Александр Бережной – Ставр Створовски. Бедовый орк и рыжая бестия (страница 11)
Узнал, что имперская разведка без видимых причин зашевелилась.
Приметил, как Антония собрала из остатков ужина корзинку для Луки.
Хоть и не понял, в чём чуть ответил на её заговорческое подмигивание не менее заговорческим подмигиванием.
Сытым и довольным завалился спать.
Всё ж спать в своей кроватки на вилле у дедов – это не по канализации лазить, поддавшись уговорам Пройдохи…
Проспать до рассвета, как планировалось не удалось – цепляясь за всё, что по дороге было Искорка притащила мне вилы.
Притащила такая и глядит с довольной мордой.
Мол, видишь, ценную вещь приволокла – давай награду.
Ну что с ней поделаешь?
Дал один золотой.
Потом она выпросила ещё один.
После чего завалилась на мою кроватку и довольная уснула, а я, прикинув, что не так-то долго до рассвета осталось, отнёс вилы на место да приодевшись побежал в город.
На завтрак лучше не опаздывать, тем более перед столь длительной отлучкой, да ещё после моего вчерашнего косяка.
За завтраком на всякий случай ещё раз обозначил, что отлучка моя может продлиться декаду, а то полторы (накинул к планируемому сроку ещё немного, для подстраховки), ну и, конечно, пообещал жука отправлять раз в пару дней, но если и не отправлю, то нет повода для беспокойства.
Похвастался Проказницей, которая за ночь немного окрепла и уже с недовольной мордой прохаживалась из стороны в сторону.
Получил от матери обязательную шкатулку. Для Ви.
Что в шкатулке ни мама, ни Ви не признаются.
Но без Ви и шкатулки никуда из города, кроме дедовской виллы, меня не отпускают, разве что в сопровождении кого-то из семьи.
Батя никаких напутствий не дал.
Руку отдавил да по плечу хлопнул, так что синяк точно будет.
На том и попрощались.
На вилле переоделся в домашнее, дождался, когда в повозку заберётся Ви, передал ей Проказницу, влез в ярмо и началось наше дело, обещавшее мне семьдесят золотых.
Искорка могла бы и проводить, может быть получила бы ещё золотой, но нет, так нет…
Идея с повозкой пришла мне в голову, когда стало понятно, что на расстоянии дня пути от Новой Вероны нам с Ви ловить-то особо нечего, а чтоб дальше забираться – нужно тащить на себе довольно прилично вещей.
Мне тащить, понятное дело.
Был вариант, как у нормальных людей, – повозка с лошадьми. Благо не из бедных – родители или деды выдели ли б всё необходимое.
Да не любят меня лошади, особенно когда потеть начинаю.
Опять же возни с ними, с животинами неразумными: о корме позаботься, о том, где напоить подумай, распряги, запряги, почисть… сплошная морока.
То ли дело – я. Ем что дадут, если надо могу и из лужи, если что, напиться, когда грязен так это не моя проблема, а окружающих.
В общем, идею с повозкой на орочьей тяге поддержали Ви и Пройдоха.
Гоблин даже наврал, что, когда он ещё под началом Великого Шамана Большого Тесака Ардонта ходил, так они завсегда повозки сами таскали. Лошадь-то чего почём зря тиранить, если её на привале сожрать можно?
Провозился я, благодаря советам вислоухого с повозкой куда меньше времени, чем мог, да и в результате вышло куда лучше, чем я рассчитывал.
Деды изобретение не оценили. Как и родители. Правда, матушка, моя почтенная матушка, вроде как через некоторое время всё же приняла моё изобретение, сказав, что не перетруждался и если надо, то отдыхал почаще.
Единственная, кто была несказанно рада, так это Ви.
Пришлось правда разочаровать её, что одевать на себя приготовленную ей сбрую да ещё на голое тело, я не буду, и отобрать плётку, которой она меня собиралась для прыти хлестать, пригрозив, что повозка для вещей, а не для перевозки задницы одной наглой рыжегривой особы, и придётся ей за мной всю дорогу бежать – я ж не лошадь, я могу и километров десять за час отмахать с ярмом на плечах да повозкой за спиной.
Мочь-то могу, да мы ж всё по сельским дорогам стараемся двигаться, чтоб внимание не особо привлекать, а сельские дороги – это ж сельские дороги. Я-то могу тащить повозку и чуть быстрее десятка километров в час, только не долго это продлится. Развалится телега от тряски, от ям да колдобин, а укреплять её, железо добавлять – вес увеличивать. А там уже и не так весело мне будет телегу тащить. Можно, конечно, было бы подумать, как магией укрепить да не стоит оно того, дорого, сложно. Не нравятся мне такие решения.
Тащу повозку, наслаждаюсь мелодией, что Ви на флейте играет.
– Говорят у коров удои улучшают, когда они музыку слушают. Может и что хорошее и с тягловыми орками приключается. – предварила она свою игру.
Не знаю, что там и как с коровами, но с орками точно музыка точно на пользу: под задорную мелодию и шагается веселее.
Опять же – рот у рыжей занят, не тарахтит.
Можно и самому всякое умное сказать.
Например, поделиться мыслями по поводу того, что приобретение Новой Вероной статуса «Вольный Город» принесло не только несомненные выгоды, но и проблемы, наличие которых ранее трудно было спрогнозировать. В частности, и Империя, и Царствие Истины, и те же члены Свободных Королевств, чтобы обойти различные пакты и договоры о запрете на разного рода исследования и разработки, стали использовать вроде как ничейную, вольную территорию для того чтобы проводить у нас тут всё, что по документам они не могли делать на своей территории.
Оттого всяких шпионов, агентурных сетей и разведок всех мастей у нас столько, что порой и не разобрать, кто на кого работает, а кто кого на самом деле предал и продал, поэтому иногда, когда я слушал Пройдоху, у меня складывалось впечатление, что все продали и продали абсолютно всех и каждый сам за себя, один Истинный за всех нас.
Не то что бы я прям разбирался во всё, о чём говорил, или вот до всего своим умом дошёл – ясно дело, тут уши погрел, там погрел, зато теперь вот есть что сказать. Чтоб знала рыжая – соображения имею. И для разминки языком почесать тоже дело не лишнее – оно весь с красивой речью, как верным ударом, – без тренировок и повторений ничего путного и выйти не может, а если и выйдет, так только случайно.
И если есть от чего мне огорчаться, так лишь от того, что Виолетта все эти мои походы на охоту, на сбор трав и прочие ухищрения чтоб хоть какие деньжата заработать, дурью назвала и наотрез участвовать отказалась.
Но оно и понятно – такая дама не для пыли дорог создана.
Её бы в домик на вроде того, что у моих родителей, – чтоб она там ходила туда-сюда. Сюда-туда. Просто б ходила. А я б любовался. Мне б хватило.
Эх, мечты… вот как подзаработаю ещё, так предложение сделаю.
Опять.
– Пр-р-р-р! Пр-р-р-р! Да стой же ты! Стой!
Что-то глубоко ушёл я в мысли о Виолетте, поэтому на окрик Ви не сразу и внимание обратил.
– Чего? – обернул я.
На самом интересном прервала.
Я там уже предложение Виолетте делал. И она соглашалась. Иначе быть и не могло. Это ж всё-таки мои планы. Далеко идущие планы, замечу.
– Вон, руками машут.
Я посмотрел в указанном ей направлении.
Действительно чуть поодаль от дороги, у реки собралась небольшая компания. Пять человек. Пьют. Жарят что-то небольшое. Зайца верно. Призывно руками машут, вроде как присоединиться предлагают.
– Пожрать на халяву да выпить – это я всегда за здрасьте.
– Кто ж сомневался – пожрать да выпить это ты у нас можешь.
– Значит, делаем остановку?
– Делаем, заодно ополоснёшься в реке, а то подванивать уже начал. Да мне с демонюкой прогуляться не мешало бы.
– С Проказницей.
– С Проказницей.
Оказалось, отмечают люди славное дело – рождение сына.
И в честь такого дела гордый отец поит всех прохожих-проезжих до упаду, что подтвердил, продемонстрировав на двоих славно похрапывающих под кустом мужичков.