал с улыбкой уверять его гость. – Он специально зайдёт в эту палату, чтобы с тобой увидеться!

– Со мной? Увидеться? – недоверчиво ухмыльнулся Алихан. – А кто я есть, чтобы президент захотел со мной увидеться и специально для этого пришёл в больницу? У него что, других забот нет? А в больницу он зашёл по делам важным, государственным, и… Я надеюсь, что он хоть на минуту мимоходом заглянет в палату.

– Он не только зайдёт в палату, но и поговорит с тобой, обещаю, – ещё шире улыбнулся гость. – Президент знает о тебе и о твоём подвиге, вот и…

Открылась дверь, и в палату вошёл Рамзан, держа в руках брезентовую сумку. Он вытянул руку и показал ее старику:

– Эта?

– Да, а где она была? – обрадовался Алихан.

– Здесь, в больнице, в гардеробе, – ответил молодой человек. – А что в ней? Почему она такая тяжёлая?

– Тебе-то знать зачем? – помрачнел Алихан. – Давай сумку сюда, моя она…

– Нет, сначала я её осмотрю, – покачал головой Рамзан. – А может быть, в ней бомба?

– Чего-о-о? – округлил глаза Алихан. – В ней только мои вещи! А если в ней появилась ещё и бомба, значит, ты её и положил!

– Не спорь, Рамзан, отдай, – улыбнулся гость. – Я уверен, что в сумке нет ничего взрывоопасного.

Молодой человек отдал старику сумку, и тот сразу же раскрыл её.

– Вот он, здесь, – заулыбался Алихан, вынимая из сумки аккуратно сложенный китель. – Вот теперь будет в чём президента встретить. Зря, что ли, я носил его с собой…

Когда он развернул китель, у гостей вытянулись лица. А удивляться было чему: вся грудь старика слева и справа была увешана орденами и медалями.

– Больше, чем у Брежнева или у маршала Жукова! – разглядывая награды, прошептал потрясённо гость, который постарше.

– Ты что, уважаемый, один всю Германию разгромил?! – воскликнул Рамзан. – Я никогда столько наград у одного человека не видел.

– Нет, я воевал, как и все, – ответил Алихан скромно. – А наград много… Так ведь я в разведке служил. Много повидать пришлось, а повоевать ещё больше. Будет время, расскажу, а сейчас… – он выразительно посмотрел на дверь. – А сейчас извините, я президента жду.

– Кого-о-о? – удивился Рамзан. – А ты что, не знаешь, кто с тобой рядом?

– Рядом со мной вы, хорошие люди, – вздохнул Алихан. – А я жду президента…

– А каков он? Ты его раньше видел? – улыбнулся Рамзан.

– Нет, не видел, – признался, вздыхая, Алихан. – Но слышал о нём много хорошего.

– Ну, тогда познакомься, – Рамзан указал рукой на отца. – Перед тобой первый Президент Чеченской Республики Ахмат-Хаджи Абдулхамидович Кадыров!