Александр Борискин – Просто жизнь… (страница 38)

Следующие два месяца Пётр также занимался освоением новых для него участков работы кредитного отдела, и весьма успешно. Это подтвердил начальник отдела, когда по окончании четвёртого месяца пришёл в отдел кадров и заявил, что можно стажёра переводить на постоянную работу, так как он полностью освоил все участки работы и теперь может подменять любого его сотрудника на рабочем месте.

К этому времени уже был юридически оформлен филиал банка в Санкт-Петербурге и определён первоначальный его состав в количестве пяти человек, включая и Петра. Интересно отметить, что, как только Эжен Дидье узнал, что в состав нового филиала включён его работник, то сразу прибежал к господину Моралю и просто умолял вместо Петра забрать любого другого его работника. На вопрос, с чем это связано, ответил:

– Да этот Пётр может заменить любого работника моего отдела и выполняет порученную ему работу всегда очень аккуратно и в срок! Нам самим нужны такие люди!

На что господин Мораль указал пальцем вверх и предложил ему сходить к господину Розенталю и попытаться решить свой вопрос на самом высоком уровне. А сам себе сделал в голове зарубку, что Пётр – очень ценный кадр и заслуживает всяческого уважения и внимания.

В конце августа был выпущен приказ по банку о начале функционирования с 1 сентября 1975 года филиала банка и направлении на работу в нём отобранных сотрудников банка. Отъезд работников филиала был назначен на 20 августа. Но предварительно с ними решил переговорить Управляющий банком господин Розенталь. Он собрал их в своём кабинете и выступил с небольшой речью:

– Господа! Вам предоставлена большая честь стать первыми сотрудниками нового филиала нашего банка, впервые за последние четверть века открываемого за пределами Франции – в России.

Вы все прошли тщательный отбор и ваши кандидатуры были рассмотрены на заседании Правления банка. Отправляясь в Россию, вы должны нести её людям любовь и уважение от граждан Франции, проявлять себя только с лучшей стороны, не допуская никаких бесчестных и безобразных поступков, ухудшающих отношения между нашими странами.

В таком ключе он выступал ещё полчаса, но закончил весьма своеобразно:

– Я надеюсь на Ваш ум и предприимчивость, свойственную всем французам. И пусть Ваш успех в России, который мы безусловно заметим и отметим, послужит примером для всех служащих банка. Успехов Вам, дорогие соратники!

августа пять французов погрузились в вагон поезда «Париж – Санкт-Петербург» и отбыли в Россию. Это были: Управляющий филиалом господин Гаэтан Марсель, его помощник по особым поручениям Пётр Кулаков, начальник кредитного отдела Роза Шмуэль, главный бухгалтер Нинель Раппопорт, одновременно выполняющая функции финансиста и кассира, и заместитель управляющего по кадрам, безопасности и общим вопросам господин Феликс Эммануэль. У всех пассажиров было по несколько огромных чемоданов с вещами, один только Пётр щеголял со своим портфелем-путешественником. На постоянные вопросы сослуживцев об отсутствии вещей он неизменно отвечал: «Куплю на месте всё, чего будет не хватать для моей скромной жизни».

На следующий день вечером поезд прибыл на Николаевский вокзал, где наших пассажиров встречал уже живущий месяц в Санкт-Петербурге юрист филиала господин Эрнст Иванов, местный житель, принятый на работу заранее для оформления бумаг по созданию филиала, съёму помещения под него и заказа номеров в гостинице на первое время прибывшим служащим.

Вместе с ним прибывших встречала бригада носильщиков, которые быстро доставили их багаж в небольшой тентованный грузовичок. Юрист проводил служащих банка в небольшой автобус, на котором сопроводил их до гостиницы, где и были забронированы предназначенные для них номера. Сама гостиница находилось совсем рядом с помещением, снятым для филиала банка на углу Невского проспекта и Николаевской улицы (эта улица в первом мире жизни Петра называлась улицей Марата). Конечно, до этого места можно было прогуляться и пешком, но юрист посчитал правильным доставить гостей до гостиницы на автобусе. Пока они расселялись по номерам в гостинице, юрист дожидался их в холле на ресепшен. А когда приехавшие возвратились на ресепшен, сопроводил до места расположения филиала банка.

Все с большим интересом обошли помещение банка, оценили его местоположение, кабинеты для работы и приёма посетителей, мебель и другое оснащение. Всё соответствовало заранее переданным юристу пожеланиям сотрудников банка. В целом, всё было готово для вселения и начала работы.

Банк открылся через три дня, причём его открытие сопровождалось наличием толпы газетчиков и фотографов, рекламирующих данное событие. Но фактически смог начать работать только спустя месяц, так как надо было решить множество организационных вопросов, которыми занимались Управляющий и главный бухгалтер в сопровождении Петра, выступавшего в роли переводчика и советника.

За прошедшее время все сотрудники банка сняли себе для проживания жильё и выехали из гостиницы. Пётр как обычно поселился в пансионе, занимающим целиком пятый этаж здания, расположенного недалеко от банка. Жил в приличной 25м2 комнате. Кроме него в пансионе проживало ещё восемь человек. Все они пользовались предлагаемым по утрам завтраком, а обедали и ужинали уже в городе или у себя в комнатах.

Пётр не старался сближаться со своими сослуживцами, да и они этого особенно не хотели. Все были самостоятельными, взрослыми людьми и привыкли сами выбирать себе друзей, а Пётр был значительно их моложе и не вписывался в их компанию по возрасту. Для обучения русскому языку был нанять специальный учитель, который ежедневно занимался с желающими по два часа после работы. Также имелось два штатных переводчика: один обслуживал Управляющего, второй – главного бухгалтера и заместителя управляющего. Начальнику кредитного отдела по её просьбе часто помогал Пётр. Госпоже Шмуэль, сорокалетней блондинке, хорошо давалось изучение русского языка, и она вскоре рассчитывала вообще обойтись без помощника.

В свободное время Пётр много гулял по улицам Санкт-Петербурга, отмечая большие отличия от известных ему в городе по прошлым жизням. А в конце месяца даже съездил на поезде на субботу и воскресенье в Новгород, где прожил два дня и одну ночь. Не обошлось и без приключений.

Пётр постоянно размышлял над датой бифуркации, то есть моментом отделения этого мира от главного мира Земли.

В этом мире была первая мировая война, потом революция и гражданская война, закончившаяся победой белых. Однако народ добился определённых свобод: была организована Дума, разрешены профсоюзы, партии, свободная пресса. Второй мировой войны в этом мире не случилось, как и не было войны с Финляндией. В 1922 году стали независимыми республики Прибалтики, Польша и Финляндия. Но революционные настроения в Российской империи зрели и часто вырывались наружу в виде бунтов и вооружённых восстаний. В конце концов в 1969 году произошли сильные волнения, приведшие к преобразованию монархии в конституционную монархию. Многие богатые люди, монархисты, промышленники покинули Россию и переселились в Западную Европу, боясь продолжения революции.

Пётр решил съездить в Новгород, так как хорошо знал этот город и его историю и надеялся на месте более точно разобраться с точкой бифуркации. В глубине души он хотел найти и посетить тот дом купца Архипова, пропавшего в 1918 году во время революции и проверить, не сохранился ли тот сам клад, который уже был дважды найден в мирах, в которых он проживал, или не был ли он найден в более позднее время. Если о кладе никто не знает или он не сохранился в фундаменте крыльца, то точка бифуркации точно произошла до 1918 года, иначе его просто не было бы на этом месте.

В Новгороде Пётр не стал устраиваться в гостинице, так как о его прибытии сразу узнали бы соответствующие службы, и он лишился бы свободы передвижении. Поэтому он договорился с пожилой женщиной, предлагавшей комнату на ночь за пять рублей и не требовавшей документов. Она жила в частном доме на улице, расположенной недалеко от интересующего его дома.

Пётр оставил в комнате свой рюкзачок, который приобрёл специально для этой поездки: и руки будут свободны, и спрятать в него можно много чего, и отправился бродить по городу. Была середина сентября и стояла тёплая летняя погода. Он издалека заметил два стоящих рядом дома, покосившихся, без труб, с провалившимися крышами, без окон и дверей, с заросшими крапивой и лопухами дворами. У него сильно забилось сердце, когда, подходя к угловому дому он увидел остатки кирпичного фундамента из-под крыльца с хорошо заметным светлым пятном штукатурки на том месте, где был замурован котелок с кладом. Как раз в этот момент из дома вывалился бомжеватого вида мужичок, пьяненький и расхристанный, а за ним такого же вида женщина с палкой в руках.

– И чтоб без бутылки не возвращался! – кричала она ему вослед, грозят палкой. – Нашёл и выпил с приятелем мою захоронку, а теперь явился, опять просишься вместе со мной жить!

Соседи не обращали на них никакого внимания, привыкли к скандалам.

«Как же эта женщина живёт в такой развалюхе? Крыша насквозь просвечивает, дверей и окон нет. И что мне делать? Как подобраться к кладу и изъять его так, чтобы никто не обратил внимания на меня и мои действия. Сейчас около четырёх часов дня. Осень, темнеет рано. Надо купить бутылку водки и прийти сюда уже в темноте. В рюкзаке у меня имеется монтировка и перчатки, так что чем разбить фундамент имеется. А водку использовать для того, чтобы отправить эту женщину погулять на часок. Конечно, бредовый план, но пока другого нет. Может быть в процессе его выполнения что-нибудь произойдёт, что мне поможет?»